Чтение онлайн

Так что обвинения (от Риты или кого-либо еще) появились бы в любом случае, это просто было делом времени. Единственное, чего не мог понять Егор, так это что им с этих обвинений. Им становилось легче, что кто-то виноват, а они нет? Или вся радость обвинений в том, чтобы «виновнику» в сложившейся ситуации, в которой вроде как все в одинаковом положении, было еще хуже, чем коллегам по несчастью? Непонятно. Егор не стал глубоко копать, а просто смирился с участью «козла отпущения». Пусть им будет лучше, а ему хуже. Пусть он виноват, а они нет. Пусть… Но умрут-то они вне зависимости от степени вины. Умрут они играючи… в прятки.

Толик сел за компьютер и посмотрел на коробку с конем. Немного

выпить не помешало бы. Останавливало только то, что это все-таки пойло соседа и пить без него плохо, пить без партнера вообще скверно. Он отвернулся. Из головы не выходила смерть Катюшки. Да эти еще тоски нагнали. Тоски? Жути они нагнали. Призраки им мерещатся. Выжрала девка чего-то, вот и замоталась в шторку. Дура.

Толик слышал о разных сайтах, где такие же чокнутые, как его друзья, собирали информацию о призраках и их вызове. Информация – это не совсем то слово, которым можно описать бабушкины сказки, преобладающие на сайтах подобной тематики. Легенды и истории, выдуманные для придурков, к коим Анатолий, разумеется, себя не относил, и поэтому они (сказки и сайты) оставались без его внимания. Сегодня был особый случай, и он, морщась от отвращения, все-таки решил посмотреть, что там да как. Может быть, это народное творчество ему подскажет, что произошло с их подругой и, самое главное, не произойдет ли чего подобного с ним.

Отвращение быстро прошло. Появился интерес. У первого открытого сайта был привлекательный интерфейс. Даже человеку, которого воротит от слова «хоррор», он мог приглянуться. Ничего пестрого и яркого, фон – обычная мрачная картинка заброшенной деревеньки. Простое меню не оттолкнуло бы даже ребенка. Нынешних детей мало что может оттолкнуть. Единственное – в левом верхнем углу время от времени появлялось число с плюсом, +18. Толик знал, что именно это и притягивало детей до восемнадцати. А эти циферки проставлены админами во избежание ответственности за привлечение малолетних. Мол, мы предупредили, а то, что они все равно заходят на сайт, – это уже вопрос к родителям. Толику восемнадцать исполнилось пять лет назад, поэтому он был спокоен и за себя, и за родителей.

С левой стороны можно было выбрать рубрику. «Оборотни», «Вампиры», «Зомби», «Призраки»… Призраки. Толик поставил галочку, и под выбранной рубрикой выпало новое меню. Истории, Вызов… Блин, чем он занимается? Толику вдруг захотелось бросить все это дерьмо и заняться куда более приятным делом. Он снова посмотрел на коробку с лошадью. Их там три. Если начать одну, а две вернуть?.. Тогда призрак тебя пожалеет и отрежет от тебя только треть… сверху.

Он снова подкатился на стуле к компьютеру и нажал «ВЫЗОВ». Возможно, это ему никак не поможет, но почитать стоило.

Вызов духа писателя…

Вам понадобятся: книга, ножницы и черный бант.

Нет, не то. Хотя можно было бы вызвать Льва Толстого и пожаловаться на его «Войну и мир». Смешались в кучу кони, люди, И залпы тысячи орудий… Нет, это, наверное, не оттуда. Хотя какая разница… Его взгляд снова поднялся на нарисованного коня. Смешались в кучу кони… Толик вскочил с места, схватил коробку и вышел из комнаты.

Дверь ему открыла мама Макса, вечно чем-то недовольная женщина.

– Вот, теть Том, передайте Максу. Он у меня забыл.

– Это что?

Толику казалось, что без этого вопроса она не взяла бы даже свою зарплату, если бы работала, конечно.

– Просто отдайте Максу, – всунул коробку ей в руки и пошел к своей квартире.

– Ходят, отдают, а что, не говорят, – пробубнила женщина и скрылась за дверью.

