В глубину
Шрифт:
— Он хотел, чтобы ты отомстил за меня.
— Он мерил меня человеческими мерками. Чувства не могут взять надо мной верх. Он так этого и не понял.
— Мне немного жаль, что ты не стал бы мстить за меня, — протянула я с улыбкой.
— Я просто не дал причинить тебе вред. Думаю, так лучше.
— Так лучше, — эхом отозвалась я и замолчала.
Какое-то время мы сидели молча, потом он поднялся и подошел к окну. Распахнул створки, так что в комнату ворвались шум и запахи озера, и повернулся ко мне.
— Мне не хватало тебя тоже, — сказал он. — Но
— Я просто не понимаю, чего ты от меня хочешь. Ведь ты всегда выполнял свои обещания, а это хочешь нарушить.
— Я никогда не нарушаю своих обещаний.
— Но теперь предлагаешь отдать мою жизнь для сохранения равновесия.
— Жизнь твою никто не забирает. Только если считать жизнью твою человеческую оболочку.
— Я не понимаю тебя.
— Ты станешь источником чистой энергии, но ты останешься целым, останешься собой.
— Как ты?
— Да.
— Ты изначально это планировал, да?
— Пока ты человек, мы не можем по-настоящему быть вместе.
— А если ты влюбишься в меня? — вскинула брови я. — Когда я стану такой, как ты.
— Любовь — это слабость, я не имею чувств.
— Любовь — это сила, — возразила я. — Пора менять твои взгляды и вашу систему.
Я подошла к нему и мы, не сговариваясь, повернулись к озеру. Оно хмурилось сегодня, и было сложно увидеть границу между водой и небом. Волны с каким-то гулом накатывали на берег и снова отступали. Я одной рукой обняла Человека Без имени за талию и прижалась щекой к его груди, продолжая наблюдать за волнами. Он помедлил, но тоже обнял меня.
— Что буду делать я? Когда… стану такой как ты?
— То же самое, что и я — хранить равновесие.
— Но ведь у меня нет силы.
— Мы станем действительно едины, все мое будет принадлежать тебе, ты будешь иметь доступ ко всем моим возможностям.
Мы опять замолчали. Я вспоминала разговор с Бхаром.
— Бхар — правда твое создание?
— Он — создание своих родителей. Но в качестве ответа на действия Хранителей я дал ему его способности. Водопад почувствовал их и дал ему четырехбуквенное имя.
— Откуда он знал, что мы поссорились? Почему он вообще увидел меня?
— Потому что тебя вижу я. Ведь он получил часть МОИХ способностей. Поэтому порой чувствовал и знал то, что было связано со мной.
— Значит, — медленно сказала я, — про Терса он тоже сказал правду?
— Да.
Я закрыла глаза и спрятала лицо на груди Человека Без имени. Вот так. Не внезапно вспыхнувшее чувство, а трезвый расчет. Все взгляды Терса, вроде бы нечаянные прикосновения, предложение «поработать моей подушкой» — всё это было для того, чтобы я окончательно потеряла от него голову. А я и потеряла…
Почему же тогда он остановился после своего недвусмысленного предложения заняться любовью? Почему сам остановил меня позже, когда я целовала его? Ведь все было готово для обеспечения озера дополнительной защитой.
А я поверила, что он и правда полюбил меня. Влюбился, вопреки всему. Но все это — просто ложь.
— Нет, — отозвался Человек Без имени. — Он правда
полюбил тебя. Так, как должен был любить свою Хранительницу. Но он понял это только тогда, когда ты поцеловала его. Понял и то, что сам попал в ловушку.— Почему ты не помешал этому? — прошептала я. — Почему не забрал себе раньше?
— Это была твоя дорога, ее нужно было пройти.
Я попыталась отстраниться от него, но он крепко прижал меня к себе.
— Ты злишься, тебе больно, — мягко сказал он, — но ведь это уже в прошлом. То, что было им задумано, не случилось. И ты с самого начала знала, что вы не сможете быть вместе.
— Это подло — играть чужими чувствами, — резко ответила я и заглянула в глаза Человека Без имени. — Скажи, я полностью буду как ты? У меня тоже не будет чувств?
— Я никогда не был человеком, в отличие от тебя. Нет, совсем они не пропадут.
— Жаль, — отрывисто сказала я. — Но я готова прямо сейчас перестать быть человеком.
— Нет, так не пойдет, — он покачал головой. — Никакие решения нельзя принимать, когда чувства затмевают разум. Тебе нужно успокоиться.
— А ты? — я пристально вгляделась в переливающиеся глаза. — Ты сам не имел отношения ко всему этому? Может, и тут сработали какие-то соображения насчет равновесия, и эту идею Хранителям подкинул ты? Скажи тогда сейчас, пусть уж вся информация выльется на меня сразу.
— Я не имею к этому отношения. Если не считать, что я не мешал происходящему.
— Это правда?
— Я никогда не лгу. Но не всегда отвечаю.
— А ты говоришь, что чувства — это слабость, — пробормотала я. — Они просто могут уничтожить, смести с дороги.
— Вот поэтому чувства не имеют надо мной власти.
— А я? Кто я для тебя? Просто потребность?
Я думала, что он снова промолчит. Но он провел рукой по моей щеке и откликнулся:
— Ты — моя необходимость.
Мне послышалась нежность в его голосе.
ЙАЛУ
День Всеобщего Совета я ждала с таким нетерпением, что накануне уже ни о чем не могла думать. Я не слышала, когда ко мне обращались, не могла понять, о чем меня спрашивают. На Совет был приглашен Человек Без имени, и хотя там должна была решаться наша дальнейшая судьба, я могла думать только о том, придет ли он и приведет ли с собой Аринку.
— Он может просто не прийти, ты же знаешь, — сказал Терс. Я ничего ему не говорила, но он и без слов понял мое состояние. — А Арину ты и вовсе зря ждешь.
— Я могу надеяться на это, — упрямо откликнулась я.
— Тебе надо освободиться от эмоций, чтобы Человек Без имени тебя выслушал.
— Да, да, очистить сознание, думать головой, а не сердцем, — я закатила глаза. — Знаю. Согласна. Но я не робот.
Терс взял меня за руки:
— Посмотри на меня. Пойми, сейчас очень многое зависит от тебя. Я знаю, ты очень хочешь увидеть Арину, но ее, я думаю, он с собой не возьмет. И это хорошо, потому что ты тогда вообще не захочешь больше ни о чем думать. Соберись, пожалуйста, ты должна донести до Человека Без имени наше мнение.