Ведьма
Шрифт:
— Рокси, мне необходимо поговорить с тобой, давай сделаем это дома? Прошу, пойдем со мной.
— Ну лаааадно, только в том, что мы отстаем от графика, виноват будешь ты! — насупила брови и подала ему руку.
Он крепко сжал мою ладонь и нас закрутило в вихре телепорта. И снова дом, милый дом. Только когда я оказалась в своей комнате, поняла, насколько устала. На часах было три. Без сил, я рухнула на кровать.
— Я тебя слушаю, что за важный такой разговор? — безразлично спросила наставника.
— Роксана, позволь узнать, как ты нашла эту вампиршу?
— Ну, я сделала все как ты сказал, закрыла глаза, подумала и все такое.
— Что было дальше?
— Я слышала голоса и понимала, что это их
— Проблема в том, что ты нашла ее не с помощью вампирского радара, у них это происходит немного иначе. Ты использовала ведьминский дар, а если быть точнее, ментальную магию. Но это невозможно, поскольку ведьма, как правило, обладает одним даром, а у тебя их уже два. Несколько видов сил было у первых ведьм, потом эти силы стали распределяться по их потомкам, но у каждого было по одному виду способностей. Единственным магом, после древнейших ведьм, контролирующим несколько способностей, был тот обезумевший ведьмак, который стал прародителем вампиров.
— Я не понимаю в чем беда? Ну да, у меня, как и у него несколько способностей и что? — я не понимала к чему он клонит, но тональность этого разговора была мне не по душе. — Что в этом дурного? Это даже лучше, не так ли? Значит в случае чего я могу потягаться с ним на равных. Ну или почти на равных.
— Возможно ты и права, но это мистическое совпадение мне не нравится, вот совсем. Я еще пока не знаю, что это значит, но попытаюсь выяснить.
— Что-то еще? — зевнула я. — Кажется, я спать хочу.
— Та вампирша. Вампиры не восприимчивы к магии ведьм, поэтому ведьму наделяли проклятием вампиризма, чтобы она на равных могла противостоять силам зла.
— Постой, но Ведьмака-то заточили ведьмы. С помощью магии. Или я не права?
— Нет, его ослабило солнце. Осиновый кол в сердце не сработал, кожу пробить не смогли, удерживали его до рассвета и с первыми лучами солнца, он стал слаб, как обычный человек. Его сопроводили в темницу и магией запечатали место его заточения. Вампиры не восприимчивы к магии, направленной непосредственно на них, а если магия вокруг них, как например, в стенах тюрьмы, это уже другое. Но ты направляла магию на вампиршу и это работало!
— Ну это же хорошо? — я так и не могла понять в чем этот мужчина нашел проблему.
— Это просто замечательно, но необъяснимо. Поэтому я молча стоял и наблюдал, пытаясь понять, как такое может быть.
— Ты же сам говорил, что ковен выбрал меня не просто так, может они это знали?
— Возможно… — Виктор ненадолго задумался, затем коснулся пальцами моего лба. — Готова? — я согласно кивнула. — Спать.
И я уснула. Я настолько привыкла засыпать подобным образом, что мне кажется, скоро по-другому разучусь. Но плюсы в этом несомненно есть, вампирские силы во мне сохранятся еще час, на сон после остается часа четыре, чего мне однозначно не хватит, для того, чтобы выспаться. Благодаря приему Виктора, я смогу поспать подольше. Сегодня я не стала фантазировать по поводу Сэма, я просто устала.
* * *
Я проснулась от звука будильника, сладко потянулась и пошла умываться, поразившись, как легко я встала. Благодаря новым приемчикам с внешним обликом у зеркала, у меня стало уходить гораздо меньше времени на сборы, чему я была несказанно рада.
