Век 'Свободы' не слыхать
Шрифт:
– Как можно было уважать согласно нашему кодексу чести "пуштун-вали" такое весьма странное поведение ваших высоких армейских командиров? спрашивает Камаль.
Кстати, о моджахедах. По словам Камаля, неоднородность и внутренние противоречия в Пешаварском альянсе были столь очевидны, что только слепой не мог их не увидеть и только дурак не мог не обратить их себе на пользу. Однако и тут все пошло по знакомой схеме: непримиримые и умеренные. К последним отнесли таджика Раббани, потомка выходцев из Индии Моджадедди и пира-хазрата Гейлани. Последние два очень уважаемы в мусульманском мире, а Гейлани почитаем и у пуштунов, так как породнился с королевской династией Дуранни-Мохамадзай. Но пуштунский национализм и интересы пуштунов как нации, по словам Камаля, не в меньшей, а в большей степени представляли как раз те же "непримиримые" моджахеды-пуштуны Хекматияр, Халес и Сайяф. Начатый "парчамистом" Наджибом процесс "национального примирения" в Афганистане также был в первую очередь обращен к "умеренным", что могло быть воспринято пуштунами как еще один реверанс по отношению к таджикам
В отношении казненного талибами Наджиба Камаль не скрывает некоторой своей неприязни. Да, он пуштун, но всегда был членом фракции "Парчам". В конце концов даже родной брат Наджибуллы сбежал к моджахедам в Пешавар, вспоминает Камаль. Он, Наджиб, увольнял "халькистов" из ХАДа только потому, что того хотели таджики-"парчамисты" во главе с Кармалем, а в результате полностью развалил госбезопасность, ибо новые люди, которые приходили в ХАД, в отличие от старых профессионалов зачастую служили либо себе, либо себе и моджахедам, но никак не режиму.
Наконец шурави ушли, и немедленно началась схватка за власть всех и вся. Вчерашние "борцы за веру" начали воевать между собой за контроль над наркопроизводством, за доллары и оружие, за чуждые пуштунам идеи типа иранского экспорта исламской революции, наконец, даже за свободу Чечни в качестве платных наемников, подытожил Камаль. Российское руководство в вопросах афганской политики оказалось еще более беспомощным, чем советское, по уши увязнув в запутанном таджикско-таджикском конфликте, за участие в котором приходится платить все той же кровью русских солдат. И словно идя на поводу у неких закулисных режиссеров, оно, это нынешнее руководство, говорит Камаль, напрочь забывает о том, что Россия уникальная в одном отношении страна. В ней исконно уживались рядом и служили государственной и национальной идее две религии - христианство и ислам. Теперь же, по словам Камаля, Россия используется как "цепной пес" против ислама под вывеской борьбы с "исламским фундаментализмом", вызывая тем самым растущее недовольство в мусульманском мире, что в будущем может привести к таким локальным военным конфликтам, которые далеко перекроют и Афганистан, и Таджикистан, и Чечню.
– Кто останется в выигрыше? Россия? Исламский мир?
– спрашивает Камаль.
В заключение, возвращаясь к ситуации в Афганистане, Камаль сказал мне, что пока что видит будущее за талибами. Талибан - это не только религиозное, это и пуштунское движение. Его успехи и неудачи - закономерный процесс возвращения Афганистана к национальным и духовным истокам, без которых не может быть и территориальной целостности государства. Как поведет себя по отношению к Афганистану и его проблемам внешняя политика России, зависит от российского руководства. Не нынешнего - Камаль, по его словам, не столь наивен, чтобы ожидать чего-либо позитивного и умного от нынешнего руководства России в отношении Афганистана. У него, афганца-пуштуна, как и у всякого нормального русского, как ни странно, схожая цель: увидеть у власти в России разумное национальное правительство. Тогда можно будет начать и непростой процесс примирения шурави - а точнее будет, уже не шурави, а "урусов"-русских - и афганцев. Будут ли это талибы, или в будущем в Афганистане заявит о себе иная национально мыслящая политическая сила, Камаль пока не знает. У нас на Востоке, улыбается он, в таких случаях говорят "иншалла".
