Чтение онлайн

– Разумеется!
– Раффс искренне верил своим словам.
– Я ведь не какой-то там простолюдин. Я приличный человек, и это сразу заметно. За меня заплатят выкуп, и я вернусь домой. А никому не нужные отбросы вроде вас займут подобающее им место в сточной канаве!

Вероника совершенно забыла, что в камере есть еще один живой человек: какой-то горожанин, который в числе прочих энтузиастов вызвался помочь врачам. Все это время он сидел, молчаливый и неподвижный. Наверное, он был безумно напуган. Мысль о том, что другому человеку требуется помощь, привела Веронику в чувство.

Она встала из своего уголка,

– Как вы?

Барон Раффс громко фыркнул.

Горожанин медленно поднял голову, искоса взглянул на Веронику и вымолвил:

– Нормально.

– Как вас зовут?

– Людвиг.

– Не бойтесь, Людвиг. Нас обязательно спасут, - прошептала Вероника, старясь, чтобы её слова звучали убедительно.

Барон снова фыркнул:

– Будьте уверены: в первую очередь они обеспокоятся судьбой приличных людей. Даже этот бастард наместник знает цену Протоколу.

Упоминание наместника вызвало у Вероники целую бурю эмоций: от радостной надежды до тягостных сомнений. Что сейчас делают Септимус и Ганс?

– Не слушайте его, - сказала она горожанину.
– Он просто напуган. Септ...Наместник спасет всех.

– Напуган?!
– барон Раффс подскочил к Веронике, схватил её за руки и отшвырнул в дальний угол пещеры.
– Ты понятия не имеешь, с кем связалась! Если бы ты действительно понимала, кто я такой... Если бы вы все только знали...Я не позволю козявке в плохо сидящей одежонке разговаривать со мной в такой тоне! Я приличный человек! Я...

Барон Раффс хрюкнул и повалился на бок. Из шеи у него торчал нож. Вероника глухо вскрикнула.

– Не люблю приличных людей, - мягко улыбнулся Людвиг.

Он выдернул нож из шеи барона и, достав из кармана аккуратно сложенную тряпочку, тщательно вытер лезвие.

– От приличных людей вечно одни проблемы, - голос Людвига походил на журчание лесного ручья: ровный, плавный, приглушенный, убаюкивающий, без резких сломов. И вместе с тем этот голос вселял страх, ибо отдавался неизъяснимой, какой-то потусторонней пустотой.
– Я очень терпимый человек. Но приличные люди - это ведь совсем другая история.

Вероника очень надеялась, что общение с Гансом и Септимусом сделало её достаточно неприличной, чтобы не раздражать Людвига.

Людвиг спрятал нож, которым убил барона. Вероника вжалась в стену. Безобидный горожанин, а на самом деле бандит и убийца, медленно надвигался на нее. На его губах поблескивала легкая улыбка.

– Вероника, - в панике выпалила Вероника.
– Меня зовут Вероника.

Она слышала, что если убийца знает имя жертвы, ему тяжелее лишить её жизни. Факт весьма сомнительный. Однако Вероника хваталась за соломинку.

Людвиг остановился. Он близоруко прищурился, пытаясь в полумраке разглядеть лицо Вероники. Девушка затаила дыхание. Людвиг сделал шаг назад.

– Очень хорошо, что ты это сказала, Вероника, - совершенно серьезно и даже немного торжественно вымолвил он.

Теперь в камере было два трупа и два живых человека. Счет сравнялся.

– Вы не убьете меня?
– не выдержала Вероника. Вопрос был глупый, неуместный и несвоевременный.

– Тебя? Нет!
– горячо заверил её Людвиг, будто бы сама идея убить Веронику казалась

Вероника почувствовала на себя взгляды покойников. Все повторялось. Снова ей приходилось выбирать между мертвецами и чудовищами в человеческом обличии. И Вероника уже знала, что чудовища в принципе могут оказаться неплохими ребятами.

Она осторожно приблизилась к Людвигу и неуклюже попыталась завязать беседу:

– Здорово, что вы смогли спрятать оружие. А вот у меня отобрали даже маникюрные ножницы.

Людвиг бросил взгляд через плечо:

– У меня талант к утаиванию. Не стой у меня за спиной, пожалуйста.

Последняя фраза была сказана вежливо и доброжелательно. Но обострившийся от страха слух Вероники уловил нотки угрозы.

– Конечно-конечно, - торопливо закивала она, переместившись так, чтобы не выпадать из поля зрения Людвига.

– Эти ребята, - продолжал бандит. Теперь он ощупывал решетку и прилегающие к ней камни кончиками пальцев, - эти ребята поразительно беспечны. Одно слово: дилетанты. Но с хорошим финансированием.

Он достал из очередного тайника маленькую колбочку, аккуратно откупорил её, просунул руки сквозь прутья решетки и вылил содержимое колбы на громоздкий навесной замок. Камера наполнилась едкой вонью. Металл запузырился.

– Это концентрированная сацилотовая кислота. Хорошая штука. В том мире такой не было.

– В том мире?
– рассеянно переспросила Вероника.

– Не важно, - улыбнулся Людвиг.

– Не важно, так не важно, - вздрогнув, согласилась Вероника.

Пару минут спустя Людвиг надел толстые матерчатые перчатки. (Похоже, вся его одежда сплошь состояла из потайных карманов. Вероника впервые встречала такого подготовленного человека). Бандит аккуратно и почти без усилий сдернул расплавленный замок.

Охраны нигде видно не было. Разбойники опрометчиво понадеялись на крепость замков и решеток.

– Теперь нужно освободить остальных, - прошептала Вероника.

– Кому нужно?
– сдержанно поинтересовался Людвиг.

– Ну...- его вопрос поставил юную лекарку в тупик.
– Мне, - секунду спустя честно ответила Вероника, со стыдом осознавая всю нелепость своих слов.

К её удивлению Людвиг остановился и задумался. Подземный коридор был освещен лучше камер, и Вероника наконец смогла как следует рассмотреть лицо своего спутника. Ничего примечательного. Человек из толпы. Пройдешь мимо десять раз и не запомнишь.

– Хорошо, - сказал Людвиг.

– А?
– Вероника так увлеклась мыслями про обманчивую внешность, что забыла собственную просьбу.

– Мы спасем остальных, - пояснил Людвиг.

Он решительно зашагал к другим камерам. Пленники заволновались. Веронике пришлось постараться, чтобы убедить их вести себя тихо. У Людвига было припасено еще несколько колбочек сацилотовой кислоты, так что хватило на все четыре замка. Насмерть перепуганные заложники топтались на месте, всхлипывали, перешептывались и ждали дальнейших указаний. Страх заставил их забыть о том, что они Личности, которые Сами Все Прекрасно Знают, и превратил в послушное стадо. Если бы сейчас им сказали, что ради спасения нужно спрыгнуть с обрыва или перебить друг друга, они бы так и сделали.