Чтение онлайн

Сидя в кресле на поросшем травой берегу, Джулия перевела взгляд на озеро, посреди которого покачивалась лодка, и стала наблюдать, как ее дочь забрасывает удочку. Сидевший рядом с девочкой пожилой человек кивнул и ласково улыбнулся Келли, как настоящий добрый дедушка. Лодка находилась далеко, и Джулия не разобрала слов, однако ей было невероятно приятно слышать одобрительный голос старика, обращенный к внучке. Любовь и счастье захватили Джулию с такой силой, что у нее защемило сердце.

Отложив на траву любовный роман, Джулия улыбнулась Райану.

— Мне

Она протянула руку, пальцы их переплелись, и ее обручальное кольцо, украшенное изящно ограненным бриллиантом, чуть съехало в сторону. Джулия невольно взглянула на сияющий камень — ей до сих пор было непривычно ощущать на пальце это кольцо.

— Поверить не могу, что несколько месяцев назад я была одинока, — вырвалось у нее. — И в одиночку воспитывала дочь. Ну посмотрел бы кто на меня сейчас!

— Ты заслужила все это, Джулия, — негромко рассмеялся Райан.

Продолжая любоваться дочерью, которая удила рыбу наперегонки с дедушкой, Джулия спросила:

— Я уже поблагодарила тебя за то, что ты уговорил меня позвонить отцу?

— А как же! Правда, всего с полсотни раз.

— Он так изменился… — Джулия удовлетворенно вздохнула.

— Время меняет людей, — мягко отозвался Райан. — Они становятся не только более мудрыми, но и более терпимыми.

Джулия молчала, вспоминая, как расплакался отец, когда они наконец встретились впервые за пятнадцать лет. Он долго просил у нее прощения за то, что был ей плохим отцом, и никак не мог выпустить из объятий и ее, и Келли. Даже сейчас, когда они приехали навестить его в четвертый раз, Лестер Джонс то и дело норовил с нежностью погладить дочь или взять за руку внучку. Казалось, он отчаянно спешил наверстать долгие годы потерянного времени — годы, которые они могли бы прожить вместе.

Райан и Лестер быстро подружились, и за это Джулия была всей душой благодарна мужу. Райан ни разу не высказал недовольства тем, что двухчасовая поездка в Пенсильванию к тестю отрывает его от адвокатских дел, — напротив, он сам напоминал Джулии, что ее процветающий бизнес вполне может время от времени обойтись без хозяйки.

— Хорошо бы нам уговорить отца еще раз приехать в Вашингтон, — сказала Джулия. — В прошлый раз я так и не успела показать ему город.

Пока что Лестер приезжал в тихий южный городок только раз, чтобы провести дочь к алтарю в день ее венчания с Райаном.

— Да, обязательно надо будет выманить его к нам, — согласился Райан. — Уверен, он будет страшно рад возможности провести время с Келли. Можно поговорить об этом за ужином.

— Нет-нет-нет, для ужина у меня припасена совершенно сногсшибательная новость, — Джулия загадочно взглянула на мужа, в глубине души надеясь, что заинтригует его.

— Сногсшибательная, говоришь? — Райан замер.

Джулии стоило немалого труда сдержать улыбку и остаться внешне абсолютно спокойной.

— Ага, — подтвердила она. — Но, наверное, тебе можно сообщить ее раньше, чем об этом узнают отец и Келли. Как-никак, к тебе эта новость имеет некоторое отношение. — Джулия озорно улыбнулась — ни дать ни взять, проказливая кошка, поймавшая канарейку.

— Ладно, женщина, берегись, — проворчал Райан. Он встал с легкого садового кресла, рывком поднял

Джулия расхохоталась, радуясь, что любимый так живо отреагировал на ее слова. Она даже не возражала против того, что ей приходится вприпрыжку бежать рядом с ним, стараясь приноровиться к его широким шагам.

Райан остановился под раскидистыми ветвями громадного клена и притянул Джулию к себе.

— Ну, вот, — прошептал он, щекоча дыханием ее ухо. Мелкие мурашки пробежали по спине Джулии.

Она хранила свой секрет целые сутки, но теперь настало время поделиться чудесной новостью с мужчиной, который дал обет любить ее до конца дней. Теперь у нее не было уже никаких сомнений.

— Что скажешь, — таинственно начала она и вдруг смутилась, — если скоро ты станешь отцом?

Казалось, время вдруг остановило свой стремительный бег. Райан застыл, с восторгом и благоговением глядя на Джулию.

— Ты уверена? — нашел он в себе силы заговорить. — Это точно?

Джулия кивнула, и он с бесконечной нежностью сжал ее лицо в ладонях.

— О Боже…

Джулия улыбнулась. Не так уж часто ее красноречивый адвокат бывал удивлен до такой степени, что терял дар речи.

Райан поцеловал кончик ее носа, и приятное тепло охватило ее. Неожиданно на лицо Джулии набежала тень, и она с тревогой спросила:

— Келли всю жизнь была единственным ребенком. Как думаешь, она не будет против?

— Смеешься? — Он улыбнулся ей с высоты своего роста. — Она будет так рада! С тех пор как мы вернулись из свадебного путешествия, она донимает меня просьбами поскорее подарить ей братика или сестричку.

— А я и не знала… — Помолчав она прошептала: — Ну тогда хорошо, а то я так волновалась…

— Все в порядке. — Райан крепко обнял ее.

Джулия прижалась щекой к его груди и блаженно зажмурилась.

— Вот уж не думала, что у меня будут еще дети. Знаешь, мне немножко страшно. Я хочу стать хорошей матерью нашему малышу.

— Да ладно тебе! — воскликнул Райан. — Ты и так просто образцовая мать. Посмотри на Келли — она уже почти взрослая девица.

— Верно… — Джулия улыбнулась, не открывая глаз.

Она помолчала, наслаждаясь счастливой минутой, потом подняла голову.

— Только никому ничего до ужина. Обещаешь?

— Я же не выдержу — еще целых четыре часа!

— Ничего, справишься. — Джулия прильнула к мужу, когда он прислонился к шершавому стволу старого дерева. Ничто так не сближает людей, как общая тайна.

— Я надеюсь, — сказал Райан, — она будет похожа на тебя.

— А я надеюсь, что онбудет похож на тебя.

Его палец бережно приподнял ее подбородок, заставляя Джулию посмотреть ему в глаза.

— Послушай… А близнецы у нас не получатся?

Джулия молча взглянула на него, с трудом сдерживая смех.

— Ну тогда, может быть, тройняшки?

На этот раз она расхохоталась, чувствуя, что любит его, любит всем сердцем, всей душой, любит так, что готова завоевать и покорить весь мир, если только рядом будет любимый. И куча мала ребятишек. Пожалуй, роману ее жизни суждено закончиться счастливо, как и полагается истории настоящей любви.