Захватив сестру с собой, я направилась получать знания. На парковке школы мы привычно разошлись в разные стороны, подходя к школе я снова слышала смешки и вспомнила, что проблема моей чести
еще актуальна. Но я оказалась не права, сквозь смешки я слышала обрывки фраз "Вот это рожа", "Сын Франкенштейна", "Эдвард руки-ножницы", "Чудовище" и все в таком духе. Я не знала, о чем речь, но расслабилась, понимая, что больше меня никто не обсуждает.Зайдя в школу, я поняла, что звездой сегодняшнего дня стал Мэтт. Взглянув на него, я ужаснулась и скорчилась от отвращения. Его лицо и руки (те части тела, которые не были спрятаны под одеждой) были покрыты волдырями и шрамами. Мэтт был нарциссом — когда мы встречались, я часто замечала, что он не может пройти мимо зеркала, не остановившись, чтобы полюбоваться своим «безупречным», как он считал, лицом. От своей фигуры он и вовсе был в восторге.
Его внешность была его главным и, пожалуй, единственным достоинством, поскольку мозгами его Всевышний явно обделил. А теперь он стоит, спрятав все свое тело под одеждой, что натолкнуло меня на мысль о том, что шрамы и волдыри не только на его лице. Он потерял единственное, что ему было дорого, свою красоту и тут же стал предметом насмешек. Он стоял один, пряча лицо под капюшоном, его обходили стороной, тыча пальцами. А где же все его друзья? Им стыдно показаться рядом с ним? Думаю, Мэтт пересмотрит теперь всю свою жизнь. Он никому не нужен. Он всеми брошен. Несмотря на то, что он сделал, мне все равно было его жаль. Виктор выполнил свое обещание, он его наказал, но не слишком ли это жестоко?
Я зашла в туалет, закрыла щеколду и позвала Виктора. Наставник не заставил себя ждать.
— Получше места не могла найти? — брезгливо осведомился мой гуру.
— Не до этого было. Во-первых, спасибо за то, что наказал моего обидчика. Но мне кажется, что это слишком жестоко. Мы ему жизнь поломали.
— Если бы твой дар вовремя не откликнулся, то поломанная жизнь была бы у тебя. И ничего мы ему не ломали, а наоборот, можно сказать, починили. Помнишь сказку "Красавица и чудовище"? В ней ведьма наложила проклятие на принца за то, как он относился к людям и это проклятие снялось, когда он изменился и нашел истинную любовь. Вот и здесь почти также. Ведьмак наложил проклятие на опьяненного своей красотой эгоистичного мальчишку и это заклятие снимется само собой, как только он поймет, в чем провинился. Когда он по-настоящему поймет. Когда его отношение к окружающим его людям изменится, и он научится ценить такие человеческие качества как доброта, милосердие, сострадание, дружба и тому подобное. И, естественно, когда он начнет проявлять эти качества по отношению к другим. Тогда проклятие спадет, и он снова будет красавчиком Мэттом, но только другим, он будет человеком, а не отморозком.
— Это замечательное наказание, понять свои ошибки и постараться исправить их. Ты прав, это ничуть не жестоко, и он действительно это заслужил! — я обняла Виктора в знак благодарности, улыбнулась ему и кивнула в знак того, что он может уходить по своим делам.
Я направилась в аудиторию, где на меня уже никто не обращал никакого внимания, все обсуждали "Выродка Франкенштейна". Хотя нет, внимание все же было, одна пара глаз не сводила с меня внимательного и строгого взгляда.
— Привет, Вик!
— Привет, Роксаночка, скажи мне, а ты, случайно, не причастна к случившемуся с Мэттом?
— Ты имеешь ввиду, не прокляла ли я его? Нет, я этого не умею и не догадалась бы так виртуозно подойти к решению проблемы. За меня это сделал многовековой ведьмак, мой наставник. Как только Мэтт осознает, какой скотиной он был, он станет прежним.
— А Виктор хорош! — оценила его поступок подруга.
— А на лицо-то какой хорошенький! — мечтательно прищурила глаза я.
Ну разумеется, это были просто девичьи разговоры. Хоть Виктор и был очень даже симпатичным мужчиной, типаж был совсем не мой. А вот Вики… Он был вполне в ее вкусе.