Умирая дважды
Шрифт:
Офицер поднял руку и жужжание замолкло. Веббер обмяк и немного сполз. Словно из ниоткуда появился маленький сутулый человек и принялся тыкать в него стратоскопом. Белый райский свет потускнел, саван стал робой, на сером мешке, в том месте, где нос, расплывалось багровое пятно.
Дейл сидел, ничего не понимая. И это все? Он взглянул на брата, потом на офицера, полицейских. Это конец? Веббер даже не крикнул. Ничего не изменилось. Все та же боль, все те же чувства. Дочь и жена не появились. На душе не стало легче. Он все тот же потерявший все человек. Дейл остался наедине с пистолетом, ожидающим его дома в лимбе из полиэтилена. Между ним и вороненой сталью оружия больше ничего не было. Вот какой он, конец. Пустой.
Гетфилд смотрел, как копы развязали Веббера.
Нет дочери. Нет жены. Нет врага. Дейл осознал все только сейчас. Раньше он жил ради семьи, потом – ради ненависти и желании увидеть смерть. Сейчас ему по-настоящему незачем жить. Мысль, к которой он готовил себя, стала явью. Дейла кинуло в жар, он осознал, что уже изрядно вспотел.
– Сэр, пожалуйста, пройдите к выходу.
– Дейл, пойдем.
Вспышки фотокамер, вопросы. Брат ведет его под руку. Полуденное солнце казалось тусклым фонарем, но рубашка предательски прилипала к туловищу.
– Райан, отвези меня домой.
– Окей. Соберем вещи и поедем ко мне.
Ну вот, опять.
– Я сам. Заедешь потом за мной вечером.
Райан недоверчиво посмотрел на него, но согласился. Внезапно он вскрикнул и резко упал, прикрывая лицо ладонями. Впереди послышались крики и стук металлических дверей. Ворота распахнулись и во двор высыпалась ватага людей в сером с палками в руках. Вокруг падали камни. Дейл кинулся к брату, но тот уже поднимался, держась за рассеченный лоб. Гул и крики становились громче – толпа приближалась к ним. Навстречу им выбежали копы с ружьями и воздух наполнился треском выстрелов, воплями и запахом пороха.
– Вон отсюда. – кричал полицейский над ними, размахивая револьвером. – Все бегом обратно внутрь.
– Тут весь блок “D”! Они достали ключи. – кричал кто-то из окна.
Заключенные разбежались по двору, прячась за углами и скамейками. У некоторых из них было огнестрельное оружие и несколько копов уже корчились на асфальте. Дейл схватил брата и побежал. Сзади грохотали винтовки. Брызнула кровь и один из репортеров упал прямо перед ними. Вокруг мелькали перепуганные лица родственников. Хорошо, что они недалеко отошли от здания. Вот дверь. Даже отсюда видно стоящий в конце зала стул. Наружу выбежало несколько полицейских, человек пять и взвели карабины.
– Стоять!
Выскочил офицер, руководивший казнью. Его рот был искривлен в гневе.
–Карнеги, какого черта! Это гражданские. – завопил кто-то с вышки. – Скорее к ребятам.
– Ааа, внутрь. Живо – отмахнулся он и убежал. Копы последовали за ним, один их них с ненавистью посмотрел на Дейла и плюнул на пол.
Райан плюхнулся на пол. Лоб распух прямо посередине, и тонкая рана кровоточила. Кузена что-то вопила. Посреди комнаты стоял врач, щупавший тело Веббера, с чемоданчиком в руках и смотрел на них испуганным взглядом.
– Дверь закрыли? – тихим тонким голосом спросил он.
– Да, доктор. – сказал Дейл. – осмотрите его пожалуйста.
Док наклонился и принялся щупать голову Райана.
– Кость целая. Удар прошел вскользь. – сказал он и принялся доставать из чемоданчика бутылочки и бинты, бормоча что-то под нос и выговаривая указания остальным родственникам.
Но Дейл уже не видел этого. Сзади гомонили родственники и Райан рассказывал врачу, что случилось во дворе. Гетфилд быстро пересек комнату, быстрым, взглядом посмотрел на стул и юркнул в темную комнату. Дейл искал то, чего ему не хватало, то, чем он не насытился. Он очутился в тускло-освещенном коридоре, ведущем вниз. Одна дверь на стене справа. Темная и тяжелая. Заперта. Там в конце, из-за угла разливался бледный зеленоватый свет. Дохнуло стылым воздухом. Дейл почувствовал холодный и приторно-сладковатый запах морга и направился вниз. Чем дальше, тем прохладнее. Каменные стены влажные от конденсата, плитка на полу заглушает его шаги. Жуткая тишина. Волнительное ожидание. Поворот.
