Чтение онлайн

Я не стала ей ничего отвечать. Да и она не стала дожидаться от меня какого-либо ответа, быстро исчезнув за деревьями из нашего поля зрения.

— А действительно, — обратилась я к Мире, — почему она не уж? Не только мама, но и вы с Митричем говорили, что все дети — ужи, по праву рождения. Так что с Васькой не так?

— Ну, извините! — всплеснула руками волчица. — Отрёкшиеся от ужей царевны в бегах не так часто рожают от простых людей, чтобы я смогла провести более детальное исследование! Понятия не имею, почему она не уж. Может, унаследовала больше от отца?

— Знаешь, она и внешне на него похожа. — Вот только внутренне полная противоположность. Но этого я вслух озвучивать не стала.

–

— Обычная размолвка между сёстрами, — пожала я плечами, — ну, знаешь, мелочь. Она просто переспала с моим женихом, ничего интересного.

— Тогда понятно, почему ей так стыдно каждый раз, когда она на тебя смотрит, — волчица криво мне улыбнулась. — Пойдём?

Мы медленно двинулись в сторону ночного леса. Я ожидала, что в момент перехода почувствую что-то, как это обычно описывают в фантастических книжках про попаданцев в другие миры, но нет. Стоя в лесу под лунным светом я абсолютно ничего не ощутила, и очень удивилась, не обнаружив за спиной дневного леса. Как-то по-другому я себе это всё представляла.

— Платок надень, чтобы он лицо прикрыл, — осмотревшись по сторонам, попросила меня Мира. Много времени эта процедура у меня не заняла, и когда у меня на лице остались открытыми только глаза, волчица продолжила. — Сейчас нам с тобой нужно просто идти, ужи сами будут незримо корректировать твой маршрут и выведут прямо к царю.

— Тогда нам туда! — махнула я рукой за спину Миры, потому что именно в ту часть леса мне почему-то хотелось больше всего.

Мы неспешно шли по лесной дорожке, периодически обмениваясь парой фраз. Так я узнала, что в подземном мире всегда ночь. Поразительно, но факт. Я же просто полагала, что оказываюсь здесь в такое время суток, а нет. Мира объяснила всё это древними магическими законами, но ограничилась лишь этой фразой. Я же за разъяснениями не полезла. И так голова забита насущными проблемами, не хочу сейчас вникать в особенности здешнего мироздания.

Незаметно разговор перешёл на моего полоза, и Владимира попросила рассказать нашу недолгую историю. Часть она и так узнала от Митрича, что я была его наречённой, но по каким-то причинам решила оттуда свалить, чуть не отбросив при этом коньки.

По мере моего рассказа, Мира, в начале улыбающаяся, под конец ржала в голос, периодически вытирая выступавшие на глазах слёзы.

— Это не смешно! — я и сама улыбалась во все тридцать два зуба, но сделать замечание всё же решила.

— Ой, не могу! — волчица пыталась отдышаться, продолжая нервно посмеиваться. — А самое классное в том, что Лекс всю родню твою и друзей проверял на связь с древними! И не нашёл ничего! У него ведь, судя по всему, брат женат на твоей подруге! Как он это упустил?

— Не знаю, — заразилась я её весельем, — а должен был заметить?

— Что твоя семья под мороком? — Мира на мгновение сделала вид, что задумалась. — Конечно! Его спасает только то, что и сам царь не признал в тебе ужа, но это вообще за гранью! Что за мужчины пошли? Один невнимательнее другого!

Так, рассуждая о мужских недостатках вне зависимости от расовой принадлежности и возраста, мы вышли на небольшую полянку, за которой виднелась речка с белым каменным мостом через неё. На противоположном берегу, из такого же светлого камня стоял настоящий замок! Как в сказке! Высокий, этажей двенадцать, с башнями, большими воротами и, если зрение меня не обманывало, со рвом вокруг него. Всё это каменное великолепие подсвечивалось со всех сторон факелами разных размеров, что казалось, весь замок переливается огненными бликами. Да и не только он — дорога от моста до главных ворот по обе стороны точно так же освещалась,

— Нам туда. — Констатировала я, внутренне содрогаясь.

