Вечная вдова
Шрифт:
– Так что, мисс Нортон, говорят, вы и сэр Уолш тайно поженились? – шутливо бросил Джордж фрейлине своей сестры. Он знал, что мисс Альенора имела не только острый ум, но и острый язык. Эта смышленая блондинка нравилась ему тем, какой верной и услужливой она была своей королеве.
– Конечно, сэр, разве вы сами не присутствовали на свадебной церемонии и не вы ли громко стенали о том, что я выхожу замуж за этого варвара, а не вас? – улыбнулась Альенора: флирт с сэром Болейном всегда был ей по душе.
– Ах, так вы слышали мои рыдания? – Джордж схватился за сердце.
– Не только она слышала, глупенький, но и все мы! Ты так рыдал, что едва не затопил своими слезами всю
– У меня были все причины рыдать, моя дорогая сестра! – вздохнул сэр Болейн. – Сэру Уолшу достался ангел во плоти, а мне – старая потрепанная домашняя туфля, жутко пахнущая потом!
– Бедняжка Джейн! Она, должно быть, не знает, что вы отзываетесь о ней в таком тоне! – весело рассмеялась Альенора, а затем нагнулась, слепила довольно крепкий снежок и бросила его в Джорджа. – Вот вам, сэр Болейн! Месть за вашу красавицу-супругу! Ее красота так возвышенна, что вы просто не понимаете своего счастья!
Эта удачная шутка заставила фрейлин, Анну и Джорджа залиться смехом: эта Альенора! Не говорит ни одного бранного слова, но так глубоко оскорбляет! Именно поэтому эта Джейн, завистливая и не имеющая никакой популярности при дворе, так ненавидит ее и избегает общения с ней! Боится метких стрел, пущенных в ее некрасивое лошадиное лицо!
– Вы правы, мисс Нортон! Я одарен самими небесами, имея супругу, от внешности которой я падаю в обморок! – с деланной радостью воскликнул Джордж и, упав на колени, стал бить челом землю.
– Нет, нет, дорогой, хватит уже дурачиться! Что подумают о тебе люди? – вновь засмеялась Анна, пытаясь поднять брата на ноги.
– Что я счастливец из счастливцев, моя королева! – не унимался тот.
– Довольно, Джордж… Ну же, вставай! Завтра с утра будет длинная служба, и там ты сможешь молиться и разбивать лоб о пол сколько будет угодно твоей невинной душе! – смеялась Анна. – Леди! Помогите же мне! Мой брат так опьянен красотой своей жены, что…
– Ваше Величество! Его Величество велит вам прибыть в тронный зал! – перебила королеву вдруг ниоткуда взявшаяся супруга одного из членов Совета.
– Велит? – приподняла свою красивую бровь Анна, взглянув на вестницу.
– Велит, моя королева… Он… Он приказал мне передать вам, что… Что это приказ, Ваше Величество! – едва слышно подтвердила бедная леди.
Велит. Приказывает. Ожидает послушания.
Анна улыбнулась, скрыв за улыбкой свои горечь и обиду: как Генрих посмел приказывать ей! Как посмел так унизить ее перед собственными фрейлинами? Никто не смеет отдавать ей приказания! Ни супруг, ни отец! Да и что ему вдруг так срочно от нее понадобилось? Что такого он запланировал в тронном зале? Танцы? Но они будут вечером. Другие увеселения? Если это так, то ему следовало пригласить ее, а не отдавать ей строгое распоряжение, да еще и через эту старуху!
– Должно быть, Его Величество желает сделать вам богатый подарок или устроить внезапное празднество в вашу честь, моя леди! – видя, как изменилось лицо королевы, поспешила смягчить удар Альенора.
– Истинно, моя королева! И, должно быть, его съедает такое нетерпение, что он не желает ждать, когда ты сама решишь вернуться во дворец! – подхватил Джордж и тотчас поднялся на ноги.
– Порой мне кажется, что Его Величество путает меня с его прежней… – горько бросила Анна, но брат схватил ее за руку и, не дав ей закончив фразы, весело запел любовный сонет и едва ли не насильно повел ее во дворец.
