Чтение онлайн

— Либо торгаши подсунули мне бормотуху, либо ты здорово меня парень разыгрываешь, — произнес Юлиус, утирая рот рукавом.

— Это правда, — подтвердил Ульдур.

— Скажи мне, Хьюго, когда ты наконец прекратишь выдавать сюрпризы про себя?

— Думаешь меня самого забавляют такие сюрпризы? — возмутился парень, делая глоток из своей бутылки.

Они снова выпили. Юлиус еще пуще приложился к горловине. Было видно, как тропарь пытается уложить в голове открывшуюся внезапно правду о судьбе своего друга, который совсем недавно являлся для него странным мальчуганом с причудами.

Это был приятный тихий разговор. Такой, когда один спокойно

— Так значит Тулл Меттий твой наставник? — спросил Ульдур, заглядывая в уставшие глаза Юлиуса.

— Можно сказать и так, — скупо ответил Юлиус.

— Ты сильно устал, тропарь, — произнес старик.

— А… — отмахнулся Юлиус, опрокидывая бутылку. — Хех, как-то заметил забавную штуку про человека. Утром у тебя еще сил нет, а вечером их уже не хватает. Вот и вопрос: как нам удается проживать эти безумные дни?

Хьюго с каким-то любопытством взглянул на Юлиуса. Неужели этот человек еще и философ своего рода? По крайней мере раньше подобных сентенций за тропарем он не встречал. Наверняка беседы с Уриком оставили свой отпечаток.

— Прекрасно тебя понимаю, Юлиус, — улыбнулся Ульдур. — Но человек ко всему привыкает, а порой, он сродни железу, закаляется в жизненных невзгодах.

— Это верно, — согласился тропарь. — Только порой эта жизнь тебе предлагает весьма щекотливый выбор, от которого хоть в петлю лезь.

— Это какой же? — полюбопытствовал Хьюго.

Тропарь посмотрел на своих собеседников с каким-то сомнением, думая распускать ли ему свой язык и дальше. Но затем он бросил пустую бутылку в сторону и прокашлявшись заговорил.

— Было это в юные годы. Тогда я был солдатом Церкоземья. На границе у нас произошла стычка с конным отрядом Брезулла. Основные наши силы брали ту злосчастную крепость Бунавар, а мы находились в арьергарде. Всех наших почти изрубили, а я и еще пару человек каким-то чудом уцелели. Когда я попал в плен экзекутор мне сразу предложил выбор. Либо мне сейчас же дают яд, и я спокойно умираю, либо мне дают еще день жизни, но потом меня будут долго и мучительно тыкать копьями. И тогда я, конечно, крепко призадумался. Так хотелось прожить еще денек на этой проклятой земле.

Юлиус замолчал. Казалось он вновь переживает те кошмарные дни. Даже вспомнить все это стоило немалых усилий. По крайней мере так думал Хьюго. Ведь и свое недавнее прошлое парень не мог не вспоминать без кома в горле.

Все молчали.

Хьюго и Ульдур смотрели на задумчивого Юлиуса.

— Так и как все закончилось? — не выдержал парень.

— Да какая разница? — улыбнулся тропарь. — Главное, что закончилось.

Вновь воцарилась тишина, разбавляемая треском костра. Ульдур смущенно поглаживал растрепанную бороду, а Юлиус смотрел на огонь пустым взглядом. Хьюго же поднял глаза вверх и увидел небо. Темное и необъятное. Парню всегда казалось, что ночное небо хранит тайны. Ночное небо более серьезное и печальное, нежели дневное. Под таким небом люди сидят у костра и тихим спокойным голосом рассказывают про тайные закоулки своей жизни. Когда-то он мог сидеть под таким небом с Тоденом, вещая разные истории и делясь сокровенными мыслями. Но где теперь его друг? По чьей же вине его нет сейчас рядом? И парень вспомнил бурное течение холодной реки.