Садовое товарищество под неброским названием «Заря» встретило их распахнутыми воротами. Машина Наташи беспрепятственно проехала по гравийной дороге. Охрана в товариществе была, по оплаченным Одинцовым счетам – так еще и неплохая охрана, но вот живого воплощения высокооплачиваемых

секьюрити он так ни разу и не увидел. Дача Одинцовых находилась в окружении сосен, чему Леша был несказанно рад. Он ощущал себя единым целым с природой только здесь. Однажды он озвучил свои мысли маме, которая не преминула поставить на место сына-философа. «Единым целым с природой ты себя почувствуешь, когда землянку себе выроешь, да в нее переедешь, – сказала она. – Ах да, и пищу себе будешь добывать не в «Ашане» по пути на дачу». Грубо, но доходчиво. Алексей это и без подсказок понимал. Люди, тянущиеся к природе, на самом деле и пары дней не прожили бы, окажись один на один с ней. По-настоящему, без телефонов и GPS-навигаторов, без мыла и полотенец, без полуфабрикатов и микроволновок.

Они проехали еще метров сто и свернули к большому недостроенному дому. Здание было мрачным, массивным и каким-то безвкусным, будто архитектор учился на тройки и руководствовался при проектировании дома только тем, что видел вокруг. Хотя как раз-то вокруг можно было почерпнуть куда более приятные вещи.

– Вот за этим домом налево, – сказал Леша.

– Жуть, – произнесла Рита.

– Что так? – улыбнулся Одинцов.

– В этом доме только в прятки играть… с призраком.

Ни Наташа, ни Алексей не нашлись что ответить. До дачи Одинцова они не проронили ни слова.

Дом Одинцова был новым. Небольшое строение с мансардой было выкрашено в цвет орегон, а сливные трубы все еще были в пленке. Двор засыпан щебенкой, но Алексей планировал положить брусчатку.

Леша поднялся на невысокое, в четыре ступени, крыльцо и открыл дверь.

– Добро пожаловать, – попытался поднять настроение гостьям Одинцов. Но даже Наташа оставалась серьезной. Алексей выругал себя за бестактность и прошел за ними в дом. У них ночью погибла подруга, а в обед одну из них беременную выгнали из дома. А если еще взять в расчет, что этот гнусный тип был не только любовником и арендодателем квартиры, но и ее начальником, то, вполне возможно, Рита сегодня лишилась еще и работы. С этой суки станется. Если он ее беременную выгоняет на улицу в ноябре, то что ему стоит так же поступить и с работой.

– Так, где у тебя плита? – по-хозяйски спросила Наташа. – Нам надо поесть… – Она повернулась к Рите. – Что-то ты бледная, Ритуль. Все нормально?

Рита кивнула, но даже Леша видел, что девушка побледнела.

– Все нормально, – сказала она и улыбнулась. – Если не считать, что я бездомная и безработная.

– Не дрейфь, Ритуля, – Наташа обняла подругу, – прорвемся.

Леша пошел к машине за пакетами с едой. Когда он вернулся, Наташа достала нож и кастрюлю. Рита сидела за столом и плакала. Одинцов посмотрел вопросительно на Наталью, потом кивком показал на Риту. Копылова коснулась указательным пальцем губ и сказала:

– Ну, я надеюсь, пюре все любят.

– Было бы неплохо, – поддержал ее Леша, но на Риту по-прежнему их «сценки» не производили никакого впечатления. – Там, в зале, есть телевизор, – сказал Одинцов, ни к кому конкретно не обращаясь.

Полякова подняла на них влажные от слез глаза.

– Я в порядке. – Вытерла слезы и попыталась улыбнуться. – Давай я лучше картошки начищу.

Было около трех часов дня. В шесть Риту вырвало в первый раз, как потом оказалось, не в последний.

Егор все-таки решил проверить степень своей вины. Он сел за стол и попытался найти тот сайт, с которого и скачал эту увеселительную игру. Он ввел в поисковик: чем заняться в Хэллоуин. Первый ответ был ближе всех к теме.

Страшно-веселый праздник Хэллоуин отмечают в ночь с 31 октября на 1 ноября. Для человека постсоветского пространства вопрос, праздновать День Всех Святых или нет, до сих пор остается открытым. Каждый находит ответ на него по своему вкусу.