Ученица
Шрифт:
При виде жующих слуг у меня возник только один вопрос: «Как они гадят, пардон, какают?» Ведь, по идее, никаких процессов пищеварения в мертвом теле быть не должно. Не выделяются ни соляная кислота, ни пепсин. Да вообще ничего не должно вырабатываться! Ну, даже если предположить, что мясо само собой сгнивает в желудке, превращаясь в слизь, которая протекает дальше в кишечник, где, напомню, желчи тоже нет, как осуществляется перистальтика? Неужели гладкие мышцы могут сами собой работать и в таком состоянии? Ведь все остальные работают благодаря воле некроманта. Или неужели его воля настолько далеко распространяется?
Ответ
Кстати, за ужином учитель Хорнрейвена нас не посетил, однако чуть позже, как донес потом Ад, в кабинете герцога состоялась знатная попойка двух мужчин. Но я в это время уже спала.
Утром меня разбудил Дариус, сказав, что Морулус будет ждать меня в моей лаборатории через час. Я вполне успевала собраться и позавтракать, чем не спеша и занималась, когда ко мне пришел дроу.
– За ночь, кроме пьянства некромантов, ничего интересного больше не происходило. – Ад явно был чем-то взволнован. Он сделал небольшую паузу и неожиданно перескочил на совсем другую тему: – Боюсь, твой сегодняшний эксперимент привлечет к тебе ненужное внимание. Непонятно, что это за гость, кто он и откуда. Но у них с Хорнрейвеном явно общие дела, и не уверен, что безобидные. Думаю, когда ты сбежишь, твой некромант позовет на помощь своего учителя. А после того, что ты им сегодня продемонстрируешь, искать тебя будут еще более тщательно, ведь такими специалистами не разбрасываются. А учитывая прогрессивность твоих идей…
– Я все это понимаю. – Я и сама сильно переживала. Непонятно, какова будет реакция этого незнакомца на мой эксперимент, да и вообще на меня. – Но отказать я не могу, ты же понимаешь? Точнее, могу, конечно, только Мор все равно сделает по-своему и меня заставит. Так что для меня сопротивление – это однозначно более травматичный вариант.
– Да… – Аделем задумался. – Но хотя бы постарайся принять меры предосторожности. У тебя есть платки или маски на лицо?
– Конечно, я всегда работаю в них. А тебе зачем?
– Мне-то незачем. Постарайся надеть маску раньше, чем тебя увидит гость, и не снимать при нем. Я, конечно, не уверен, что это сильно поможет, но чем меньше людей будут знать тебя в лицо, тем больше у тебя шансов скрыться после побега, не быть узнанной, а соответственно, и найденной.
– Моя маска скрывает только нижнюю часть лица, – заметила я, но подумала, что в целом это неплохая идея.
– Это лучше, чем ничего. Узнать человека по одним глазам, конечно, можно, но сложно. И какую-нибудь косынку не забудь надеть.
– Не учи ученую. Косынка – обязательный элемент при любой операции. Не было б ее, в тебе бы уже начали прорастать волосы, нападавшие с моей головы, – не очень удачно пошутила я.
– Вроде все. Удачно, что ученическая мантия скрадывает фигуру. Я на твоем месте еще каблуки надел бы, чтоб изменить рост.
– Каблуки – это уже перебор. Попахивает паранойей.
И как я в них буду весь день на ногах стоять?– Ладно. Пусть Тьма будет к тебе благосклонна. Удачи!
Ничего больше не говоря, эльф удалился, а я бегом направилась в лабораторию, надеясь успеть прийти раньше учителя.
Только я успела облачиться в свою «маскировку», как пришли мужчины.
– Малум Уутракт, – представил мне некромант своего спутника, – мой наставник и хороший друг.
– Можно просто Мал. Наслышан о вас, Лузанна. – Гость с интересом рассматривал меня. – А почему вы прячете лицо?
Я очень нервничала, но постаралась принять самый невозмутимый вид и ответила:
– Я не прячу. Вы сейчас тоже свои скроете.
И я подала гостям подготовленные косынки и маски, благо мне хватило ума заранее обзавестись запасными. Ведь если бы я одна была в таком своеобразном облачении, это точно выглядело бы очень подозрительно, а раз касается всех присутствующих, может, и пронесет.
Пока мои наблюдатели одевались, я объясняла, для чего нужны эти предметы.
– Хм, разумно, – произнес Мор, – обязательно возьму себе на вооружение.
Дальше началась работа. Продвигалась она намного быстрее, чем в первый раз, ведь мне помогали два профессионала. На примере нескольких крупных костей я показала, как очищаю их и заливаю в них металл, а потом и сами мужчины присоединились к работе, выбрав себе приглянувшиеся части скелета. Так что к вечеру этот этап работы был завершен.
Мужчины приглашали меня в свою компанию посидеть, поговорить и выпить, но я, сославшись на необходимость убраться в лаборатории и усталость, отказалась. Как ни странно, они не стали настаивать и удалились.
На следующий день повторилось то же самое, только задача на этот раз была другой: мы меняли кожу на чешую. Морулус захотел, чтобы его умертвие полностью было покрыто ей, включая лицо и руки. Я объяснила, что тогда снизится моторика пальцев, ведь чешуя не так эластична, как кожа, на что получила ответ:
– Меч в руках сможет держать, а большего ему и не надо.
Таким образом, объем работы сильно увеличился, ведь на этих частях тела приходилось пришивать совсем мелкие кусочки материала, чтобы максимально сохранить подвижность пальцев и хоть что-то отдаленно похожее на мимику лица. Это на спине можно заменить все большими лоскутами и избежать при этом скованности движений, а тут такое не прокатит. Естественно, самыми сложными участками занималась я, но некроманты не сильно отставали, активно пришивая чешую в местах, где можно было использовать обычные нитки. Ведь стихии Воды, кроме как у меня, не было ни у кого, а превратить в нити Тьму у магов почему-то не получилось.
Кстати, я уже обзавелась хирургическими иглами цилиндрической формы, и Малум ими заинтересовался:
– Почему ты заказала специальные, а не используешь обычные?
– Эти удобней. Просто попробуйте, и все поймете, – уверенно проговорила я.
Работа по штопке завершилась уже поздно ночью. Но моему учителю этого оказалось мало.
– Хочу уникального зомби, – нахально заявил он. – Придумай что-нибудь еще, что-то, что можно прямо сейчас быстренько сделать.
Я задумалась на пару минут. Конечно, у меня были идеи. Но сработает ли…