Чтение онлайн

— Ладно, загружайся, — даже не глядя в мою сторону, приказал старик.

Я пожал плечами и залез в машину.

— Эй, а деньги? — опомнился Нестеров.

— Вот когда стану человеком, тогда и верну, — злорадно ответил я, и помахал ему на прощанье сотовым телефоном.

Алексей Леворуков ожесточенно

бил по груше. Груша (что, в общем-то, логично) не сопротивлялась, и лишь иногда поскрипывала креплениями, как бы напоминая о том, что если Алексей слишком увлечется, то она может обидеться и упасть. В который раз. Раньше, конечно, бедному спортивному снаряду тоже перепадало немало, но сегодня удары стали сыпаться просто градом. Причем этот град шел вот уже несколько часов подряд. Не каждый бетонный столб такое выдержит, что уж говорить о старом боксерском мешке?

Впрочем, меньше всего Алексея сейчас волновала судьба потертого мешка с песком.

Как?! Как?! — повторял он про себя, нанося удар за ударом.

А ведь еще совсем недавно молодой человек радовался жизни, и ничто не могло испортить ему настроение.

В свои неполные двадцать пять лет он уже успел выиграть не один десяток чемпионатов по самым разным видам единоборств — от самбо, до боев без правил. За последние три года никто (никто!) не смог отправить его в нокаут, и уж тем более выиграть хотя бы один бой. Кто-то другой на его месте мог бы загордиться и расслабиться, но не он. Алексей продолжал упорно тренироваться, и за последний год не встретил ни одного мало-мальски стоящего противника. Дошло до того, что с ним просто отказывались драться, и Леворуков выигрывал соревнования, не нанеся ни одного удара. И опять-таки, кого-то бы это заставило задрать нос, и перестать ожесточенно тренироваться, но не его. Алексей любил драться, ведь он посвятил этому всю свою жизнь. И его не устраивали легкие победы.

Именно тогда, в поисках новых ощущений, он начал посещать бои, проводимые самыми разными структурами — от государственных до криминальных. Деньги ему были не нужны, хватало и того, что приносило преподавание в своей собственной школе, поэтому работа у некоторых «важных» людей, его совершенно не интересовала. От этого и шли все проблемы. С одной стороны — Алексей не мог не ходить на всевозможные «отборочные» чемпионаты, в которых отбирались новые кадры для этих самых «важных» людей, а с другой — у него становилось все больше и больше проблем. «Крыши» у спортивного зала «Боец» не было, и периодически случались эксцессы, после которых известному бойцу приходилось переезжать или временно прекращать появление на публике.

Через некоторое время сложившаяся ситуация откровенно надоела Леворукову, и он, впервые за всю свою жизнь, согласился на предложение одного из устроителей «отборочных» соревнований. Тот, в ответ на некоторые услуги со стороны Алексея, обещал разобраться со всеми недоброжелателями и слишком обиженными отказом работодателями, ведь, как ни крути, даже чемпион мира по боям без правил ничего не сможет сделать против одного единственного выстрела в спину… да и не в спину тоже.

На том они с Рогом и порешили. Алексей периодически исполняет некие поручения, в которых не обойтись без его навыков, а Рог становиться «крышей» Алексея.

Все просто. Дал нескольким людям в зубы — и свободен… до следующей настойчивой просьбы своего покровителя. Безусловно, кто-то мог бы сказать, что это мнимая свобода… и, возможно, через некоторое время так сказал бы и сам Алексей. Но сейчас свобода волновала его меньше всего.

Вот

ведь как бывает. Все было просто в первой просьбе честного и кристально чистого перед законом бизнесмена Василия Рогова. По сути дела, эта просьба не отличалась от любимого хобби Алексея, заключавшегося в нанесении дружеских визитов самым разным школам единоборств, с целью выяснения уровня преподавания. Вернее, уровня преподавателей. Продержался преподаватель две минуты — выше всяких похвал, минуту — неплохо для начинающего, меньше — нужно еще подучиться такому учителю. Отличие «рабочего» визита от «нерабочего», заключалась в том, что после демонстрации силы необходимо было задать несколько вопросов. Для этого Алексею даже отрядили двух человек, видимо, на тот случай, если он забудет какую-нибудь формулировку.

Да и в школу отправили какую-то непонятную. В подвальном помещении занимались всего несколько человек, да и те уже не молодые. С такими даже и драться-то не интересно — никакого заряда в них уже нет, кончился. А уж когда Алексей увидел их учителя, то потратил немало усилий, чтобы сдержать ехидную улыбку.

Тощий китаец приветливо встретил гостей, несмотря на то, что они вели себя вызывающе нагло и бесцеремонно. Естественно, отсутствием манер блистали приставленные к Алексею молодые люди. Сам Алексей вырос в культурной семье, и никогда не позволял себе такого поведения.

— Что вам угодно, молодые люди? — вежливо поинтересовался китаец на чистом русском языке.

— Да вот, зашли посмотреть, на вашу секцию… — проговорил один из сопровождающих, и демонстративно сплюнул на пол.

Несколько учеников дернулись было к наглецу, но остановились, поймав успокаивающий взгляд учителя.

— И как вам наша секция? — ничуть не смутившись спросил китаец.

— Туфта, — громогласно ответил второй сопровождающий Алексея.

— Так что же вас здесь задерживает? — удивился китаец.

Алексей невольно подивился самообладанию этого человека. Сам он на месте китайца уже давно уносил бы из спортивного зала тела нахалов.

— А мы хотим показать вам, как нужно драться по-настоящему, — заявил первый, особенно наглый, сопровождающий.

Алексей сделал себе пометку в уме, чтобы не забыть объяснить этому не в меру самоуверенному молодому человеку все тонкости культурного поведения.

Но китаец был непробиваем.

— Ну, покажите.

Он кивнул на грушу, висящую в углу зала.

Молодые люди, в свою очередь, чуть ли не царственно кивнули Алексею, и тот, сделав в уме вторую пометку о неминуемой разъяснительной беседе с молодыми людьми, неторопливо подошел к снаряду.

Обычно Алексей старался избегать всех этих бесполезных показушных демонстраций, но сейчас он старательно оттягивал то, ради чего сюда пришел. Не хотелось ему драться с этим маленьким китайцем, хотя он пока еще не понял причину этого нежелания. Едва ли он всерьез жалел хлипкого учителя. И не таких приходилось ставить на место — если учишь людей драться, так будь добр уметь постоять за себя.

Пройдя через весь зал мимо нескольких, неприязненно наблюдающих за ним учеников, Алексей остановился напротив груши. Без всякой подготовки и показушного разогрева, он ударил своим коронным прямым левой рукой. Тяжелая боксерская груша отлетела на добрых полметра, едва не порвав железную цепь. На пол посыпался песок.

— Вот это дело! — радостно вскричали сопровождающие. — Вот как надо, сосунки.

Алексей скривился от их криков, как от зубной боли.

— Полное отсутствие энергетики, — покачал головой китаец.