Вангелия
Шрифт:
– Кто из вас возьмется опекать Димитра в первое время? – спросила Ольга, обводя взглядом класс. – Вангелия?
По ее взволнованному виду она поняла, что та будет совсем не против.
– Да, – тихо проговорила Вангелия.
– Вот и хорошо.
Учитель подвел Димитра к столу, за которым сидела Ванга. Он сел рядом. Ольга прошла в угол класса за свой стол.
– У тебя будет несколько дополнительных занятий, чтобы ты догнал класс, – сказала она Димитру. – А сегодня просто попробуй читать вместе со всеми.
Урок пошел обычной
– «Весна приходит неожиданно. Она похожа на первую любовь», – громко прочитал очередной ученик.
Рука Димитра коснулась книги, лежащей перед ним и Вангой. И тут же отдернулась – почти испуганно.
– Где сейчас читают? – тихо спросил он. – Покажи мне.
– Вот здесь.
Помедлив, Ванга взяла руку Димитра и положила на нужное место на странице. Димитр быстро и благодарно погладил ее руку и шепнул:
– Спасибо.
– «Как прекрасен этот первый расцвет природы! – читал дальше ученик. – Сколько радостей он обещает в будущем!»
Руки Ванги и Димитра следили за текстом, то и дело сталкиваясь на странице, и робко касаясь друг друга, и друг от друга отшатываясь, и снова соединяясь…
Глава 13
Весна – время прекрасное, но недолгое. А вот лето длится и длится, и нет конца его теплому течению. И хорошо!
Ученики – вернее, мужская их половина – спускались с крыльца Дома слепых на вечернюю прогулку. За три месяца, прошедшие с того дня, как он попал в Дом, Димитр стал чувствовать себя гораздо увереннее. Но все-таки, сходя с крыльца позади всех, он неловко качнулся и сбил планку деревянных перил.
– Ч-черт! – не сдержался он при этом.
– Ты чего? – спросил Стоян – парень, рядом с которым стояла кровать Димитра в спальне.
– Ничего, – ответил тот. – Идите. Я потом к вам приду.
Димитр вернулся в Дом. Проходя по коридору, он задержался было возле музыкального класса: вдруг Ванга играет на пианино? – с радостью бы послушал. Но тихо было за дверью, и, вздохнув, он пошел дальше.
Ванга тем временем сидела на своей кровати в спальне девочек, вышивала на пяльцах и слушала, как Ольга читает вслух. Читала она по-болгарски, но книга, Ванга знала, была русская, ее просто перевели на все-все языки на свете, потому что писатель, который ее сочинил, был великий – так Ольга говорит, а значит, так оно и есть.
– «Едва князь Андрей обнял этот тонкий, подвижный, трепещущий стан, – читала Ольга, – вино ее прелести ударило ему в голову, он почувствовал себя ожившим и помолодевшим. Он особенно нежно и бережно обращался и говорил с нею».
– Ольга… – сказала Ванга.
– Что?
Та подняла глаза от книги.
– Так правда бывает?
– Как, Ванга? – не поняла Ольга.
– Вот так… Чтобы мужчина так полюбил?
– Бывает, милая, –
кивнула Ольга. – Я сама это видела. Мой папа так любил мою маму. Правда, – грустно добавила она, – с тех пор, как они умерли, я не видела такого больше никогда…На лице у Вангелии появилось мечтательное и счастливое выражение.
– О чем ты думаешь? – спросила Ольга.
– Так…
Видно было, что она колеблется: рассказать, не рассказать? Но не рассказала – снова принялась вышивать. Вид у нее был смущенный.
Ольга отложила книгу, подошла к окну. На крыльце стоял Димитр, рядом с ним был ящик со столярными инструментами. Он на ощупь пытался выбрать нужный, но, кажется, ничего у него не получалось.
– Димитр, – сказала Ольга.
– Где? – встрепенулась Вангелия.
– Крыльцо хочет починить.
– Но как же? – Вангелия вскочила, бросила пяльцы. – Он же не может сам!
Она пошла к двери.
– Ванга, не ходи, – сказала Ольга. – Не надо вмешиваться. Он должен сделать это сам, раз взялся.
Не обращая внимания на ее слова, Вангелия открыла дверь.
– Ведь он мужчина! – крикнула Ольга ей вслед.
Дверь спальни захлопнулась за нею.
Димитр в досаде бросил молоток на крыльцо. Сколько ни старайся, а кроме отбитого пальца никакого толку! Планка прибита к перилам косо.
– Димитр, что ты делаешь? – услышал он.
Если бы Ванга появилась рядом в любую другую минуту, он обрадовался бы: при каждом появлении этой девушки его охватывало счастье. Но сейчас он испытывал такой сильный стыд, что счастье не могло уместиться у него внутри.
– Перила сломал. Чиню, – хмуро ответил он.
– Получается?
Ему показалось, что в голосе Ванги прозвучало то ли сочувствие, то ли усмешка.
– Получится!
А вот в его голосе точно прозвучало раздражение. Но Ванга, кажется, не обратила на это ни малейшего внимания. Она взяла из его руки молоток, гвозди…
У нее любая работа получалась гораздо лучше, чем у него. Она давно жила в Доме слепых, а значит, ее многому научили. Да и в родной семье, наверное, не проявляли такую заботу о ней, как в семье Димитра, и некому было ей помогать – наоборот, все ожидали, что она приладится к своей слепоте и начнет помогать им.
– Вот и все! – радостно произнесла Ванга. – Все получилось.
Димитр провел ладонью по перилам. Планка лежала на балясинах ровно. Его охватила такая досада на себя, что он едва сдержал постыдные для мужчины слезы.
– Это у тебя получилось! – бросил он. – Не у меня!
С этими словами Димитр сбежал с крыльца и бросился прочь по аллее.
– Димитр, подожди! Ну что же ты?.. – слышал он голос Ванги.
Но не остановился. Стыд гнал его прочь.
Если бы кто-нибудь углубился вечером в парк, то, наверное, решил бы, что по аллеям бродят призраки. Да, на призрак была похожа девушка, силуэт которой мелькал между деревьями.
– Димитр! Димитр! – слышался ее голос.