В боях и походах
Шрифт:
Сергей вскинул руку и резко опустил её. Арбалетные стрелы выкосили сразу несколько передних шеренг атакующих, порой одна летящая стрела пронзала сразу нескольких нападавших теро, но на этот раз это не остановило обкуренных фанатиков, с яростным рёвом спотыкаясь о трупы единоверцев, толпа неслась вперёд.
Арбалетчики почти непрерывно стреляли. Выстрелив, они тут же протягивали разряженный арбалет назад заряжающим, а им в руки тут же совали уже заряженный. Так продолжалось секунд тридцать.
Толпа, резво ринувшаяся было на штурм, постепенно стала притормаживать. Смерть, каждую секунду,
В толпе завихрились разнонаправленные водовороты, основная масса народа ринулась обратно, но задние всё ещё лезли вперед. Никитин, внимательно глядевший на поле боя, заметил момент, когда те, кто был в доспехах, явно подчиняясь неслышимой команде, вдруг начали расступаться, пропуская сквозь свои ряды обезумевшую толпу. Правда, в некоторых местах они не успели этого вовремя сделать и оказались сметены отступающими.
На вытоптанной траве остались лежать сотни убитых и раненых. "Пушечное мясо" свою миссию исполнило. К небу возносились молитвы, перемешанные со стонами и проклятьями. Толпа резво откатывалась обратно, только воины в доспехах отступали в полном порядке, прикрываясь щитами. Землянин заметил, что они потащили с собой нескольких своих раненых, прочие не утруждали себя подобным милосердием. Каждый за себя.
– Прекратить стрельбу!.
– громко скомандовал Сергей, он не желал смерти этим несчастным, одурманенным наркотиком теро.
Стрелки с азартом посылающие стрелы в спины отступавшим с неохотой последовали его приказу.
– Открыть ворота, собрать стрелы. Сотня Бонга на выход!.
– отдал он команду пешим воинам.
Застоявшиеся бойцы с радостными воплями выскочили наружу и засвистели вслед убегавшей толпе. Насвистевшись вдосталь, воины начали деловито собирать стрелы, попутно обшаривая покойников.
Судя по их кислым физиономиям и ругани, ничего особенного они там не нашли, да и, глядя на драную и грязную одежду покойников, сразу было видно, что на богатую добычу здесь рассчитывать не приходится.
Сергей вместе с потоком охотников за трофеями вышел из ворот и немного прошел, вперёд перешагивая через мёртвые тела. Внимание Никитина привлек зеленый плащ жреца, рядом с ним валялся сломанный посох.
Он ногой перевернул тело, уже знакомый ему жрец невидяще уставился в небо жёлтыми глазами, на зелёном балахоне около сердца расплывалось красное пятно. Стоя над убитым Сергей не почувствовал жалости к этому старику, такие в своем слепом рвении, фанатики уничтожат множество людей и не людей, во имя своего божка, так было в его мире, так происходило и здесь.
На лицо трупа села жирная мужа и стала деловито ползать. Землянин отвернулся и окинул взглядом поле с наваленными тут и там телами, под которыми временами не было видно травы..
Изредка в массе тел попадались горожане в добротной одежде, но большинство убитых в грязных лохмотьях. Скорее всего, это были беженцы из Великой Степи.
Почему-то в памяти вдруг всплыли строки:
– Он хату покинул, пошёл воевать.
Чтоб землю в Гренаде крестьянам отдать!.
Никитин вздохнул и пошёл к открытым воротам. Пока этот мир воспринимал
только такие аргументы.– Командир, а с ранеными что делать?.
– окликнули его бойцы собирающие трофеи.
Один из бойцов с мечом стоял радом с молодым оборванцем, у которого из бицепса руки торчал арбалетный болт. Тот затрясся и попытался отползти, но боец крепко держал его за ворот одежды. В другой руке у него был зажат обнажённый гладиус..
– Тяжелораненых добить!. Легкораненые пускай проваливаю!. Выживут - их счастье!.
Боец пожал плечами, что-то проворчал себе под нос, пожал плечами и отпустил ворот лежачего полукровку теро. Тот не веря, что его, не добьют, быстро поднялся с земли и, пошатываясь, заковылял к лагерю мятежников. Вскоре ещё десяток, тяжело бредущих, и временами падающих фигур отправились туда же. Больше раненых не было.
– Дай Бог вам выжить...
– подумал Сергей, провожая взглядом тяжело бредущих раненых.
По правде говоря, он не был уверен что они выживут, уровень местной медицины был очень низок .
– Надо было прирезать бы эту шваль командир!.
– недовольным тоном произнёс Бирт, подошедший к нему сзади.
– Ребята не понимают чего ты их щадишь!. Они бы нас не пощадили бы!. Перерезали бы глотки и ....
Никитин взмахом руки прервал его монолог и мрачно взглянул в его глаза. Несколько секунд они взглядами ломали друг друга, потом сотник отвёл глаза.
– Ну, я так это... ты командир тебе виднее.
– Вот именно мне виднее - отрезал Никитин.
– Нам никто не платит за то, что мы убиваем этих бедолаг, у которых и оружия то толком нет. А раненых я отослал, потому что бы мятежники поняли, что мы не хотим на них нападать!. Пускай, штурмуют стены крепости и дерутся с гвардейцами владыки!. Мы пока постоим в стороне. Посмотрим, чья возьмёт..
Сотник смущённо крякнул и покрутил головой, оценивая план своего командира.
– Ну, ты хитёр командир!. Хитёр!.
– рассыпался он в комплиментах своему командиру.
– Эх, и много мы их тут накрошили..
– Вот и займись этим со своей сотней!. Выбери расщелину и скидывай туда все трупы, а то вскоре мы все задохнёмся от зловония. Понял приказ?.
– Да сэр!
– вытянулся сотник.
– Выполняй!. И стрелы не забывай вытаскивать, а то нам скоро стрел не хватит..
Землянин повернулся и пошел к воротам в спину ему ударил зычный рёв Бирта подзывающего свою сотню. Никитин посторонился, пропуская солдат. Сотник быстро пролаял команду. Ответом ему был шутливый многоголосый стон, и вскоре его сотня, под весёлые шуточки других бойцов, начала стаскивать тела в расщелину.
– Куда поволок олух!. Стрела вон торчит !. Вытащи её!.
– вновь послышался сзади рев Бирта.
Немного погодя опять.
– Как говоришь?. А нож у тебя на что!.
Тут уже пошли совсем непечатные слова, но останавливать сотника и подрывать его авторитет, Никитин не стал и торопливо пошёл вперёд. В тот день на них никто, больше не нападал.
У ворот дома его встретила молоденькая служаночка-теро, над которой подшучивали и заигрывали стоящие рядом бойцы и пригласила его в дом, где для него уже были приготовлены покои.