Чтение онлайн

– Понятно, что они Вампиры, – произношу я. – Но какого они вида? Вампиры, которые «с тоской смотрят в окно твоей спальни» или вампиры, как в «30 дней ночи» [13] Джоша Хартнетта, высасывают тебя всего целиком?

Он смотрит на меня, совершенно не понимая ни одну из моих отсылок на фильмы. Не моя вина, что у меня не заканчивается подписка на «Нетфликс».

– Они деловые партнеры братьев Волковых, – отвечает бармен. «Богатый» вид. «Подлый» вид. Что-то вроде «не смотри

нам в глаза».

Киваю на бутылку водки, и он наливает мне еще рюмку. Моя работа превращается в ту, что сложно выполнить, будучи трезвой.

Вампиры начинают что-то напевать, и я вопросительно смотрю на бармена.

– Время еды, – поясняет он, взглянув на часы. – Как только ночь танцовщиц заканчивается, клиентам разрешается поесть.

Мой взгляд падает на открывающуюся дверь клуба. Входит огромный вышибала-Перевертыш. За ним следуют четыре девушки, которых я уже видела на танцполе. Они одеты в одинаковые обтягивающие белые платья.

– Но они же Перевертыши, – произношу я. – Разве Вампиры предпочитают не человеческую кровь?

Бармен выглядит смущенным.

– Перевертыши обычно не подпускают к себе Вампиров. Мы можем за себя постоять. – Его лицо искажается от отвращения, и я не виню его за то, что он испытывает к подобному соглашению. – Но кровь Перевертышей – деликатес, а Константин гарантирует клиентам самую чистую кровь в городе.

Самую чистую кровь в городе? Что за пуристская брехня?

Я съеживаюсь. Все в моем теле напрягается при виде девушек, похожих на ягнят, которых ведут на убой, приближающихся к Вампирам.

– Остынь, – говорит мне бармен. – Они делают это по собственной воле. Так им платят намного больше, чем обычно.

Я и забыла, что обезьяны хорошо умеют улавливать эмоции.

– Как Константин поддерживает чистоту крови? – спрашиваю его. – И какое это имеет значение для Вампиров, если кровь все равно не грязная? Им что, нужна органически чистая кровь?

– Босс держит этих девушек на строгой диете, регулярно проверяет их на наркотики и следит за тем, чтобы они в целом были здоровы.

Я бы не назвала медовый торт и пирожки частью строгой сбалансированной диеты.

– Вампирам нравится вкус, – продолжает бармен. – Для них это гарантия того, что они не наткнутся на кровь наркомана или Ведьмы.

Нервно сглатываю.

– Ты же знаешь, что я чую твой запах? – произносит он.

Черт, это похоже на проклятье пахнуть всю оставшуюся жизнь как скунс.

В ответ пожимаю плечами.

– Да, знаю.

Вампиры становятся громче, голоднее. При виде их клыков меня охватывает ужас, как и раньше. В животе все сжимается. На мгновение мы с обезьяной замолкаем и смотрим на то, как красивые женщины соблазнительно улыбаются вопящим Вампирам, словно собираются пройтись с табличками по боксерскому рингу.

– Почему их платья белые? Они все девственницы?

Обезьянка пыхтит от смеха, но вряд ли ему смешно.

– Константин называет их своими Кровавыми кроликами. Белая ткань помогает

усилить чувственное восприятие клиентов.

Значит, Константин что-то вроде долбанутого Вампира-сомелье?

– Они их осушают? – спрашиваю я, вспоминая о своем расследовании для «Хроники».

Бармен отрицательно мотает головой.

– Все совсем не так. Константин охраняет девочек. Здесь действуют строгие правила.

Похожий на медведя вышибала открывает дверь рядом со сценой. Сколько в этой церкви тайных ходов? Три Вампира встают и следуют за Перевертышами, скрываясь с ними в дверном проеме. Я хочу пойти за ними. Мне нужно посмотреть, что они задумали.

Но не могу, не в мою первую ночь.

Бармен-обезьяна смотрит на меня, приподняв брови.

– Поверь мне, ты не захочешь посещать комнату Кровавого кролика, – произносит он.

– Почему нет? – раздается спокойный голос позади меня.

Я разворачиваюсь и оказываюсь нос к носу с Константином.

– Ничего, босс. Прошу прощения, – бормочет бармен.

– Мо, ты свободен, – протягивает Вампир.

Перевертыш отставляет бокал, который он полировал в течение десяти минут, и, шаркая, уходит.

– Кстати, моё имя Брэнди! – кричу я ему вслед.

– О, вот как, – Константин слегка приподнимает уголки губ, будто это наша с ним шутка. Он оглядывает меня с ног до головы, улыбаясь тому, что я надела выбранное им платье.

– Думаю, тебе понравится комната Кровавого кролика, Саския, – тихо добавляет он. Его слова звучат как угроза.

– Где вы с Луккой были всю ночь?

Мой вопрос остается безответным.

– В мой кабинет, – произносит он и уходит, не давая мне ответить. Мне остается лишь поспешить за ним, как прилежной Ведьмочке-шпионке, каковой я и являюсь.

– Присядь, – говорит Константин, указывая на кресло.

Сажусь, одергиваю свое платье, которое поднимается так высоко по бедрам, что создается ощущение, будто я его кадрю. Константин, похоже, этого не замечает. Оглядываюсь в ожидании Лукки, но его все нет. От этого мне должно быть спокойнее, так как не придется бороться сразу с двумя братьями.

– Что ты узнала за сегодня? – спрашивает Константин, перебирая бумаги на столе и не глядя на меня. Очевидно, нападение, случившееся ранее, теперь забыто, хоть мне и любопытно, что случилось с тем Вампиром, после того как ему сломали шею.

Откашливаюсь.

Что узнала? Этот клуб полон Сверхов, и, кроме как о Вампирах-жуликах, которые довольствуются бесплатными развлечениями, и об их смутном представлении о времени ужина, мне сказать нечего.

– Те Кровавые кролики…

Он резко поднимает голову.

– Это тебя не касается.

В следующую секунду Константин уже стоит возле меня, а легкий ветерок от его сверхъестественной скорости сносит бумаги со стола на пол.

– Я нанял тебя слушать и докладывать, – произносит он, упираясь руками об оба подлокотника и приближаясь ко мне. – А не высказывать свое мнение насчет моего бизнеса. Так что ты услышала?

Делаю глубокий вдох, пытаясь набрать хоть немного воздуха в свои легкие.

– Мне ничего не удалось узнать, – отвечаю ему, заикаясь. – Я слушала, разговаривала с несколькими группами клиентов, убирала бокалы. Никто не говорил ни о тебе, ни о твоем брате.