Чтение онлайн

Когда я зашёл в ресторан, выполненный во вполне себе современном стиле, посреди зала уже стоял огромный круглый стол, за которым сидели одиннадцать Старейшин. Всего их двенадцать, но последний член Совета приехал сюда со мной. Причём стоило только этому члену Совета зайти в ресторан, так она сразу подняла уши и распушила семь серебристых хвостов.

Подойдя к столу, я слегка поклонился.

— Аматэру приветствуют Совет Токусимы, — произнёс я.

После чего все сидящие за столом поднялись на ноги и отвесили мне точно такой же поклон. Ну ладно, поклоны всё же были разные. Три члена Совета поклонились глубже остальных. Мацусита Момота, тануки и капитан полиции, Мидзуно Кин, глава клана хэби, змей-оборотней, и Киносита Нёко, старушка нэко, поклонились вполне себе уважительно. С капитаном всё понятно — полиция вообще ко мне довольно уважительно относится, если не больше. Киносита, пусть и

старше меня, но всё же женщина, да и… одиночка она, пусть и очень уважаема в городе. Видимо, решила перестраховаться и поклониться пониже. А вот с Мидзуно всё довольно интересно. Я, когда узнал, кто состоит в Совете, довольно сильно удивился, так как семья Мидзуно в Токусиме — не абы кто. Начать стоит с того, что весь клан змей-оборотней, единственный в Японии, к слову, работает в онсэнах Аматэру. То есть фактически на меня. Они не являются Слугами Рода, да и работают в простых онсэнах, где очень сложно встретиться с аристократами, но тем не менее. Так они ещё и среди простого народа известны. Во время второй мировой Мидзуно на свои деньги выкупили огромный особняк на территории города и организовали там больницу. Вроде что такого, но в то время с этим были проблемы, так как все более-менее хорошие больницы реквизировали военные, при том, что гражданские как болели, так и продолжали болеть. Плюс авианалёты американцев. Храмы пытались помогать людям, но это всё же не их профиль. А тут — бац, и очень даже неплохая больница для простых людей. Ну и как полагается в таких случаях, вояки попытались забрать её для своих нужд. Жители города, по словам Хирано, отнеслись к подобному с пониманием, всё же военные умирали, в том числе и за них тоже, а вот Мидзуно решили отстаивать больницу до конца, что вылилось в арест половины семьи и мольбу второй половины, добившейся аудиенции с Аматэру. Глава Рода тогда отсутствовал, как и большинство мужчин, так что отбивать больницу пошла мать Атарашики. Проблема была в том, что командиром токусимского гарнизона был Отомо, а это вам не хер с горы, тоже весьма сильный и древний Род, в то время как спорить к нему пришла женщина. Но ничего, отбили. После войны больницу отдали городу. Лет пятьдесят назад её полностью перестроили, так что теперь это вполне себе современная больница. Ну и как результат той истории, токусимцы с тех пор знают, помнят и уважают семью Мидзуно.

Так что да, я сильно удивился, узнав, что данное семейство являются хэби, то есть змеями-оборотнями.

Помимо Мидзуно, кстати, управляющего одного из наших онсэнов, капитана и старушки нэко, за столом находились также кузнец Каруиханма, Сунь Мучи — обезьяна из клана Сунь. Мне про него ещё Хирано как-то рассказывала. Саканди Мору — глава одного из кланов тануки, старейший тануки Токусимы. Собственно, именно он на пару с Хирано и организовал анклав ёкаев в Токусиме. Ямада Акио — инугами, старейшина самой мощной стаи инугами в городе. Уэда Кичиро — глава клана тэнгу, третий по силе ёкай в Японии. Первые Хирано с Саканди. Маэда Сачио — барсук-оборотень, его клан занимается курьерской службой и такси. Такаяма Шима — цуру, а если по-простому, то журавль-оборотень. Единственный представитель своего рода в Японии. Вроде в Китае есть и другие цуру, но здесь он один такой. Ну и последний, представитель нерождённых Сикоку — Ватанабэ Киоши. Интересен этот ёкай тем, что его истинное имя — Нурарихён. Тот самый Нурарихён, овеянный кучей сказок и баек. Для меня он стал самым удивительным среди этой компашки, так как я про него ещё в прошлой жизни слышал. Будучи русским, замечу. Среди японцев это вообще легенда.

Усевшись за стол, отметил для себя, что ёкаи сели только после этого. Типа уважают?

— Прошу прощения, если отвлёк кого-то от дел, — начал я. — Но, к сожалению, мне скоро уезжать, и когда мы с вами сможем встретиться в следующий раз, я не знаю.

— Всё в порядке, — ответил за всех Саканди Мору.

Учитывая, что этот тануки даже постарше Хирано, нет ничего удивительного, что он имеет право говорить за всех. Он ещё и второй по силе в городе.

Чуть кивнув старику, я продолжил:

— Что ж, тогда перейду сразу к своему делу. Точнее, к предложению. Возможно, оно покажется вам слишком… — взял я паузу, чтобы подобрать слово. — Слишком грандиозным, но всё же прошу обдумать его, а не отбрасывать сразу. Как вы все знаете, в последнее время я часто совершаю покупки у ёкаев. Далеко не всё, что вы можете предложить, мне необходимо, хоть я и не отрицаю полезность ненужных мне вещей, но гораздо больше меня беспокоит то, что я банально не могу купить некоторые из ваших товаров. Род Аматэру не из бедных, но… — покачал я головой. — Некоторые вещи и услуги стоят слишком дорого. Я в курсе, что вам просто невыгодно снижать цены, а в некоторых случаях

это и вовсе невозможно, но хотя бы с тем, что невыгодно, мы с вами разобраться можем. Нужно лишь увеличить количество клиентов. Поднять спрос. Догадываетесь, как это сделать?