Душа Анны была полна огня и молний, и, знающий ее, как саму себя, Джордж мудро закрыл ей рот, чтобы не дать сплетникам пищи для сплетен, ведь иногда королева не выбирала слов, о чем впоследствии
жалела и она, и все Болейны. К тому же всем было известно, каким изменчивым был характер Генриха и то, как он злится, когда его приказы не выполняются… Нет, уж, пусть Анна злится, пусть свирепствует, пусть обижается, но ей нужно тотчас предстать перед очами своего венценосного супруга!– Кажется, наша королева потеряла всякую радость. Этот тиран вновь унизил ее! – прошептала Альенора, смотря вслед Анне и сэру Болейну.
Душа мисс Нортон наполнилась горечью и болью за свою любимую королеву: Генрих словно пытался уколоть ее побольнее, напомнить, что он властвует не только над Англией, но и над своей супругой. Альенора знала: несмотря на то, что окружающие и враги считали Анну бессердечной и хитрой, сердце у нее имелось – живое и чуткое. Хитрости же ей было не занимать, но разве быть хитрой – не почти то же самое, что мудрой? Анна предугадывала события и пресекала заговоры против нее на самом корню, она победила всех своих противников и, вопреки воплям дураков и проклятиям церковников, села на английский трон, чтобы привести Англию к миру и процветанию. Эта прекрасная женщина носит прочную броню, но на сердце ее не наденешь, и яд стрел и поступков причиняют ей нестерпимую боль, и королева не показывает ее лишь потому, что знает: покажи она свою слабость, ею тотчас воспользуются недруги. Анна могла быть слабой лишь с теми, кому доверяла как самой себе: с братом Джорджем и Альенорой.
– Пойдемте! Ее Величество должна знать, что мы разделяем все ее чувства! – скомандовала Альенора и, не дожидаясь ответа других фрейлин, приподняла юбки своего платья и поспешила за Ее Величеством во дворец.
– Король командует королевой, а Альенора командует нами! – презрительно прищурила взгляд мисс Клер: она уже несколько лет ненавидела мисс Нортон лютой ненавистью и с трудом выносила то, сколько власти та получила, в том числе и над такими же фрейлинами, как она сама. Причина этой ненависти была проста: дружба королевы и роман мисс Нортон с лордом Уолшем, в которого мисс Клер была безнадежно и безответно влюблена.
– Обрети любовь и дружбу Ее Величества королевы, и командовать нами будешь ты, – насмешливо бросила ей одна из фрейлин, а другие девушки хихикнули и переглянулись: мисс Клер вызывала в них раздражение своей постоянной злобой на великолепную Альенору, и уже наскучила им своими ядовитыми фразами в адрес счастливицы мисс Нортон.
– Для этого мне следует стать легкомысленной шлюшкой, которая флиртует и спит со всеми подряд, но уверяет бедного сэра Уолша в том, что еще не тронута, – холодно бросила на это мисс Клер. – Вы слепы и не видите очевидного! Глупышки, достойные лишь того, чтобы вами командовала каждая бешеная собака! – Она гордо приподняла подбородок и быстро зашагала вслед за Альенорой, преследуемая громким насмешливым смехом фрейлин королевы Анны.
Пока мисс Клер бросала ей в спину невидимые камни, Альенора, идя на некотором расстоянии от Болейнов, думала о последнем письме, которое написала ей мать и которое не на шутку встревожило ее душу. «Мой сын вернулся ко мне! Он жив, Альенора! Наш Филип жив! Он посетил меня этой ночью во сне и принес мне эту радостную весть! Он не погиб! Похоронили не его!» – писала леди Нортон своим четким, немного нервным почерком.
«Как бы она не потеряла разум! Гибель Филипа не дает ей ни покоя, ни мира, ни спокойного сна! Нужно поговорить об этом с отцом… Ей нужна помощь… Уход… Кто-то должен приглядывать за ней» – размышляла мисс Нортон, машинально шагая по таким знакомым идеально ровным каменным плитам и красным королевским коврам, устилающим длинные коридоры Гринвича.