В плену Времени
Шрифт:
Каждый раз, когда я вспоминала об этом за последние два часа, то сердце екало так, словно узнала я о его смерти впервые. В этот самый момент я окончательно решила вернуться в свое время сегодня сразу же после того, как переступлю порог своих апартаментов, первым делом переоденусь в свою одежду и перенесусь во времени. Хватит с меня этих всех прогулок в прошлом. Я больно прикусила нижнюю губу, стараясь унять дрожь внутри живота.
— Эля, выходите, — как из-за слоя ваты послышался голос Перовского.
Словно очнувшись ото сна, я увидела, что дверца кареты открыта и Станислав галантно держал руку, ожидая, когда мне заблагорассудится вылезти из кареты.
— Эле надобно отдохнуть, — мягко
Обе девушки вели меня так, словно я была тяжелобольной и ходить без посторонней помощи не могла. Мы быстро взошли на крыльцо, пересекли холл и поднялись на второй этаж. Девчонки даже хотели войти в комнату со мной и раздеть, укладывая меня в постель, но мне удалось отослать их и отказаться от помощи. Прихватив с собой большую свечу, я переступила порог комнаты, в которой жила последний месяц. Спальня впервые показалась такой далекой и чужой. Несколько тягостных минут я просидела на кровати, тяжело дыша, словно взбежала без остановки на пятый этаж. В груди колотилось сердце и впервые за этот вечер, окончательно осознала, что Часы Времени у меня. Я недоверчиво разглядывала позолоченный корпус с красивой гравировкой, цепочку интересного плетения. Было слышно тихое тиканье часов, отстукивающих течение времени, на гладком корпусе нервно дрожал блик от огонька свечи, стоящей на одной их тумбочек.
"Дэниэль умер…" — отрешенно подумала я, ощущая привычную для меня боль потери любимого.
Чем дольше я смотрела на Часы, тем страшнее мне становилось, ведь это моя рука держала самую опасную вещь во Вселенной, а мое тело все еще находилось в прошлом. Опасливый холод прогулялся по телу, разгоняя по спине сотни мурашек, когда в комнате вдруг появился сизый туман с белесыми прожилками. Мгла двигалась, словно живая, но бесформенная.
— Эля, что ты медлишь, — просвистел знакомый мне нечеловеческий голос. — Пора возвращаться домой…
— Время?! — это было скорее утверждение, чем вопрос.
Я напряженно вглядывалась в туманное облако, но знакомые очертания тела Времени так и не появлялись.
— Спеши…, - прошелестела бестелесная сущность. — Я помогу тебе попасть сразу к Роману Белову…
Словно сквозняком открылось окно и со свистящим звуком, туман перекочевал на улицу, растворяясь в темном осеннем воздухе. На миг по спине прогулялся холодок страха, и я сжалась в комочек на кровати, пытаясь окончательно прийти в себя. Чтобы прогнать суеверный страх, я решилась действовать. Прожогом кинулась со свечей в примыкающую ко спальне гардеробную. Дрожащими руками я нашла на дне шкафа узелок со своими вещами, затем тщательно разделась, сняла все украшения и, морщась от отвращения, натянула свое несвежее белье из двадцать первого века, а затем грязные мятые джинсы, рубашку и образ дополнили нечищеные туфли на шпильке.
Далее последовало то, о чем я мечтала долгие месяцы пребывания в чужом мне столетии. Уже привычным движением я откинула крышку часов, затем тайная пружина обнажила скрытое табло. Дрожащими пальцами я набрала 27 мая 2009 г и нажала кнопку "старт". Мир передо мной закружился с сумасшедшей скоростью, передо мной возникла черная огромная воронка, и она со свистом надвигалась на меня. Еще секунда и меня поглотил абсолютный мрак, голова закружилась, а перед зажмуренными глазами заплясали разноцветные пятна.
Глава 36
27 мая 2009 г.
