Чтение онлайн

В отличие от большинства других секторов производства, программирование не нуждается в массированных инвестициях, потребляет мало энергии и совсем не портит окружающую среду. Мягкие и точечные стимулирующие меры государства могут дать громадный эффект. Индия, например, за полтора десятка лет выбилась в лидеры отрасли и производит сейчас на 25 млрд долларов программных продуктов в год. А чем мы хуже?

Во всем мире сфера коммунальных услуг считается одним из самых прибыльных и надежных рынков. Это - идеал любого капиталиста: спрос на его продукты и услуги (электричество, тепло, вода, канализация, вывоз мусора, уборка территории и так далее) абсолютно стабилен и даже кризисы его не снижают, искать потребителя не надо - он всегда на месте. Впрочем, и интересы жителей имеют тройную защиту. Во-первых, тарифы устанавливает специальный государственный орган. Во-вторых, муниципальная власть часто имеет долю в таких предприятиях и всегда - подробнейший контракт. Ну и сам собственник жилья или объединение собственников (кондоминиумы) никогда не даст себя в обиду.

В Украине же система жилищно-коммунального хозяйства безнадежно убыточна, многие ее фрагменты попросту разваливаются на глазах, как и само жилье. Аббревиатуру МЖКХ (Министерство жилищно-коммунального хозяйства) в народе расшифровывают как «Можете Жаловаться Куда Хотите». За годы независимости было много попыток навести порядок в этой отрасли. Из последних можно упомянуть «Общегосударственную программу реформирования и развития жилищно-коммунального хозяйства на 2004-2010 годы». Однако она закончилась ничем, и в июне 2009 года парламент принял еще одну программу с точно таким же названием, но уже до 2014 года. Очевидно, ее ждет такая же участь.

Говоря о причинах неудач в сфере реформирования коммунального хозяйства, политики сетуют на население: дескать, люди наши с советских времен привыкли к баснословной дешевизне (государственному субсидированию коммунальных услуг), и не готовы платить за них полную рыночную цену. А значит, отмена субсидирования приведет к социальному недовольству, которое особенно нежелательно на фоне постоянного политического кризиса. Эти разговоры продолжаются из года в год, и рост коммунальных тарифов уже сделал их бессмысленными.

На самом деле главная проблема заключается в том, что наших чиновников и руководителей коммунальных предприятий (а они тоже, по сути, являются госчиновниками) полностью устраивает планово-убыточная система, которая обеспечивает им монополию на коммунальные услуги и полный контроль над огромными финансовыми потоками. Их доходная база совершенно не зависит от эффективности работы: государство всегда покроет убытки из бюджета - это значит, из денег налогоплательщиков.

То есть, мы оплачиваем коммунальные услуги дважды: один раз - по счетам от ЖЭКа, второй раз - из налогов. Кроме того, платит экономика. Ведь государство пытается покрыть убытки коммунального сектора за счет предприятий, для которых тарифы гораздо выше. Это, во-первых, снижает конкурентоспособность и эффективность украинской экономики, а значит, опять же, негативно отражается и на зарплате, и на рабочих местах, и на бюджете страны.

Такие ножницы создают еще одно поле для махинаций: коммунальщики часто перекидывают свою продукцию из жилого сектора в производственный, и разницу кладут в карман. Вот пример. Сейчас средний уровень нормативных потерь в водоканалах - 40-50 % (испарение воды в водохранилищах, трубах, несанкционированный отбор воды). Эта огромная цифра, несоизмеримая с потерями в сетях развитых стран: там они в полтора-два раза меньше. Такие потери фактически в полном объеме заложены в тариф (то есть потребители оплачивают, в том числе и уворованную, и испарившуюся воду). По мнению экспертов, реальные потери в сетях гораздо меньше. Водоканалы могут продать два раза часть разницы в объемах потребленной и поставленной воды: излишки перенаправляют на активно развивающиеся коммерческие объекты, которые требуют большого количества воды - автомойки, супермаркеты, заведения общепита, промышленные предприятия.

