Чтение онлайн

Опять улыбка, которой трудно сопротивляться.

— А почему нет? У тебя, может, есть друг, который был бы против? — спросил он с легкой издевкой.

— А если бы и так? Ты бы тогда оставил меня в покое?

— Не могу, — он склонил голову набок, размышляя, — мы же сидим вместе, забыла?

В отчаянии я глотнула горячего кофе и обожгла язык. Резко втянула холодный воздух. Ли ухмыльнулся. Кофе вернул меня к жизни, теперь я, вероятно, выдержу и физику, и химию.

Ли не отходил от меня ни на шаг. Подсказал правильную формулу хлорида аммония, а в столовой сумел внушить Матильде, что она осчастливит нас двумя

порциями жареной рыбы с жареной картошкой и свежим салатом. Рыба была превосходная, снаружи хрустящая, внутри — сочная и белая.

Руби, увидев содержимое моей тарелки, в отчаянии швырнула вилку на стол:

— Откуда у вас рыба? Я тоже хочу! Ненавижу картофельное пюре с почками!

Мы воззрились на нее с изумлением: никто до сих пор не подозревал, что Руби может быть так резка и настолько рассержена.

— Меняемся? — предложил Ли. — Я почки люблю.

Я уже было открыла рот, собираясь сообщить, что Матильде он только что говорил совсем другое, но Ли тихонько толкнул меня ногой под столом. Ах ты, джентльмен какой! Руби была счастлива, а Ли безропотно поглотил ее порцию жирных почек.

Филлис и Николь расспрашивали его об Америке. Я заметила, что он старается говорить только о школе. Когда Джейден спросил о его родителях, Ли нехотя и коротко сообщил, что его отец очень занятой человек и много путешествует. О матери, братьях или сестрах вообще не упомянул.

Я представила себе, что его братья, может быть, еще красивее и успешнее его и он им завидует. Но одного взгляда на Ли было достаточно, чтобы эта мысль показалась абсурдной. Он никому не может завидовать. Человек, который добровольно пренебрег «звездным клубом» и уселся обедать тут с нами, конечно, далек от зависти.

Звезды восседали через два столика от нас. Фелисити, увидев Ли, захлопала ресницами, призывая его присоединиться к ним. Ли послал ей свою чарующую улыбку, но сел за наш стол. С этого момента «звездный клуб» не спускал с нас глаз. Я их понимаю.

Ли был самым красивым мальчиком в нашей школе, это точно. Точеное лицо, правильные черты, густые вьющиеся волосы чуть не до плеч. Белые ровные зубы и улыбка, конечно, ох уж эта улыбка. Глаза синие и какие-то ледяные, радужная оболочка обведена темно-синим кругом. Ресницы темные, длинные и брови идеальной формы. Образец витрувианского человека Леонардо да Винчи. Его провожали взглядами, от него не могли отвести глаз.

Почему мне кажется, что я его уже где-то видела? Где? Когда?

Я и мои друзья, исключая Филлис и Руби, были его полной противоположностью — это я о его красоте. Но никто из-за этого не комплексовал. Они умели принимать всех вокруг такими, какие они есть, эти люди. В том числе — и такое жалкое существо, как я. Я многим обязана моим друзьям. Спасибо им за их терпимость. Никто из них никогда не издевался над моим именем или грязной одеждой. Помнится, когда мы еще носили форму, они приводили меня в порядок, когда я являлась в школу черт знает в каком виде.

Мать Джейдена научила меня стирать белье, мать Филлис вместе с самой Филлис научила готовить. Николь знала, где дешевле всего можно сделать покупки для дома, потому что ее родителям приходилось не легче, чем моей матери. Только у Филлис и Руби родители были состоятельными людьми. Кори никогда не блистал красотой, он всегда был рыжим и веснушчатым, а Руби — воплощение рассеянности. А между

тем в «звездный клуб» входили суперстильные куколки Фелисити Страттон и ее свита — Ава Гартнер, Синтия Ньюмаркет и Джек Робертс, копия принца Уильяма. Все они происходили из богатых семей, могли бы запросто посещать дорогую частную школу, о чем не уставали напоминать всем окружающим. И чего они, в самом деле, не свалят в эту самую дорогую частную школу? Сидят тут, на нервы действуют! Ли с его романтической внешностью, разумеется, как нельзя лучше подходил элите за тем столиком, чем нам, бывшим лузерам.

Он как раз что-то рассказывал о своей американской школе, вдруг посмотрел на меня и подмигнул мне так, будто нас связывал общий секрет.

А ведь есть такой секрет! Точно есть. Потому что я теперь поняла, откуда я его знаю и где видела!

Я в кои-то веки не опоздала. Пришла вовремя.

В среду утром я вошла в кабинет химии, и Кори втиснул мне в ладонь записку. Сегодняшнее задание было следующим: сделать так, чтобы мисс Блэк произнесла слова «оральный секс». У меня челюсть отвисла.

— Что? Снова эта игра? — с любопытством спросил Ли.

Я передала ему записку. При этом я заметила, что он так же избегает ко мне прикасаться, как и я к нему. Он прочитал записку и легко усмехнулся.

Мисс Блэк вошла в класс и начала урок.

— Какова награда? — прошептал у меня над ухом мой сосед.

— Что?

— Если я выполню это задание, что мне будет?

— Не выполнишь, — отвечала я шепотом, — никто не выполнит. — И я кивнула на доску, где наша химичка выводила формулу выпадения в осадок сульфата бария.

Она носила шотландский килт, как горцы, до колен, и серые гетры, белую блузу, заколотую на горле брошью, и сверху — вязаную жилетку. Матрона, как есть матрона! Старая дева! Никто в школе никогда не слышал, чтобы у мисс Блэк был когда-нибудь «спутник жизни». Если в ее годы преподавали в школе этику и психологию семейной жизни, где рассказывали о том, что такое секс, то она, надо думать, такие уроки прогуливала. Единственное, что она вообще прогуляла в своей жизни, наверное.

— Она не биологичка, та о сексе точно хоть что-то да знает, а эта… — объяснила я Ли.

Сосед самоуверенно ухмыльнулся.

— Так что я получу, если выполню задание? — настойчиво повторил он.

— Я тебе мороженое куплю, — предложила я.

— Мало. Сама говоришь, задание трудное. Мне нужен стимул посерьезней.

Чего же еще? Уж не хочет ли он, чтобы я пришла в школу в одном нижнем белье?

— Ты меня отведешь в паб твоей матери, — заявил Ли.

— ЧТО?!!

На мой возглас все обернулись, включая мисс Блэк.

— Мисс Морган, вам что-то непонятно?

Я переводила взгляд с химички на соседа и обратно. Он же небрежно откинулся на спинку стула и снова улыбался.

— Согласна, — процедила я сквозь зубы и обратилась к мисс Блэк. — Мистер Фитцмор только что заявил, что этот тезис кажется ему нелогичным.

Ли прищурился.

— Вы утверждаете, мистер Фитцмор, — обратилась к нему химичка, — что вы знаете о радии больше, чем Мари Кюри? — И очки в роговой оправе запрыгали у нее на носу от возмущения.

Ли даже не выпрямился, он еще сильнее облокотился на спинку стула и преспокойно ответил: