У войны есть имя
Шрифт:
— Как твоё имя, Божий посланник? Где твой дом? — спросил Альбицы.
— Имя моё — Марон, а дом мой в Руси!
— Я вижу ты верующий?! Истинно ли ты веруешь в Бога, отца нашего небесного?
— Да! Я хочу служить Ему, даже не смотря на взгляды других людей!
— Угу! — задумался мужчина — Я предлагаю тебе эту возможность! Я уверен, что нам необходимы такие воины Света, как ты! Тебя ждёт светлое будущее, мальчик мой! Ты не будешь нуждаться в мирском и духовном благе! У тебя будет всё! Полезай в карету!
Дверца кареты захлопнулась с внутренней стороны. Кучер дал шпоры. Кони медленно побрели по заснеженной извилистой дороге. Проехав несколько сотен миль до въезда
Карета въехала в германский городок — Рейнбах — и подъехала к серому зданию. Двое вышли из кареты. Их встретил кардинал Дженетти. Он был одет в чёрную рясу с глубоким капюшоном на голове. В руках он держал церковные чётки. Это здание оказалось штабом инквизиторов, а в его подземном этаже находилась темница и «следственный изолятор». Проходя по тёмным и узким коридорам темницы, Марат слышал стоны и крики несчастных людей. Некоторые из них бились в решётку или лихорадочно тянули руки. Парень скривил от ужаса лицо. До двери, что находится в конце коридора, осталась минута ходьбы.
И это они называют служением Свету?! Интересно! Бедных людей держат в зарешёченных камерах, как обезьян перед цирковым номером! Что происходит?! Теория двадцать первого века гласит одно, а практика четырнадцатого — совсем противоположное! Мои принципы и идеалы, которые закладывали знание библии в мою, оказалось, пустую голову, начали разрушаться! Я не хочу принимать этот мир, каким он является на самом деле! Как же неприятно узнавать правду об обратной стороне медали моей судьбы!
Самые уважаемые граждане являются судьями в Рейнбахе. Судьёй со стороны церкви был Герман Леер. Оказавшись в зале для пыток, Марат ужаснулся ещё больше. Перед ним на коленях сидела женщина, голая и обритая наголо. Рядом судья, палач и три инквизитора, помимо мальчика, кардинала и управляющего. Как объяснили Марату — эта женщина — ведьма. Её обрили наголо везде, чтобы показывать позор своего рода перед соседями. Она подползала к ногам каждого члена суда и просла о пощады, но её откидывали пинками назад, как фашисты издевались над пленными в годы существования Освенцима. Путники попали на допрос, который для кого-то может стать последним.
— Помогите! Помогите! — кричала женщина.
— Молчи, любовница Диавола! Ты несёшь миру зло, а оно должно быть наказано под самыми мучительными пытками от рук палача и слов Священной Инквизиции!
— Но почему эта женщина? Она ведь всю жизнь прожила в благочестивом браке? — удивился кардинал.
— Тому факту, что она наводит колдовские чары, есть свидетели!
— Но они могут лгать? — предостерёг судью Дженетти.
— Лгать церкви и королю? Это возмутительно! У них не хватит мозгов этого сделать, ибо знают — если ложь раскроется, они понесут тяжкую кару Господа!
— Возможно, Вы правы, Герман, но я считаю, что необходимо провести дополнительное расследование и выявить те факты, которых мы с Вами не вправе так скоро узреть!
— Может, ты думаешь, что Диавол поможет смягчить твои страдания, ведьма?!
— Если я выдержу два часа пыток, Вам придётся развязать меня и отпустить!
— Если я отпущу тебя, ты не приведёшь мне своих сообщников! — перебил её судья.
— Я хочу умереть как свободная крестьянка!
— Ты умрёшь под всеми пытками Диавола,
ведьма!— Как вы думаете, Догман не сознается? — спросил один из инквизиторов.
— Сознается! Сознается! Не забудьте записать этот факт под датой «1390 год»! Уведите её в камеру! Альбицы, что это за мальчишку ты сюда привёл?
— Это новый избранник служению церкви! Мы хотели бы провести клятву?!
— Звучит красиво! Идите за мной!
Небольшой городишка вновь встретил странных путников своими узкими, но довольно оживлёнными, улицами. Повсюду ходили люди, лаяли собаки, низко над землёй летали птицы. Марон, Альбицы и Дженетти вошли в створчатые двери одноэтажного небольшое здания и перекрестились. Одно из окон было выгравировано мозаикой, на которой изображён Георгий Победоносец. Храм. Здесь всё было освящено свечами и пахнет ладаном. Поставив горящую свечу одной из икон, пастырь развернулся и подошёл к путникам.
Пастырь был одет в серую рясу. С его шеи свисала лента, сотканная из сиреневой ткани, на которой были вышиты кресты из ткани цвета серебра. В одной руке он держал свисающие деревянные чётки, а в другой — томную книгу в чёрном переплёте. Его серые глаза наполнены добротой и любовью ко всем людям, приходящим в храм. Чёрные брови словно говорили о свободе и вечности души. Глубокий капюшон скрывал его короткую стрижку — в храме запрещалось отращивать длинные волосы постольку, поскольку считается, что в волосах могут завестись демоны. Пастырь сложил ладони домиком и склонил голову в благородном приветствии.
— Дом божий приветствует иноземцев! Вы грешны и желаете искупить грехи? Господь милостив! Он поможет спасти ваши души от вожделений и соблазна Диавола! — сказал пастырь.
— Благодарствуем, но нет! Мы пришли с Божьей помощью, чтобы сотворить боевое крещение для этого молодого человека! — Альбицы указал на Марата.
— О, Господь милостив к тем, кто ступает в отряд Света! Ваше имя, сир?
— Маронсоль! — ответил Марат.
— Готов ли ты Марон, служить церкви верой и правдой своей! — начал пастырь.
— Да!
— Готов ли ты Маронсоль, сложить свою голову во имя веры, что бы то не произошло?
— Да!
— Готов ли ты Маронсоль, не отступать от воинов своих даже под страхом смерти?
— Да!
— Готов ли ты Маронсоль, понести полное наказание Господа, если оступишься от церкви и примкнёшь к отступникам по всей строгости церковного закона?
— Да!
— Готов ли ты Маронсоль, принести себя в жертву во имя спасения другого человека? — продолжал пастырь.
— Да!
— От имени Бога нашего, Иисуса, я нарекаю тебя носителем свободы и мира! Аминь! — перекрестил мальчика пастырь.
— Аминь! — повторил за пастырем Марат.
— Аминь! — перекрестился Альбицы.
— Вот и всё! Да хранит вас Господь! Светлой вам дороги, воины Света!
— Долголетия Вам и тёплого служения, пастырь! Пусть дети Ваши будут всегда сыты и одеты! — перед уходом пожелал священнику Альбицы.
Глава 3 — Тайна Крамера.
Солнце светило ярче обычных дней. Сегодняшний день дарил жителям Монтельвью улыбки на лицах и ожидание крупной добычи в руках простых мужиков. Рынок так и кишил покупателями. Со всех сторон кричали торговки. Керсан Зорген подошёл к прилавку, где на тряпице у «коммерсанта» аккуратно уложены различные виды дротиков и ружей. В руках путника сверкнули монеты. Затем они оказались на ладони торгаша. От удовольствия видеть перед собой золотые монеты, он расплылся в довольной улыбке. Керсан указал на ружьё, увидел одобрительный взгляд хозяина этих ружей и взял оружие в руки. Через минуту путник уже возвращался домой.