Уральская копилка
Шрифт:
А есть еще группа материалов, так сказать, подсобных.
Например, материалы для географического словаря Урала. В моем собрании несколько таких папок: населенные места, горные образования, водоемы. В этих папках создаются подборки материалов по тому же методу, что и для личных фондов: написанная от руки краткая заметка с известными данными, вырезка или выписка из газеты или книги, фотография, чертеж, брошюра.
К ним вплотную примыкает, построенная по тому же принципу, энциклопедическая подборка — папки с материалами по темам: «Административное деление», «Дороги и транспорт», «Средства и снабжение», «Торговля», «Народное образование», «Здравоохранение», «Климат» и т. д. — десятки папок по самым различным
Это своего рода энциклопедия, да еще, так сказать, подвижная, ибо материалы лежат свободно, не сшитыми, чтобы «семья» их по той или иной теме могла потесниться и дать место новому пришельцу, новому материалу, будь то газетная вырезка, статья из журнала, листовка-афиша, торговая этикетка, фотография, документ…
И ту и другую подборку и материалы для географического словаря и энциклопедическую подборку хорошо дополняют подсобные коллекции изобразительных и графических материалов: собрание карт и планов населенных мест, открыток с видами Урала — старых и новых, репродукций с картин, графика, фотографии.
Фототека сама по себе не так уж и велика, но все же побольше тысячи снимков и негативов имеется.
Есть еще библиографическая картотека. Заведена она, в общем, поздно, с 1935 года. Если что было до этого, то — сущие пустяки. Картотека довольно разнообразна по своему содержанию, но вся она посвящена Уралу.
Семь каталожных ящичков туго набиты карточками на художественные произведения уральских авторов и об Урале, в том числе и на книги, и на газетные материалы, и на журнальные статьи. Тут учтены и собственные произведения авторов, и отзывы о них, и сведения о жизни и творчестве.
Прочие карточки касаются разных сторон жизни Урала: природа, история, хозяйство, культура, персоналии и т. д. Почти все они снабжены аннотациями: накопилось их тоже изрядно — пожалуй, более пятидесяти тысяч.
Значительная часть карточек описывает материалы, имеющиеся в моем собрании, в том числе и собственные печатные и рукописные произведения.
Собственных очерков, статей, заметок в сборниках, журналах и газетах учтено более 1200, отдельных книг 12, не считая брошюр.
Из этого видно, что и до появления этих строк в печати я кое-что писал. Между прочим, скажу, что любовь к письму — к изложению и собственному сочинению — у меня идет от начальной школы. Еще в духовном училище и в семинарии я зарабатывал тем, что писал сочинения однокашникам — богатым лентяям или двоечникам. В семинарии я даже писал экзаменационные сочинения на сторону — ученицам женских гимназий Перми: два рубля за сочинение. Небывалый заработок! Черновики некоторых сочинений у меня до сих пор сохранились. На одну тему я ухитрился написать семь сочинений, и ни один вариант не повторяет другие.
Прошу читателя простить мне это воспоминание о днях своей юности, но это, мне кажется, имеет непосредственное отношение к моей нынешней деятельности краеведа-литератора.
Мои первые печатные строки, как я уже писал выше, появились еще в 1905 году в газете «Пермские ведомости». После первой корреспонденции построчный гонорар за газетный материал стал источником моего существования в старших классах семинарии и в Казанском ветеринарном институте.
На старших курсах института я уже писал большие корреспонденции в московский журнал «Ветеринарная жизнь», а когда стал учиться в сельхозинституте, то сменил известного популяризатора ветеринарии и животноводства, потом профессора Тимирязевки Г. И. Гурина, в петербургском журнале «Деревенское хозяйство». Здесь я давал популярные очерки по ветеринарии, сюда посылал свой материал и с прифронтовой полосы (в 1915—1917 годах).
В послереволюционные же годы я много печатался в областных, окружных, городских и районных газетах и журналах Урала, в краеведческих сборниках. Бывали мои статьи и в столичных газетах и журналах.
Накопилось
много и неизданного. Лежат готовыми рукописи сборников «Старая насмешка» (уральский антирелигиозный фольклор), «Урал рабочий. Творчество рабочих до революции», «Фольклор Урала времен Отечественной войны», «Детский фольклор на Урале», «Крылатая речь уральцев» — словарик идиоматических речений.Готова, и даже отрецензирована уже, большая рукопись «Кем и как заселялся Урал», где рассказано об истории колонизации и административного устройства Урала, дан словарик уральской топонимики.
Важной для меня и, хочу надеяться, со временем и для других полезной, частью собственного личного фонда я считаю свои дневники.
Человеческая память не у всех одинакова, далеко не все может сохранить из пережитого, виденного. На помощь приходит дневник. Глубоко убежден, что каждый культурный человек должен вести дневник. А для литературного работника — это просто необходимость: как пианисту нужно каждый день касаться клавишей, так и литератору — хоть страничку написать. К тому же дневниковые записи могут явиться заготовками литературных произведений.
Мои записные книжки сохранились буквально все — с 1902 года, когда мне было четырнадцать лет и я начал учиться в семинарии. За тот год в записной книжке есть и чисто дневниковые записи, но по-настоящему я стал вести дневник с марта 1903 года с некоторыми перерывами до начала русско-японской войны в январе 1904 года. Потом несколько раз прерывал и снова начинал — во время учения в семинарии, а затем в высшей школе.
Оправившись после ранения на фронте, я в декабре 1914 года снова вернулся в действующую армию и продолжил дневниковые записи. С тех-то пор и веду дневник, с небольшими перерывами, по сей день. Тут, можно сказать, вся моя жизнь.
А теперь немного о друзьях нашего собрания, о добровольных вкладчиках «Уральской копилки».
Обычно у того, кто увлечен чем-либо глубоко, всегда есть друзья, понимающие увлеченного. Таких друзей много и у меня. Различны эти люди и по возрасту, и по профессии, и по месту жительства. Всех их, однако, роднит понимание важности хранения исторических документов и памятников культуры.
Пусть будущие «клиенты» Уральского архива литературы и искусства, основу которого составило мое собрание, вспомнят с благодарностью имена моих «вкладчиков» и поставщиков и сами последуют их примеру.
Первая в СССР женщина-профессор этнографии Вера Николаевна Харузина преподавала в Московском археологическом институте, где я в 1912—1914 годах слушал ее интересные лекции. Оставила она у меня, как и у многих других воспитанников института, самые лучшие воспоминания. И вот через несколько лет по окончании института, в июне 1921 года, я решил навестить свою учительницу, жившую в небольшом домике на Собачьей площадке в центре Москвы. В долгой нашей беседе я рассказал ей о своей краеведческой работе.
Выслушав меня, Вера Николаевна одобрила идеи моего собрания и подарила ему «на зубок» целое сокровище — около восьмидесяти автографов — писем выдающихся деятелей, преимущественно дореволюционной русской культуры: А. М. Горького, А. П. Чехова, академика Д. Н. Анучина, издателей Д. И. Тихомирова, А. А. Федорова-Давыдова, А. Ф. Девриена и многих других.
Автограф А. П. Чехова.
Дмитрий Петрович Найданов, руководитель драматического коллектива клуба Шадринского автоагрегатного завода, в свое время, в составе различных трупп, исколесил Урал и Приуралье. И где бы он ни бывал, всюду собирал афиши спектаклей. Недавно все эти афиши и множество театральных программ он передал в наше собрание. Это очень пополнило фонд материалов о театральном прошлом Урала.