Афганистан, который они нашли
Зимой 1997 года, находясь под впечатлением от встреч и разговоров с некоторыми представителями афганской эмиграции в Германии, я написал тогда небольшую статью-размышление "Афганистан, который мы потеряли". Статья эта была опубликована в еженедельнике "Литературная Россия" в начале апреля того же года.
Прошло более пяти лет. Многое из того, над чем я размышлял, не сбылось или же утратило свою актуальность. Но я и подумать не мог, что мне вновь придется обращаться к теме происходящего за далеким хребтом Гиндукуша совсем уже по другому поводу и по другой, если угодно, причине. Нельзя сказать, что эти пять лет я вообще не занимался как исторической, так и актуальной афганской проблематикой, даже совсем наоборот - я весьма пристально следил за развитием событий в Афганистане и за режимом талибов. Кто-то из древних сказал, что истории свойственно повторяться. Теперь там снова военное присутствие, но уже не наше - Соединенные Штаты пошли по стопам Советского Союза. Разве мог я, будучи еще военным редактором Русской службы радио "Свобода", даже вообразить себе такое в далеких 80-х, когда на территории "южного соседа" почти что целый десяток лет находилась наша 40-я армия, а США от усердия из кожи вон лезли, снабжая своих подопечных-моджахедов всем, чем только могли: от мин в пластиковой упаковке и до зенитно-ракетных комплексов "стингер".
В начале 89-го мы Афганистан потеряли. Мы, конечно, могли и не уходить оттуда, но решала не армия - решали политики. Другой дело, что политическое решение за подписью "миротворца" Горбачева оказалось предательством национальных интересов и Советского Союза и Афганистана. Без нас Афганистан остался обреченным на одиннадцать лет кровавой междоусобицы вчерашних моджахедов и таких же поскребышей ЦРУ США -
талибов. В 2001-м американцы нашли Афганистан и, похоже, отнюдь не собираются быстро расставаться со своей находкой.Итак, "Афганистан, который они нашли". Чем это может обернуться для Афганистана, Пакистана, соседних регионов Центральной Азии, России да и для самих Соединенных Штатов?
Заглянул я тут как-то намедни в небольшое принадлежащее афганским эмигрантам кафе. Жили они когда-то в наших краях, от "греха подальше" уйдя "в обозе" Ограниченного контингента, потом с установлением в России "демократии" подались в Европу и осели в Германии. Русский язык еще немножко помнят, но не в этом дело. Назад в Афганистан уезжать никто из них не собирается, хотя по старым временам семья эта из Пагмана, смешанная, пуштуно-таджикская, была не из бедных. Мог бы и не задавать глупых вопросов. На Востоке спешить не принято. (Там торопятся только в одном случае - на похороны тещи.) Мы, дескать, уже более двенадцати лет на чужбине, подождем еще столько же. Хамид Карзай? Усмехаются. Ну у вас, шурави, был Кармаль. У них, у американцев,- Карзай. Суть такая же марионетка. Когда это в Афганистане центральная власть хоть что-то решала? К тому же власть, навязанная извне. Короля еще уважали, пока он не потерял эту власть. Но на местах все решали и решают племенные и военные вожди. В Афганистане испокон веков было так: у кого в руках винтовка - у того и власть. Если американцы начнут покушаться на власть военных и племенных вождей, опять начнется война (которая и не завершалась), и такая, что им Вьетнам с овчинку покажется.
Это, скажем так, мнение тех, кто хорошо жил у себя дома при нашем военном присутствии. Правда, и вчерашние моджахеды тоже не все подались домой по первому зову "карманного" президента Карзая. Причины в основном те же, сродни вышеперечисленным. Для полноты картины к политической пестроте добавьте еще и этническую и получите полный спектр мнений афганской диаспоры в отдельно взятой Германии, хотя и в целом по Европе она мало чем отличается от осевшей на берегах Рейна.