Привычная тошнота вновь накатила на меня с новой силой. Неприятное щекочущее чувство поселилось внизу живота, словно я каталась на горках или качелях. К моей несказанной радости падение было более мягким, чем в прошлый раз. Не удержав равновесие, я неловко повалилась на бок. Мне даже было страшно открыть глаза, и опасения у меня были не без оснований. В прошлый раз я так здорово приложилась затылком об камень, что попала в лапы разбойников. Под ладонями было что-то мягкое, пружинистое и на ощупь напоминало старое покрывало на диване в Ромкиной квартире. Взволнованный ропот знакомых голосов возвестил о том, что я не ошиблась. Мое
тело перенеслось прямиком к моим дорогим друзьям. Приоткрыв один глаз, я с огромным облегчением увидела нависшие надо мной родные лица Ромы и Маши. Оба были ужасно взволнованы моим растрепанным видом, а в их удивленных глазах читалось облегчение и неподдельная радость того, что я прибыла целая и невредимая. Ну, хотя бы чисто физически.— Что с тобой, Эля?! — удивленно проговорил Рома, подавая мне руку для того, чтобы я поднялась и села.
Маша с комичным выражением неописуемого ужаса на лице разглядывала меня, словно видела впервые. Я нервно огляделась, пытаясь понять, что же изменилось за прошедшее время, и ведь была же в 1881 году чуть больше двух месяцев.
К моему огромному удивлению заваленная разным барахлом комната Ромы нисколько не изменилась. Мои милые друзья сидели, также как и я, на тех же местах, что и два месяца назад. Просто фантастика, да и только. Хотя едва ли меня ожидали бы так долго. Пицца на журнальном столике все еще дымилась, словно ее недавно вытащили из микроволновки. На тарелке, стоящей передо мной, лежал недоеденный мною кусок, внушающий мне лишь отвращение своим подтекшим сыром, темно-красной прослойкой кетчупа и аккуратными ломтиками копченой колбасы, масляно блестевшей на свету, падавшим из огромного не зашторенного окна. Около тарелки с пиццей стоял мой недопитый стакан с полустершимися белыми ромашками на боку. Все было до боли знакомым, словно этих двух месяцев не было вовсе. У меня закружилась голова от волнений, которые я пережила за все последнее время.
— Ты ужасно выглядишь, — прервала затянувшееся молчание Машка. — Словно пробыла в прошлом не тридцать секунд, а намного больше.
Ее темные глаза пытливо вглядывались в мое лицо. Только теперь я заметила, что у подруги светло-карие глаза, цветом напоминающие глаза Баринского. От боли, пронзившей меня насквозь, я прикусила губу, стараясь не показывать эмоций своим друзьям.
"Только не при них… Не при них…" — шептал мне мой внутренний голос и я безоговорочно подчинилась ему.
Машка и Ромка никогда в жизни не должны узнать о том, что случилось со мной там, в прошлом. Это будет лишь только мой секрет. Слишком много личного произошло со мной в далеком позапрошлом веке, чтобы рассказывать еще кому-то, пусть даже и лучшим друзьям. Может быть, когда боль потери немного поутихнет и сердце перестанет болезненно сжиматься при мысли о Дэниэле, возможно тогда я поведаю своим друзьям о своих невероятных приключениях, об Сесиль, ее сестре, Перовском и прочих замечательных людях из далекого 1881 года.
— А меня не было всего тридцать секунд? — прохрипела я и закашлялась.
"Боже, какой чужой у меня голос" — мысленно ужаснулась я, морщась от того, что мой собственный голос резал слух.
— Да, — спокойно подтвердил Рома, тщательно скрывая волнение. — Тебя не было целых тридцать секунд, и мы с Машей начали порядком волноваться. Как я вижу не без оснований.
В этот момент на меня нахлынула волна благодарности и тепла, до боли хотелось обнять своих милых друзей и сказать о том, как я сильно скучала по ним в чуждой мне эпохе. Но я продолжала сидеть как изваяние. Непомерной была цена за путешествие во времени. Я окончательно и безвозвратно стала другой. На диване рядом с моим гениальным другом и лучшей подругой сидела уже не та беспечная, смешливая и эмоциональная Элька — душа компании и заводила. Я с горечью осознала, что теперь ко всему прибавилась еще одна забота — постараться быть такой, какой была я до этого путешествия во времени.
— Что с тобой случилось? — прервала мои мучительные размышления подруга.
Маша придвинулась ко мне вплотную и с особым интересом рассматривала мою мятую в зеленых пятнах травы блузку, джинсы в темных разводах и пыльные лодочки. В глубине души я прекрасно понимала, что за секунды я едва ли смогла так запачкаться.
— Судя по состоянию твоей одежды, в прошлом ты была явно не тридцать секунд, — задумчиво констатировал факт Ромка. — А намного дольше…