Скорбные мысли начали глодать душу и Хьюго опустил голову.

— Дальше я пойду один, —

— Неужели? — приподнял бровь Юлиус.

— Из-за меня слишком много смертей. А ты, Юлиус, и так многим жертвовал ради меня. Вдобавок, у тебя хватает своих проблем.

— Если ты о больном головорезе из Шиповника, — усмехнулся тропарь. — то у меня клинок отлично заточен для скорой встречи.

— Дело не только в Стервятнике, — пояснил Хьюго. — Ночной гон идет за мной. Какой прок от тебя будет, когда меня настигнут призрачные всадники?

— Ночной гон? — оживился Ульдур.

— Да, — кивнул Хьюго. — Совсем недавно я видел сон, где некто сказал, что они идут за мной.

— Но ты уверен, что они и впрямь преследуют тебя?

— Эти сны… В них нельзя быть уверенным.

— Эх… Видать и вправду наш мир не заслуживает светлых времен, — досадно произнес Ульдур. — Однако, ни в одной книге не встречал я, что Ночной гон охотился за человеком. В книгах последних императоров я читал, что мертвая кавалькада — это стихия, неподвластная человеку. Она, словно ураган, несется по миру собирая урожай из человеческих душ. Не может быть, чтобы Ночной гон шел за тобой. Я уже молчу про то, что это всего лишь старая легенда.

— Быть может ты не так понял сон? — вмешался Юлиус.

— Этот Вестник… — замялся Хьюго. — В общем, во сне он говорил о моей встречи с всадниками.

— Кто такой Вестник? — нахмурил лоб Юлиус. Ульдур также вопросительно взглянул на парня.

— Кто такой Вестник? Да какая разница! Это все чушь, вымысел и бред, — раздраженно произнес парень.

— Ладно, плевать на духов и мертвецов! — хлопнул руками Юлиус. — Так куда ты собрался идти, Хьюго? Единственная наша зацепка — Дыба.

Парень невозмутимо глядел на Юлиуса, заявляя о серьезности своих намерений.

— Раз имперская казна действительно была открыта, я отправлюсь в Шлиссен, туда, где заварилась вся эта каша, — ответил Хьюго. Затем он нахмурился и взгляд его обратился к Ульдуру. — Кстати, почему Шлиссен? Что за название такое?

— Насколько мне известно, именно так назвали наш мир Древние боги, когда создали его, — ответил Ульдур.

— В чем была необходимость переименовывать провинцию в честь мира Древних богов? — насупился тропарь.

— Увы, я также не в силах это понять, — развел руками Ульдур. — Боюсь мертвые тебе не ответят, а живые не посмеют.

— Что ж, — хмуро улыбнулся Юлиус. — Значит едем в Шлиссен искать имперскую казну, а по пути будем надеется на удачную встречу с Дыбой, дабы лучше узнать у поганого душегуба о таинственной персоне. Даже мой капитан не предлагал подобных авантюр.

— Я же сказал, ты вовсе не обязан ехать со мной, — серьезно произнес Хьюго.

— О чем ты, малец? — и Юлиус сжал Хьюго в крепких объятиях. — Думаешь я делаю тебе одолжение? На твоих плечах благополучие нашего мира, на минуточку. Так что позволь разделить с тобой бремя ответственности.

— Хорошо, хорошо, только отпусти меня! — Хьюго безнадежно брыкался в крепких объятиях тропаря.

Ульдур с улыбкой на лице наблюдал за этой забавной сценой. В кои-то веки Юлиус улыбался и посмеивался над безуспешными попытками паренька выбраться из его хватки. Хьюго же напротив, напоминал дикого волчонка, не терпящего ласки и заботы. Словно отец и сын, они игрались у костра, забыв о повседневной суете, забыв, что в мире много боли и слез.

— Тогда вам надо в Грогманд, — произнес Ульдур, тем самым прервав дурачество друзей.