Нынешнему военному присутствию "дядюшки Сэма" в Афганистане предшествовали, сопутствовали и способствовали многие факторы. Порой их запутанность дает возможность только очень приблизительной увязки причины и следствия, словно имеешь дело не с "единственной в мире сверхдержавой", а с запущенным пациентом психиатрической клиники, страдающим тяжелой формой параноидальной шизофрении вперемешку с психопатией возбудимого круга. (Но государствам, в отличие от индивидуумов, психиатры диагнозов не ставят. А зря!)
К середине 2001 года "югославский фактор", на целое почти что десятилетие связавший и увязавший европейских членов НАТО и США в отсутствие реальной военной угрозы, которой бесспорно для них являлся Варшавский Договор, да и отдельно взятый Советский Союз, изжил себя начисто. Сербы после бомбово-штурмовых ударов быстро "демократизировались", а албанские "шалости" УЧК в Македонии просто смешно было бы рассматривать в качестве "стратегической угрозы". В самих США очередные президентские выборы поменяли "шило на мыло", то есть партию демократов (на американском политическом жаргоне "геев" - педерастов) - на республиканцев ("радеков"). Последнее трудно переводимо на русский язык, поэтому прибегну к описанию. "Радек" - это "некто", с очень плохо развитой верхней частью черепа, но зато с мощной нижней, от постоянного жевания "резинки". Верхнюю, менее развитую часть от посторонних любопытных взглядов отлично скрывает широкополая ковбойская шляпа. Все, надеюсь, прекрасно помнят, как выборный представитель "радеков", Буш-младший, стал президентом США, вырвав победу у Альберта Гора по итогам беспрецедентной перепроверки голосов избирателей в штате Флорида, где губернатором еще один Буш-младший, родной брат Джорджа? Гор в конце концов (видимо, не без нажима) сдался, и "ковбой" стал 43-м президентом "Диснейленда".
Не думаю, что такое развитие событий устроило в Америке поголовно всех. Из моих разговоров с некоторыми американцами я пришел к выводу, что "победу" Буша-младшего на президентских выборах они считают фальшивкой. (Другое дело - оказался бы "хрен" слаще "редьки"?) Не знаю, может, кому-то из россиян это покажется и в диковинку, но многие граждане США очень не любят и даже ненавидят свою "сверхдержаву" и ее вашингтонское правительство, каким бы по политической окраске оно ни было. К этой категории граждан США можно отнести часть интеллектуальной элиты (например, всемирно известный гроссмейстер Фишер), бывших военных, с которыми Пентагон поступил примерно так, как поступают с побывавшим в употреблении презервативом, компьютерных хакеров и прочих "хай-теков" (за "хакерство" в "демократической" Америке дают так же, как за убийство), членов различных религиозных сект, которых в США как грибов в лесу после дождя, остатки почти вымершего коренного населения - индейцев и, наконец, цветных, в основном черных мусульман (лидер - Майкл Фаррахан).
Впрочем, есть еще один фактор, вполне белый и респектабельный, в основном проживающий в сельской местности Штатов,- так называемые милиционные формирования. В конце 50-х - начале 60-х годов прошлого столетия США захлестнула очередная волна психоза под названием "советское вторжение", и американцы вполне серьезно стали готовиться к затяжной партизанской войне (совсем как в СССР по почину Клима Ворошилова и Ионы Якира перед самой Великой Отечественной). Как мы знаем, никто их оккупировать не собирался, только попугали малость "кубинским кризисом", до известной "тяжести в штанах", но "милиция" эта на добрых полвека оказалась предоставленной самой себе. Теперь даже ФБР до конца не знает, что делать с "партизанами" и где их искать.