Уцененный принц
Шрифт:
— Значит так. Тетя Аннабель категорически запретила выезжать, дорога в дождь опасна. Даже могут быть сели, один раз тропу уже смывало. Как только дождь прекратится, за нами пришлют геликоптеры, пассажирский и грузовой, за лошадьми. Так что остаемся. Оказывается, здесь большой запас консервов, в кладовой. Овощи и крупы тоже имеются. Так что голодать не будем. Сейчас разделаю рыбу, часть сварим, часть запечем, на обед. А ты оденься и проведай лошадей, замени воду и засыпь зерна. Ведра им на сегодня хватит, травы много.
Рон нашел в прихожей, в шкафу, плащ и сапоги, набрал в кладовой ведро овса и пошел кормить лошадей. Эвелина метнулась к бюро, стоящему в углу гостиной, нашла в ящике подзарядку для коммфона и снова вызвала тетю. Разговор был коротким и исчерпывающим. Аннабель похвалила за смелость, сказала, что
Рон вернулся довольно промокшим, сообщил, что дождь усиливается, с лошадьми все в порядке. Укрылись в полу-сарае, полу-навесе, дождь их не мочит. Эвелина послала его срочно переодеваться и развести камин. Почти семейная жизнь продолжалась и это ему так нравилось! Пока из части рыбины варилась уха, а тушка запекалась с картофелем, проверили запасы в кладовой. Обилие консервов поражало. И простая тушенка, и готовые супы в банках, и даже деликатесы вроде икры, соленой рыбы в бачках, языков в желе, сырокопченых колбас и окороков. Можно осаду выдерживать, а не только переждать дождь. Только что пойманная рыба была великолепна на вкус. К рыбе нашлось вполне приятное, легкое белое вино из тех же виноградников Дальнира. После обеда устроились у горящего камина, потягивали вино из бокалов, заедая какими-то сухими, тающими на языке печенюшками. Потянуло на поцелуи. С продолжением. Рон, уже не опасаясь фиаско, показал себя на высоте, и полностью погруженная в процесс Эвелина наконец получила и свою порцию наслаждения. На ужин, без заморочек, открыли банку языка в желе, нарезали колбасу и сыровяленый окорок, сделали простые гренки, перекусили и дружно отправились в постель. И тут Рона осенило!
— Эви, послушай, я же не предохранялся! А что, если…
— Вот, а что — не будет. В наше время все умные девушки знают, как уберечься! Так что, извини, признаюсь, пила таблетки уже около месяца, на всякий случай.
— Эвелина, зачем?
— Планировала тебя соблазнить еще, как только ты на ноги встал после операции. Шокирован? Так что Элеоноре отдавать тебя не собиралась, не надейся.
— Не надеюсь. Давай, наконец, забудем об Элеоноре, а то начну у тебя выпытывать обо всех твоих обожателях! И вообще, у тебя такая грудь, не оторваться! Сладкая! — Занавес.
Глава 26
Эллана, Терра, (Тихвин)
Дождь продолжался без перерыва полных два дня, на третий день сменился мелкой моросью, на четвертый выглянуло солнце. Надо было решать, как выбираться. На их счастье, в кладовой нашелся игрушечный квадрокоптер, видимо, забытый кем-то из гостивших детей, старенький, но исправный, и с видеокамерой. Поменяли аккумуляторы, подзарядили резервные, и отправили вдоль тропы. Но через 10 минут полета пришлось аппарат вернуть. Тропа была сильно размыта, а чуть дальше на нее сошел оползень. Выбраться без посторонней помощи не представлялось возможным. Связались с Миланой, она обещала завтра прислать геликоптеры. Они их увезут, а в домике оставят слуг, что бы привести его в порядок в ожидании новых гостей. Как только просохнет почва, восстановят тропу, укрепят склон и долина будет готова принять посетителей. Два дня, пока шел проливной дождь Эвелина и Ронгвальд практически не вылезали из постели. Только поесть и задать корм лошадям. Так что время на изучение друг друга у них было полно. И, на свою радость Эвелина заметила, как улучшается настроение Рона. Казалось, он освободился от гнетущего груза, и сейчас просто распрямляется, чувствуя себя нормальным человеком. 100 % попадание Аннабель. Эвелина было ей благодарна за вовремя данный совет, иначе бы она ни за что не смогла так смело решиться на близость. Ронгвальда же одолевали другие мысли. В их последний вечер он решил все прояснить.
— Эви, — тихо спросил он ее, — тебе сколько полных лет?
— Рон? — удивилась девушка — что за странные вопросы! Но что бы тебя успокоить, мне в следующем мае исполнится 21 год.
