Удачная Работа
Шрифт:
– Я хочу поехать с тобой, Тим, и буду делать все, что ты говоришь. – Цвета шмыгнула носом и добавила: – Я постараюсь.
И вот мы уже скачем по Лесу котов, в сторону поляны прайда Вожака.
Глава 9
Отчетная кошачья работа
Обратная дорога до лесной поляны,
«С конями на поляну к Вожаку идти не надо. Еще наступят на котенка», – предупредил Рыжик. Впрочем, мне показалось, что он больше беспокоился за коней. Понравилось ему кататься.
Искушать прайд таким количеством свежего мяса действительно не стоило.
«Хорошо. Мы пойдем вдвоем, – сказал я коту. Потом ненадолго задумался и попросил: – Рыжик, позови кого-нибудь, чтобы охраняли коней и Цвету, пока мы будем говорить с Вожаком».
Рыжий хитрец понимающе посмотрел на меня, отошел от нас в сторонку, немного присел на задние лапы и издал жуткий рев. Звук чем-то напоминал вой наших земных котов, орущих в марте на кошачьих свадьбах, только помноженный на разницу в размерах лесного кота и обычного мартовского гуляки. Боевые кони, привычные к звукам свирепых битв, только дернули ушами, не переставая пить воду. Рыжика они не воспринимали как опасность. Орет кот, ну так пусть себе орет. Мне тоже не раз приходилось слышать боевой и призывный рев котов мира Ворк, так что я никак не отреагировал на этот звук. А для девчонки все случившееся стало полной неожиданностью. Она присела на землю, испуганно закрыв уши руками, и расширившимися глазами уставилась на кота.
– Вот тебе страшная месть за свисток, которым ты нас с Рыжиком лишила слуха. – Я улыбнулся, глядя на испуганную девчонку.
Впрочем, поняв, что ничего страшного не происходит, Цвета встала, отряхнулась и показала нам с котом язык.
– А почему он закричал так страшно? – спросила девушка после того, как тоже напилась воды.
– Он позвал кого-нибудь охранять тебя и коней, пока мы с ним будем рассказывать вождям лесных котов о том, что стаи оборотней больше нет, – ответил я любопытной красавице.
– Ты снова удивил меня тем, что можешь говорить с лесными котами, – широко раскрыв глаза, сказала Цвета через пару секунд.
– Опять у тебя язык идет впереди мыслей? – Строго взглянув на девчонку, я грозно нахмурился.
Ничего страшного, конечно, не произошло, рядом никого постороннего не было, но надо ее тренировать – выработать условный рефлекс на болтовню, как у собаки Павлова.
Цвета, надо отдать ей должное, мгновенно все поняла, прикусила свой острый язычок и только время от времени поглядывала на меня любопытными черными глазищами.
Тут заросли шевельнулись, и на небольшую полянку рядом с запрудой, на которой расположилась наша маленькая компания, грациозно вышла красавица Халва.
«Привет, Халва», – радостно поприветствовал я кошку.
«Привет, Тим», – доброжелательно ответила красавица и направилась к Рыжику, глядевшему на нее влюбленными глазами.
Подойдя вплотную к моему коту, Халва на мгновение остановилась и вдруг врезала по его влюбленной физиономии правой лапой. Рыжик виновато
на нее посмотрел, а кошка добавила ему левой.«Я присмотрю за твоим маленьким прайдом. Иди к Старшим котам», – развернувшись спиной к Рыжику, сказала мне Халва.
После этого кошка, так и не взглянув на удивленную девчонку, грустного кота и спокойных коней, взлетела на ближайшее дерево и исчезла среди ветвей.
– За что это она его? – спросила меня озадаченная Цвета.
– Я сам не понял. Если узнаю, расскажу, – ответил я, не менее удивленный. – Кошка будет рядом и, если что, поможет. Ее зовут Халва. Я побежал, – добавил я и рванул в сторону поляны прайда. Время не ждет.
Рыжий влюбленный понуро бежал рядом.
«За что это она тебя так?» – спросил я удрученного кота.
«Я пошел на интересную охоту, а ей не сказал, – ответил рыжий страдалец. – А ничего интересного-то и не было, – добавил он обиженно. – Сидел и ждал в тихом месте, пока ты перебьешь волков с черными мыслями, как котенок ждет добычу с охоты взрослых. Вот девчонка смешная и кони хорошие. Но я же их привел!» – возмутился Рыжик. Потом взглянул на меня в поиске моральной поддержки.
Я понимающе мотнул на бегу головой. Прав мой кот, я тоже часто не понимаю нашу прекрасную половину. Дальше наш сплоченный мужской коллектив побежал в более веселом настроении.
Через пять минут мы выбежали на нужную поляну. Никаких особых изменений с нашего последнего посещения вроде не произошло. Под ноги нам так же выскочили котята и, не обнаружив ничего для себя интересного, веселой разноцветной стайкой куда-то убежали. Серого соперника не было видно.
Вожак не заставил нас ждать, как в прошлый раз, а сразу спрыгнул с дерева, держа в зубах мой узелок.
«Второй мне сообщил, что ты убил волков с черными мыслями», – сказал Старший кот, положив узел на траву.
Я поднял свои вещи. Понятно. Вожак, как хороший руководитель, не стал пускать дело на самотек и направил своего заместителя проконтролировать мою работу. Для Старшего кота остаться незамеченным в своем лесу для гораздо менее опытного Рыжика и нечуткого джисталкера особого труда не составило. Эти мысли быстро мелькнули в голове, и я взглянул на Вожака с уважением.
«Я послал не одного, а двух Старших. Один до сих пор там и следит за огнем», – ехидно прокомментировал Вожак мои мысли.
Вот матерый котище. Хорошо, что я так тщательно организовал процесс горения.
«Ты все сделал правильно», – успокоил он меня.
«Значит, я зря нес это?» – спросил я Вожака прайда, достав мешок с ушами оборотней.
«Нет. Высыпь их на дерево. Когда они высохнут на солнце, я раздам подарки вожакам других прайдов», – весело ответил Старший кот, подводя меня к огромному пню, торчащему недалеко от сухого дерева, которое было местом дневного отдыха прайда. На этот пень я и высыпал трофеи.
«Ты осторожный. Я отпускаю молодого кота прайда на твою охоту».
Вожак повернулся к Рыжику и что-то серьезно промяукал тому в ухо на своем кошачьем языке.
Рыжий боец взглянул на меня и неспешно потрусил в сторону оставленных у водопоя товарищей. Дойдя до края поляны, он лег на траву и стал ждать.
«Береги моего сына. Иногда он почти котенок». Старший кот серьезно посмотрел мне в глаза. Я с интересом взглянул на Вожака. Действительно, сходство котов бросалось в глаза. Отец был ненамного крупнее сына, и основное различие заключалось в том, что всю шкуру Старшего покрывали многочисленные свидетельства опасной жизни бойца.