Чтение онлайн

— Совершенно верно.

— Но это же черт знает что! — Гарри вскочил. — Неужели нельзя опротестовать завещание? Это бесчеловечно!

— Речь идет примерно о двухстах миллионах долларов, — сказал Вейдман. — Дом инвалидов пользуется очень сильной политической поддержкой. Условия завещания совершенно недвусмысленны. Да, мы могли бы его оспорить, но я весьма сомневаюсь в успехе. — Он посмотрел на Гарри с усмешкой, прятавшейся в глубине глаз. — Но ведь вы пока не собираетесь жениться?

— Пожалуйста, уходите. — Гарри упал в кресло. — Я поговорю с вами позже.

Когда машина уехала, Гарри с размаху ударил кулаком о кулак.

«Сука! — подумал он. — Подлая, мерзкая калека! Так вот какую пакость она мне устроила! Обрекла меня жить с любовницами,

остаться без жены и детей! Поделом же тебе, сука, ты заслужила свою страшную смерть».

Он закрыл лицо руками и, больше не владея собой, начал всхлипывать, вздрагивая всем телом. Нервы его не выдержали потрясений этого кошмарного дня.

* * *

Стив Хармас, старший следователь страховой компании «Нейшнл Фиделити», неторопливо вошел в приемную. Это был высокий мужчина, некрасивый, но симпатичный, с веселой улыбкой и острым, как бритва, умом.

Пэтти Шоу, секретарша Мэддокса, перестала печатать на машинке. Хорошенькую блондинку любила вся мужская часть персонала. В ней ценили не только ум, но и доброе сердце. Хармас утверждал, что не знает лучшей женщины, за исключением своей жены.

— Привет, — сказал он, останавливаясь перед столом. — Что новенького?

Взмахом руки Пэтти указала на дверь, ведущую в кабинет Мэддокса.

— Он уже полчаса орет, требует тебя.

Хармас скорчил гримасу.

— С какой стати? Еще нет десяти.

— Ты, видно, никак не привыкнешь, что он начинает в восемь.

— Я виноват, если он псих? Так он меня спрашивал?

— Мягко выражаясь. Лучше захвати с собой мазь от ушибов. Ему будто вожжа под хвост попала.

— Мисс Шоу! Что за выражение! — Улыбаясь, Хармас пересек комнату, небрежно стукнул в дверь Мэддокса и вошел.

Как и обычно, Мэддокс сидел согнувшись над письменным столом, заваленным бумагами, страховыми полисами и письмами. Его редеющие седые волосы торчали во все стороны, красное лицо сердито хмурилось. Мэддокс был невысок, хотя, сидя за столом, казался рослым. Природа наделила его плечами боксера и ногами лилипута. Его глаза, холодные и безжалостные, беспокойно бегали. Дорогой костюм сидел на нем плохо, грудь, рубашка и рукава были усыпаны табачным пеплом. Он имел привычку то и дело ерошить волосы короткопалой пятерней, что придавало ему еще более неряшливый вид.

— Я тебя дожидаюсь! — пролаял он, откидываясь на спинку кресла. — Уже десять! Или тебе нечем здесь заняться?

Хармас уселся в низковатое для него кресло и закурил.

— Я до двух ночи таскался по делу Джонсона, — сказал он. — Жена настаивала, чтобы я немного поспал.

Мэддокс фыркнул. Ценя свою репутацию самого выдающегося эксперта по искам, он без зазрения совести нагружал своих людей работой. Однако, у него ничего не получалось с Хармасом, который тоже считался лучшим специалистом в своем деле и ко всему относился легко.

— Видал?

Мэддокс швырнул Хармасу телекс.

— Что там еще?

— Читай!

Читая телекс от Алана Фрисби, их агента в Парадиз-Сити, Хармас все больше выпрямлялся, а летаргическое выражение его лица сменялось оживлением.

— Ну и дела! — воскликнул он, бросая телекс на стол. — Ожерелье Эсмальди! Черт возьми, как же его смогли вытащить из рэйсоновского сейфа?

— Значит, смогли! — угрюмо огрызнулся Мэддокс. — Если мы его не найдем, придется раскошелиться на 350 тысяч. Отправляйся-ка немедленно туда. Это ловкое, отлично спланированное ограбление. Открыты три сейфа. Кражи у Ловенстейнов и Джексонов — не наша забота... они застрахованы не у нас. Для начала поговори с Хэкетом. Посмотрим, какое он даст объяснение. У нас была договоренность с миссис Льюис снизить ей страховую ставку, если она будет держать ожерелье в сейфе. Мы считаем, что «рэйсон» гарантирован от взломов. И все же его открыли. Кто открыл? Он должен знать, как отключается сигнализация. У них там хороший шеф полиции, Террелл, но дело ему не по зубам. Работай с ним в контакте и копай, копай, не переставая. Я не заплачу, пока не буду

уверен, что другого выхода нет, поэтому поторопись. Нам, того и гляди, предъявят иск за ожерелье. Пеняй на себя, если мне придется заплатить.