Массовый характер приобрели и махинации с энергоносителями (они основаны на различной стоимости для разных групп потребителей и особенно на теплоэлектростанциях при производстве электроэнергии

и тепловой энергии, когда тепло является побочным продуктом выработки электричества), а также проведение взаимозачетов, завышенная стоимость смет на ремонт и многое другое. Словом, возможностей для воровства в коммунальном секторе не счесть.

Все это привело к тому, что вопросы жилищно-коммунального хозяйства стали обсуждаться даже на заседаниях Совета безопасности и обороны Украины. То есть, проблема получила статус угрозы национальной безопасности. И это правильная оценка. Ведь основная часть жилищного фонда Украины построена во времена СССР, и за два десятка лет недофинансирования и неэффективного управления практически все коммунальные системы пришли в катастрофическое состояние. Потери воды, тепла и электроэнергии достигли недопустимых величин, резко возросло число аварий и отключений. Если дело так пойдет дальше, то нас ждут крупномасштабные коммунальные катастрофы - с отключением от тепла, воды и энергии целых городов, наподобие того, что произошло несколько лет назад в Алчевске.

Каждый третий жилой дом требует капитального ремонта. В аварийном состоянии пребывает больше трети водопроводных, канализационных и тепловых сетей, около 30% теплопунктов, больше 20% мостов и дорог.

Требуют замены 87% городского электротранспорта, 70% автотранспорта, который используется в сфере благоустройства территорий, 40% насосного оборудования и котлов, 20% лифтов. Не соответствуют санитарным нормам более половины полигонов твердых бытовых отходов. Каждый год увеличивается количество несанкционированных мусорных свалок.

В упомянутой правительственной программе реформирования ЖКХ предусмотрено выделение на срочные меры по модернизации коммунального хозяйства страны 23 млрд гривен, но этих денег в бюджете нет и не предвидится. Сегодня, в условиях кризиса, практически все расходы национального бюджета идут на социальные выплаты. Кроме того, в условиях глубокой коррумпированности жилищно-коммунальной сферы, эти деньги наверняка были бы большей частью разворованы или использованы не по назначению.

Таким образом, задачу реформирования ЖКХ нам предстоит решать в условиях острого дефицита бюджетных средств. А это значит, что ставку надо делать на привлечение инвестиций, частного бизнеса.

После распада СССР и социалистического лагеря все его бывшие участники встали перед задачей реформирования ЖКХ, и стартовые условия были очень схожи. У одних - например, Польши, Чехии, Словакии, стран Прибалтики - хватило решимости и политической воли начать немедленно, другие (и к ним в первую очередь относится Украина) предпочли до последнего уклоняться от принятия трудных решений.

В той же Польше общая экономическая ситуация в начале девяностых была ненамного лучше нашей нынешней. Точно также коммунальные услуги были переданы местным властям, а те не имели ни средств на модернизацию устаревшего оборудования, ни опыта управления. Зато у государства была стратегия реформы. Они начали со снижения субсидии, и за пять лет полностью ликвидировали их. Так же поступили и в большинстве других стран Восточной Европы. Потому что общие субсидии, которыми в равной степени пользуются и те, кто ездит на дорогих автомобилях, и те, кому не хватает на самое необходимое, были признаны главным препятствием на пути реформы. Вместо них внедрили адресные социальные субсидии для бедных и соответствующий социальный фонд. Оказалось, что 65% населения в таких субсидиях не нуждается, а муниципалитеты сэкономили до 50% средств. В бюджетах появились деньги, которые можно было направить на продолжение реформы.

Кроме того, на отмену субсидий очень хорошо отреагировал бизнес. Он буквально ринулся в коммунальное хозяйство, все котельные и другие предприятия были скуплены вмиг. Тем более что государство учредило единый специальный орган, который устанавливает тарифы на коммунальные услуги. Была внедрена методология количественного тарифа, согласно которой определяется не сам тариф, а только его составляющие - в первую очередь, рыночные цены на энергоносители. Это сделало невозможным принятие волюнтаристских политических решений. У правительств часто возникают соблазны сделать свою надбавку к тарифу - чтобы залатать какие-нибудь другие дыры в бюджете. Или, наоборот, понизить - например, чтобы задобрить население перед очередными выборами. Но закон это жестко запрещает. А, значит, инвестор может спокойно работать, не ожидая подвоха со стороны государства.