Стена холода. Мокрая рубашка моментально стала ледяной,
и Дейл поежился.Небольшая комната. Неоновые лампы разливают бледный гнилой свет. Склеп, гробница, усыпальница. Коробка со стенами из голубого кафеля. Посередине, на блестящем металлическом столе кто-то лежит. В робе-саване. С черным номером 5783 на груди. Странная радость охватила Дейла. Сейчас он увидит его глаза. Наверняка, все такие же пустые, стеклянные, но мертвые. Серый мешок стеснительно скрывает боль и страдание. Бурое пятно уже расползлось на пол-лица. В круглой дырке на затылке видна лысина, лопнувшая, синяя с красным трещинами. Дейл приблизился. Неверной рукой он ослабил шнурок на шее, его пальцы легонько прикоснулись к коже мертвеца. Сколько времени прошло – десять, двадцать минут? В этой комнате он уже успел остыть. Гетфилд медленно задрал мешок вверх. Окровавленная ткань с противным звуком отлепилась от лица. Дейл отпрянул. Нос и рот были испачканы, будто Веббер только что перегрыз кому-то шею. С той лишь разницей, что это был не Генрих Веббер. Крючковатый нос, мохнатые брови гусеницы, светлые волосы. Вытянутое морщинистое лицо искривлено в маске боли. Чужой посторонней боли. Бледные губы раскрыты, в глубине мертвого рта, в запекшейся крови торчит обрубок языка. Дейл медленно, с опаской, снова подошел к трупу, встал прямо над ним, оперевшись на стол, и заглянул в глаза. Широко раскрытые и застывшие в мольбе о пощаде. И ярко-голубые. Не карие. Гетфилд вытер холодный пот со лба. На робе номер 5783. Голова закружилась, комната поплыла. Ладонь встретила мокрую и студеную плитку стены. Холодный воздух ворвался в легкие и отрезвил мысли. Дейл ударил себя по щеке и встал ровно. Он рехнулся. Или зрение глумится над ними. Или это все – мрачный могильный кошмар, которому нет конца. Номер 5783, не Генри Веббер.
Когда Гетфилд вошел к себе домой, по радио уже вовсю трещали про сегодняшний бунт заключенных. В телевизоре – то же самое. Черно-белый, весь в зернах экрана и с повязкой на голове, Райан дает интервью. Он вернется к четырем. Он еще ничего не знает. Подумает, что Дейл сумасшедший. И вдруг одна мысль молнией пронизала сознание. Гетфилд сел на пол, по спине пробежали мурашки. Затем метнулся к телефону. Райан должен знать. И полиция. Звук гудков готовности заполнил все пространство. Палец начал щелкать по кнопкам. Оставалось две цифры, когда взгляд Дейла упал на открытую дверь кабинета, стены которого, казалось, покрыты плотной паутиной. Словно там, в тюремном зале для казни, по телу пробежала сладкая дрожь. Он положил трубку.
Глава 5
– У тебя вид, как будто ты наследник престола. – сказал Брэн, когда они с Эдом вошли в мужской туалет. Здесь было очень людно и накурено. Сквозняком проносился запах травки, которую у окна курили старшие.
– По-моему, все складывается очень неплохо. – приходилось почти кричать – помещение, где репетировала группа, находилось за стенкой.
– Чувак, вы только что шли держась за руки! Рассказывай, что произошло.
– Ну вчера, когда подвозил ее домой, мы очень классно болтали, притом не как обычно, а друг о друге, пели песни. Вэл смеялась. А потом, у дома, я взял ее за руку.
– А дальше?
– Он улыбнулась и поцеловала меня.
Брэн раскрыл рот и поднял вверху кулаки.
– Вы зализались? – в этом шуме о старался спросить тихо.
– Нет, она меня поцеловала в щеку. Первый раз. И сегодня, когда я заехал за ней, тоже.
Брэн опустил руки. Лицо расплылось в широченной улыбке.
–Я совсем забыл с кем дружу. Но все равно неплохо. Как у тебя вышло это сделать?
Эд пожал плечами.
– Не тормози сегодня. Зуб даю, она ждет от тебя действий. – Брэн стучал указательным пальцем в грудь Эда. – Алкоголь и жратву взял?
– Да, то вино, которое просила Бэтс, две бутылки. И виски отца для тебя. Себе колы. Сделал сэндвичей. Термос кофе. Нормально?
– Вполне.
Дверь распахнулась, в туалет вскочил Арти, восьмиклассник, постоянно прилипавший к старшим.