— Значит,
ты будешь совершеннолетняя!— Если, как гражданин Элланы, то да, гражданское совершеннолетие у нас в 21 год, для всех — и мужчин, и женщин. Брачный возраст отличается, для мужчин тот же 21год, для женщин — 19 лет.
— Хорошо, послушай, а тебе обязательно спрашивать разрешение на свадьбу у своих родных?
— Рон, ты мне еще предложения не сделал, а уже такие вопросы!
— Считай, что делаю, сейчас.
— И где кольца, торжественная обстановка, каждой девушке хочется получить предложение как положено!
— Эви, все будет, все сделаю, просто у меня сейчас возможности минимальные, ты же понимаешь! Скажу прямо, у меня нет ни гроша, даже на самое дешевое колечко, не буду же я просить твоего дядю — «Одолжите пару тысяч галактов, мне на кольцо вашей племяннице не хватает»!
— А у своего дяди ты попросить не можешь? Он пока здесь, задержался, хочет еще раз с тобой поговорить.
— У дяди? Надо подумать. Может быть, это самое правильное решение, в конце концов, он мой должник. Не хотелось бы, но можно.
— Ты так решительно решил порвать с семьей? Все-таки они близкие тебе люди, может не стоит так рвать отношения, все-таки попытаться поговорить с отцом, может, даже простить его!
— Простить? Нет, простить не получится, а спокойно поговорить, может и стоит. Надо подумать. А у дяди денег просить все равно придется, я, правда хотел просить его стать поручителем, что бы взять кредит. У меня же действительно ничего нет, а нужно многое, от зубной щетки до компьютера, и не дешевого, надо же задания на чем-то делать, иначе придется постоянно бегать в общий кабинет, ждать очереди, неудобно как-то!
— Тогда так и поступи, попроси стать поручителем, я уверена, он сам предложит тебе деньги. Кстати, можешь оформить это как беспроцентный займ, если тебе будет так легче. Потом как-нибудь отдашь.
— Слушай, а это идея! А вдруг он возьмет и согласится стать поручителем?
— Тогда возьмешь обычный кредит, на обучение, с отсроченным платежом. Проценты будут больше, но отдавать сможешь после окончания учебы!
— Хорошо, но ты говорила, что у вас образование бесплатное, зачем тогда кредиты берут?
— Образование бесплатное, есть даже с полным пансионом, как я и говорила, но студенту же надо и какие-то средства, на книги, обучающие программы, вон, на компьютер! Так что кредит студентам дают и с отсрочкой платежей. Тем, кто захочет, конечно.
— Спасибо, так и поступлю, вот и деньги на кольцо появятся. Так что предложение сделаю по всей форме. Но сейчас просто, без формальностей: Эви, ты решишься выйти за меня замуж?
— Да, Рон, решусь. Не надейся, не сбегу!
Конечно, весь разговор закончился новыми поцелуями. И продолжением.
На следующий день прилетели геликоптеры, и Эвелина и Ронгвальд были успешно доставлены в замок. До начала учебы оставалось не так много времени, так что потихоньку начали готовиться к отъезду в Эстину.
***
Элеонора тоже собиралась на Терру. Они с братом летели императорской яхтой, потом авионом до Ораниенбаума под Петербургом — резиденции семьи Лански, Эдвин, навестив бабушку и деда, продолжал путешествие до Москвы, а Элеонора оставалась в Петербурге, в семье тетки Этельберты, продолжать обучение в университете. Даже не удалось узнать, чем все закончилось у Эвелины. Нашли они общий язык с Ронгвальдом? Все-таки какая-то ответственность за бывшего ухажера Элеонору тревожила, но она надеялась, что Эвелина справится. К моменту ее отлета парочка еще не вернулась из Арре, приехала только Милана с сыном — пошли дожди, и в старом замке подростку стало скучно. В коротком разговоре Милана на ходу сказала Элеоноре, что у Эвелины все прекрасно. Вроде все хорошо, но какое-то неудовлетворениеоставалось. 24 августа они с братом стартовали к Терре. На душе так и не было спокойно. Долетели быстро. Выяснилось, что Этельберты в городе нет, улетела к кому-то писать очередной портрет, Сержа тоже, уехал на презентацию новой коллекции маэстро Гвардиери в турне по Европе. Дети в Ораниенбауме, под присмотром нянек и дедушки с бабушкой. Ей предложили взять ключи, но ехать в пустую квартиру не было никакого желания. Элеонора взяла один из семейных мобивенов и решила поехать туда, где всегда успокаивала душу и сердце — в Тихвин, в монастырь, к иконе Божьей матери.