Чтение онлайн

Дверь в стене была открыта, из гостиной по ту сторону доносился звон клинков и резкие крики.

Первый встреченный им противник стоял спиной. Тощий охранник с блестящей от пота лысиной затаился в створе двери с аркебузой наготове и не спускал глаз с лестничного пролёта на второй этаж.

Руфиано вдруг захотелось окликнуть его, но он тут же прогнал сентиментальность и с размаху вогнал тонкий клинок тому под ключицу. Подхватив свободной рукой ружьё, чтобы то ненароком не выстрелило, он позволил бездыханному телу сползти по стене.

Выйдя к пролёту он глянул наверх. Из-под арки на балюстраду выскочил Бэрт. Толстяк едва не перелетел через перила.

Следом за ним по пятам бежали двое преследователей. Отразив удар, он отскочил в нишу слева. Загнав самого себя в угол, толстяк, тем не менее, обезопасил тыл. К тому же, на узкой лестнице подступиться к нему мог лишь один из двоих. И сейчас он оказался лицом к лицу с другим шерглином, здоровяком едва ли не вдвое более крупным чем он… Острые иглы на загривке двуногой псины встали дыбом, утробное рычание срывалось на лай каждый раз, когда он делал выпад клинком. Его приятель — человек стоял чуть позади. Узкий проход не позволял тому оказать помощь товарищу, но подменить его в случае необходимости он мог бы легко. Дела же толстяка были не столь хороши. Противник не уступал ему в силе и отжал к самым перилам, стеснённое положение не давало ему возможности воспользоваться всеми преимуществами своей тяжёлой секиры. Он лишь отбивал скоростные удары телохранителя, только изредка отваживаясь контратаковать тычками длинной рукояти.

Руфиано положил ствол на левое предплечье, прицелился во второго охранника и спустил курок с зажатым в нём дымящимся фитилём. Порох на лотке зашипел и, секунду спустя, аркебуза грохнула, а густой белый дым на секунду закрыл от него вид на балюстраду.

Топот ног по лестнице заставил его напрячься. Он перехватил ружьё за ствол и, крутанувшись всем телом, махнул прикладом, целясь в голову бежавшего ему навстречу противника. Дерево со свистом разрубило воздух, не найдя цели. Комната на миг вспыхнула белым пламенем и он застонал от кинжальной боли в перевязанном боку. Проклятая рана всё-таки открылась. Отбросив ставшее бесполезным ружьё, молодой человек сделал пару быстрых шагов в сторону, на ходу извлекая короткий куракский меч. Движение оказалось не таким ловким как он рассчитывал — глубокий порез давал о себе знать — и Руфиано едва не угодил под косой взмах сабли, которым оппонент намеревался разлучить его голову с телом.

— А ты не спешил, коротышка, — услышал он голос Бэрта сверху.

Выстрел, хоть и пустой, напугал шерглина и сбил его с ритма. Не теряя момента, толстяк повалил того на пол и с размаху прикончил ударом своего жуткого топора.

— Пойду, поищу эра Марко, — крикнул он, — Надеюсь, старикан ещё не сдулся.

Ему лишь бы поболтать! Руфиано на секунду замешкался и едва не попал под очередной выпад прыгнувшего на него охранника. Пуля лишь оцарапала того, но здорово разозлила. Он ринулся на молодого человека, точно тигр, атакуя целой серией приёмов в арианском стиле. Смельчак, ведь на нём нет доспехов.

Где-то в глубине дома громко ухнуло и стены заходили ходуном, точно взорвался целый бочонок пороха.

Противник вновь выбросил клинок в длинном выпаде. Руфиано знал этот приём и был готов заранее. Мэн — гош пронзил запястье охранника. Раненый враг отпрыгнул назад, но потерял скорость. Преследуя его, бретёр скользнул вперёд и чуть в сторону, уходя от удара. Меч подсёк колено противника и обратным взмахом вонзился в грудь.

Стряхнув капли крови с клинков, Руфиано отправил их назад в ножны и двинулся вверх по лестнице. Дом затих и он шёл медленно, стараясь лишний раз не тревожить рану.

