В клетке со зверьём
Шрифт:
Каждая капля – связь наших судеб.
Связано с каждой светлое что-то.
Каждая капля – общею будет
и для живущих людей, и для мёртвых.
Время не лжёт, никому не мешает.
Не паникует, – ведь Время бесстрастно.
Время не думает и не решает.
Время не судит. Оно – безопасно.
Нет высоты для него или бездны.
Может быть кратким, хотя
Время бесценно. Время полезно.
Только оно идеально, наверно.
Время спешит
Время всё время спешит,
сводит людей неоправданно быстро.
Дай нам, мужчинам, души
в поступках,
женщинам – здравого смысла.
Дай нам возможность понять,
прежде чем сделаем шаг навстречу:
точно ли надо обнять
друг друга,
ну, а любовь – не на вечер.
Вряд ли подсчёты важны,
сколько вас было в моих объятьях.
Стёртые лица, а сны
напомнят
стройные ножки в разрезах платьев.
Страсти пожар, что взамен?..
Счастье – с улыбкой – мелькнуло мимо.
И холоднее ко мне
надежда
вдруг повстречаться с любимой…
Время ужасно спешит,
сводит людей неоправданно быстро.
Только не время грешит,
все знают:
грешны поступки людей и мысли.
Время спешит – се ля ви:
миг – и сменилась весна снегопадом.
Что же я понял в любви
за годы?..
То, что подмены – не надо!..
Время всё время спешит…
Вряд ли мне
Помнишь, милая, прежних нас –
в берегах Ангары и Лены?..
Как сердечно встречал Кавказ,
как Байкал провожал надменно?..
Мы любили ветрам назло,
но теперь всё у нас иначе:
мы – как в лодке с одним веслом,
как на паруснике без мачты.
Нас, друг другу чужих, не ждут
ширь полей и объятья леса.
И другие за нас поют
у костров золотые песни.
Видеть им, как рассвет красив,
как прекрасен пожар заката…
Всё
припомни и согласись:вряд ли лучшему быть когда-то.
Так давай соберёмся вновь –
вдаль, туда, где не знали лжи мы.
В мир, где наша жива любовь,
где мы, прежние, – вечно живы!..
Может быть, в лесах Колымы
или в жарких ветрах Ташкента –
снова скажем друг другу мы:
«Вряд ли мне будет лучше с кем-то!..»
Всё забудется
Говорят, всё забудется, – жди.
Что за глупость такая, ей-Богу?..
Не забудутся даже дожди,
прибивавшие горе к порогу.
Много было их, этих дождей, –
восемь лет – от июня до мая.
По конвертам я знаю, ты где.
Что же это за место, – не знаю!..
Знаю только, что холодно там,
знаю только: ты – валишь, не строишь.
Думал сын: ты – моряк-капитан,
только правды надолго не скроешь.
Жду невольно я новой беды:
вдруг нагрянут незваные гости.
Сын в шестнадцать – такой же, как ты, –
по походке, по взгляду, по злости.
Сын с друзьями. Они – близнецы.
Будто созданы все под копирку!..
Натоптали дорожку отцы –
через местную нашу бутырку.
Я уже – разнесчастная мать, –
тихо плачу в пустынной кровати.
Я пыталась тебя проклинать, –
но не стало светлей от проклятий.
Говорят, всё забудется, – жди, –
что за глупость такая, ей-Богу?..
Впереди будут те же дожди, –
взгляд тоскливый на ту же дорогу.
Всё закончится весной
Я знаю: всё закончится весной.
Такой тоскливой и такой чудесной!..
И ангелы, порхая надо мной,
споют мне о любви бескрайней песню.
И я – на удивленье – не хмельной,
вдруг стану светлой птицей легкокрылой.
За несколько мгновений над землёй –
припомню вдохновенно всё, что было.
Как брёл порой ненастной наугад.
Как трусом был, мечтая стать солдатом.
Как рушился бетонный плен преград,