Ответом мне была тишина. Старики переглядывались и то ли не понимали, то ли не хотели озвучивать свои выводы.

— Необходимо увеличить количество клиентов, — подала голос Киносита Нёко. — Но это невозможно, так как… — покрутила она ладонью. — Нас ограниченное количество. А это значит, что вы предлагаете рассказать о ёкаях людям.

— Неприемлемо, — покачал головой Саканди. — Если мир узнает о нас, ёкаев подчинят. Какой вообще тогда был смысл скрываться?

— Это если о вас узнает весь мир, — уточнил я. — А если это будут избранные Роды и кланы?

— Это почти одно и то же, просто растянутое во времени, — произнёс Ямада Акио.

Мощный старикашка, к слову. И наверняка сильный, так как является старейшиной инугами, где сила — не просто стремление, но и необходимость. Точнее, старейшиной одной из их стай, но по факту имеет право говорить от имени всех инугами-наёмников страны.

— Не совсем, — произнёс Саканди задумчиво. — В Индии все достаточно древние кланы в курсе о нас и даже активно сотрудничают. Правда, ёкаев там очень мало.

— Япония отличается от Индии, — не согласился с ним Ямада. — Там Род Раджпута всех за яйца держит. А у нас? Если кто-то проболтается, то что ему будет? Вон, Тайра…

— Нет, нет, нет, — прервал я его. — Никаких Тайра.

— Отомо, — тут же поправился он. — Если проболтаются Отомо, кто их накажет? Вы, Аматэру, конечно, сейчас на подъёме, но станете ли воевать с Отомо?

— Так я и не предлагаю просто взять и рассказать, — пожал я плечами. — Обещание не болтать мы с них возьмём.

— Обещание… — усмехнулся Ямада презрительно. — Для вас, людей, это просто слова.

— Не все слова простые, Ямада-сан, — произнёс я серьёзным голосом. — Особенно у аристократии.

— Как будто аристократы не нарушают обещания, — произнёс он вздохнув.

— Гораздо реже, чем ёкаи, — ответил я.

После чего на меня с удивлением уставились все сидящие за столом. Даже Хирано.

— Бред, — нахмурился Ямада.

— Понимаете, — начал я пояснение, — вы, ёкаи, привыкли, что ваши обещания скреплены различными договорами и магическими клятвами, поэтому их никто не нарушает. Вам и в голову не может прийти, что какой-то договор будет нарушен. Но всё это стоит на магии. На фактически магическом принуждении. А у нас этого нет. Человечество… Хотя лучше сказать, современное аристократическое общество столетиями, если не тысячелетиями, вырабатывало систему взаимоотношений, где клятва и обещание стоят очень много. Естественно, существует и система наказания, когда нарушивший клятву… да и весь его Род, становится отверженным. Вам, ёкаям, не понять, что такое человеческая честь. У вас, если нет условной бумажки с договором, можно лгать, предавать, нарушать обязательства и это даже позором не считается. У вас это будет нормой.

— Вы, Аматэру-сан, заговариваетесь, — заметил хмурый Саканди. — Мы знаем, что такое честь и что такое держать слово без договора.

— Это всего лишь слова, — улыбнулся я ему. — А на деле я вам без договора не доверюсь.

На это нахмурились уже все.

— Даже мне? — спросила Хирано.

Пауза, подготовка, ответ:

— Ты не в счёт, — солгал я. — Тебе я на слово доверяю.

В конце концов, у меня с ней тоже договор. О сотрудничестве. Заключённый ещё при знакомстве. И как бы она вела себя без него я, честно говоря, не представляю.

— Мне жаль, что вы настолько плохого мнения о ёкаях, — произнёс Саканди. — Мы доверяем Аматэру гораздо больше.

— Не Аматэру, — качнул я головой. — А метке поручительства богини.

— Это не так, — влез кузнец. — Аматэру и без метки давно доказали, что достойны нашего доверия.

— Это… прозвучит грубовато, — произнёс я медленно, — но ёкаи подобного доверия у меня не вызывают.

— Мы сделали вам что-то плохое? — спросил Саканди.

— Нет, — ответил я, вновь улыбнувшись. — Но позвольте задать вопрос. Почему Род Асикага знал о ёкаях, а Аматэру — нет? — ответа не последовало. Они просто молчали и переглядывались. — Я отвечу, если вы не можете…

— Асикага — это вынужденная мера, — не дал мне сказать Саканди. — Они контролируют полицию, в которую мы интегрировали свой отряд. А так молчание — это общее правило для всех.

— Мне всех, кто про вас знал, перечислить? — спросил я. — Почему Аматэру про вас не знали? Вы ведь так нам доверяете, — взяв небольшую паузу, я ответил на собственный вопрос: — Просто нас контролировать сложно. Практически невозможно. В отличии от Асикага и остальных.

— Аматэру-сан… — начал было кузнец Каруиханма.