Одно дело обсуждать мои отношения с Лексом с почти что подругой, посмеиваясь над всем этим, но совершенно другое скоро столкнуться с ним лицом к лицу. Как он всё это воспримет? Только что потерял меня, и вот она, снова я. Только теперь уж. И как это всё будет происходить? Полозу, не сумевшему уследить за наречённой вроде как больше и нельзя жениться, а вдруг и на мне не разрешат? И зачем я тогда сюда пришла? Может ну это всё, развернуться, пока не поздно, и…

— Счастливая ты, — привлекла моё внимание к себе Владимира, — даже сама ещё не осознаёшь, как же тебе повезло.

— О чём ты? — задав вопрос, я увидела её полный тоски взгляд.

— Ты сейчас переживаешь, как школьница перед первым поцелуем, — хмыкнула волчица и, взяв меня за руку, заставила идти к замку. — Судя по твоей панике, ты готова сейчас взять и убежать! Зачем? Ты как была его наречённой, так и осталась ею. Чувства, которые вы друг к другу испытываете, тоже никуда не делись. Связь установилась, и будет становиться только крепче. Это любовь. Настоящая, искренняя любовь. Хочешь ты этого, или нет — уже не имеет никакого значения. И вместо своих параноидальных мыслей, лучше представь, как обрадуется твой полоз, когда увидит тебя! Ну, оказалась ты царевной, ну не разглядел он, и что? Не так и сильно его гордость от этого пострадает! Он вскоре вновь обретёт свою любимую, которую, как сейчас думает, потерял навсегда! Знаешь, я тебе завидую, если честно. Вернее, вашей с ним связи, потому что она честная. Здесь не будет никаких сюрпризов, или обмана. Да, не спорю, вы будете ссориться, ругаться, орать друг на друга, но при этом вы оба всегда будете знать, что любите и по-настоящему любимы. А это дорогого стоит.

— Он так много врал тебе? — я понимала, что своим вопросом лезу ей под кожу, но не задать его не смогла.

Мира ещё в день нашего знакомства рассказывала, что понимает мои чувства к сестре. Знает, что значит быть преданной. И сейчас я чётко осознавала, что, успокаивая меня, она очень сильно бередит свои старые раны. Это читалось во всём — в интонациях, взгляде.

— Как ни странно, но нет, не много, — волчица грустно улыбнулась. — По сути, только однажды. Но этого хватило с лихвой.

Оказалось, всё довольно обыденно, если не считать, что произошло у оборотней. Мира, как и почти все девочки из её общины, была тайно влюблена в сына вожака стаи. Он был на десять лет старше и почти не обращал на неё внимания. Миру это не останавливало, и она с упорством барана продолжала ходить за ним хвостиком.

Всё изменилось в один день. До её совершеннолетия оставалось чуть больше месяца, когда он её впервые поцеловал. Неделю она бегала к нему на тайные свидания, витая в облаках и абсолютном счастье. Владимира с нетерпением ждала своего дня рождения, после которого, она не сомневалась, он при всех объявит её своей избранницей и парой.

Она даже осмелилась провести с ним ночь, хоть он и отнекивался до последнего, прося её не делать этого. Но когда у нас мужчины выдерживали против настроенной на что-либо женщины? Никогда! И он тоже поддался. При этом наговорив ей что любит, что она только его, и что никогда её никому не отдаст.

— Знаешь, — продолжала изливать мне душу волчица, — если бы потом он просто не назвал меня избранницей — я бы поняла. Не спорю, это было бы очень больно, обидно, я бы ненавидела его, себя, всех… Но я бы поняла. Со временем, конечно. Но изгонять из стаи? Стирать память? Лишать самого дорогого, что может быть у любого мыслящего существа — лишить собственного «я»? Это перебор.