Хармас только кивал с серьезным видом. Эту угрозу он слышал так часто, что она превратилась в шутку. Мэддокс воображал, будто внушает ему страх, и Хармас не выводил его из заблуждения.

— Ладно — сказал он и выкарабкался из кресла. — Есть какие-нибудь соображения?

Мэддокс взъерошил волосы.

— Насколько я знаю, лишь двое посторонних знакомы с системой сигнализации: Дэвид Хэкет и мастер, который устанавливал сейфы.

— Как насчет секретарши Хэкета? Она наверняка имеет доступ к его картотеке.

Мэддокс кивнул.

— Правильно. Она могла выболтать дружку. Ты верно сообразил. Всех их нужно взять под микроскоп, но я, по правде сказать, ничего от этого не жду. Я нюхом чую профессионалов. Ни улик, ни отпечатков пальцев. Если даже какой-то любитель узнал, как открывается сейф, как он проник в дом, не оставив следов? Все равно, Стив, проверить этих людей тебе придется. И все же я думаю, что здесь орудовала банда опасных грабителей, где-то раздобывших секретную информацию.

— А не мог кто-нибудь из них охмурить секретаршу Хэкета и вытянуть из нее нужные сведения? Ведь не думаете же вы, в самом деле, что виноват сам Хэкет?

— Почему бы нет? Подозревать надо всех, кого я упомянул, — проворчал Мэддокс. — Куш немалый, близко к полумиллиону.

— Но ожерелье Эсмальди, — задумчиво произнес Хармас. — Как продать такую знаменитую вещь? Думаете, его разломают?

— Тогда оно потеряет половину стоимости. Возможно, они нашли какого-нибудь подпольного скупщика или сумасшедшего коллекционера. Не знаю... могло быть и так.

— Ну, ладно, поеду и осмотрюсь, а узнав что-нибудь интересное — сразу дам знать.

— Имей в виду еще два момента, — сказал Мэддокс. — Женщину убили. Все ее деньги достались мужу. Давай-ка убедимся, что все это затеяли ради сокрытия убийства. — Заметив удивление Хармаса, Мэддокс продолжал: — Знаю, знаю, звучит дико, но я знал мужей, которые устраивали инсценировку ограбления и убивали свою жену. Присмотрись к Льюису. Во-вторых, скажи Терреллу, чтобы он проверил местных барыг. Есть в Майами два таких деятеля... Эйб Шулман и Берни Баум. Пусть хорошенько потрясет обоих прохвостов.

— Ладно.

Хармас вышел из кабинета и задержался перед столом Пэтти.

— Завидуй, — сказал он, улыбаясь, — я отправляюсь в Парадиз-Сити.

Пэтти закатила свои большие глаза.

— Счастливчик. Будь паинькой, Стив... Помни, что ты женат.

Хармас ухмыльнулся.

— Как же мне забыть. До скорого... — и он стремительно вышел. Перескакивая через две ступеньки сразу, он спустился на улицу, сел в машину и поехал домой за чемоданом.

Капитан Террелл поглубже уселся в кресло и потянулся за картонным стаканчиком с кофе. Напротив него расположились Хесс из отдела убийств и веснушчатый верзила Джо Бейглер, лучший сержант Террелла.

— Да, хорошенькое дельце свалилось нам на голову, — заметил Террелл. — Ограбление, совершенное неизвестной бандой, плюс убийство.

— Я вот чего не пойму: ведь рэйсоновские сейфы принято считать стопроцентно надежными, — сказал Бейглер, закуривая. Его редко видели без сигареты во рту. — Не зная секрета, к ним не подступишься, а у Рэйсона секреты стерегут крепко. Выходит, теперь под подозрение попадают их люди, Хэкет, торговый представитель, Джолсон, мастер и секретарша Дайна Лоувз, которая имеет доступ к документации. Любой из них мог обтяпать дело сам или продать информацию банде. Джолсона мы уже проверяли: он взял отпуск и уехал в круиз, но он мог продать информацию. Хэкет оставался в загородном клубе до двух часов, а потом вместе с женой вернулся домой. Но он тоже мог продать информацию. У мисс Лоувз есть ухажер, за которого она собирается выйти замуж. Мы его проверили... как будто ничего, но она могла соблазниться крупной взяткой, чтобы поскорее сыграть свадьбу.