Дым ещё не развеялся. Двери

кабинета были расколоты и сбиты с петель взрывом. По дороге сюда он насчитал пятерых убитых, помимо тех, что остались на лестнице.

Эр Марко склонился над контрабандистом, сидевшим на полу в углу. Толстый старый шерглин с седой облезшей шкурой мелко дрожал и его деревянная нога отбивала дробь по дубовому настилу. Он был в полтора раза крупнее Марко, но казался крошечным и жалобно скулил:

— …то я всё тебе верну, до последнего медяка! С — слушай, там, в шкафу, целый сундук эрлов — забирай. Ну послушай же, ты меня знаешь, я тут совершенно не при чём. В Карпо — Дорго вас каждая собака узнала. Не я, так кто-нибудь другой вас всё одно сдал.

— Себастийцам?! — воскликнул седобородый

— Да хоть бесу лысому! — взвизгнул Крислинг, — За такие-то деньжищи! Послушай, забирай всё. Будем считать это компенсацией. Послушай. Меня. Т — три. Ты — тысячи. Эролов. Серебром.

— К чёрту. Скажи просто — куда он их повёз?

— Не знаю. Не знаю я. Сколько раз повторять?! Они идут к Карпо — Лазауро. То есть шли. Но эр Книффо хочет передать Осколок себастийцам. Ты знаешь, сам он к ним вряд ли сунется — его нигде не любят. Но говорят, — он сделал паузу и заговорщицки подмигнул, — Говорят, у северных островов видели «Дракона».

Бэрт, стоявший неподалёку, громко выругался:

— Если они увезут нашу куколку в Конфедерацию, то мы её никогда…

— Не увезут, — отрезал Марко, — Что до тебя…

Он повернулся к контрабандисту, скрючившемуся у его ног

— Нет! — воскликнул тот, — Я же всё тебе рассказал. И — и я же выполнил все условия нашей сделки! Ну сдал я вас — с кем не бывает. Но я же не нанимался нянькой. Я знаю как минимум дюжину людей, которые едва меня не опередили и…

Седобородый замахнулся на него мечом. Крислинг зажмурился и тихо взвыл.

— Оставь его, — пробурчал Бэрт, — Всех крыс не передавишь.

Седобородый замер в раздумье.

— Времени нет, — заметил Руфиано, — На паром до Самлонны не успеем

— Чёрт с тобой, — наконец выпалил Марко, — Живи.

Он легонько пнул взвизгнувшего контрабандиста и спрятал меч в ножны.

Что-то укололо Руфиано в раненый бок и комната поплыла перед глазами. Он схватился за дверной косяк, оседая на пол. Толстяк Бэрт бросился к нему.

— Андрюха! — прокричал он прямо на ухо, — Господи, ты уснул что ли?

Андрей качнулся на ватных ногах и едва не рухнул, но вовремя ухватился за штурвал.

Вокруг плескалось окутанное предутренним туманом море, а за кормой, поставленный на бакштов, за ними тащился вельбот, который они, по странной причуде Михаила, угнали с острова. В нём, надёжно упрятанные в непромокаемые мешки и крепко привязанные, покоились те немногие припасы, коими им удалось разжиться в гостинице перед бегством. «Надо было рыбацкую лохань с парусом какую-нибудь прихватить, но людей на два судна у нас не хватает». Андрей чуть заметно улыбнулся, вспоминая его слова.

На палубе «Ветерка» не было никого, кроме их с Мишей и усача хозяина гостиницы. И те двое беспокойно поглядывали на него, стоя напротив.

— Ты в порядке? Может сменить?

— Нет, — Андрей покачал головой, — Задремал маленько. Где мы?

Он не помнил, как провалился в видение. Не мог же он и в самом деле спать стоя.

— Где мы? — выпалил Михаил, чуть не подпрыгнув, — Где мы?! Господи Боже мой, — и он приплёл сюда самое длинное ругательство из тех, что Андрей когда-либо слышал от него, — Ты хоть помнишь, как тут оказался?