Ты, я и магия
Шрифт:
Костя отлично разбирался в компьютерах, а в интернете почти жил, но сейчас мне не хотелось его помощи. Я не хотела знать правду о Нике! Просто была уверена, что ничего хорошего для меня в этом не будет. Но, несмотря на гордое заявление, снова громко всхлипнула, размазала слёзы рукавом и запихнула в рот здоровенный кусок торта.
Юля вздохнула, однако от нотаций воздержалась с присущим ей тактом, а Котян и вовсе перескочил на другую тему:
– Слушай, а тебя в сети уже волшебницей называют. Говорят, всё, что на картинах рисуешь, сбывается. Вчера вот снова коммент написали, что неожиданно сбылась мечта, которую ты рисовала: поехали они в Ниццу! А недавно одна девка похвасталась, что муж, который вообще был против собак, подарил ей щенка лабрадора на день рождения.
– Да-да, без тебя никак! – Юля отвесила сыну лёгкий подзатыльник. – Талант сестры не в счёт, главное, что ты сделал!
– Да, ладно, мам, – я пригладила русые волосы братца, разлохмаченные родительской дланью, – без Котяна я бы так и сидела на зарплату учителя рисования. Я же к технике даже подойти не могу, а он вон какую деятельность развернул, каждый месяц по несколько заказов. У меня уже на работе спрашивают, не завела ли я богатенького кавалера… Типа, иначе нормальная, молодая девушка в такой дыре работать не будет.
– А ты могла бы там и не работать! – строго сказала Юля. – Могла бы куда-то иллюстратором устроиться.
– Мааам… – протянула я и закатила глаза.
Спорить не хотелось, и было очень приятно, что она так верит в меня, но кому я нужна, если сейчас кругом компьютеры?
– И не «мам»! Ну, сожгла бы им пару чайников, тоже мне беда! Ради хорошего специалиста можно и потерпеть.
– Ага, ну ещё взорвала бы с десяток компов, закоротила пару-тройку кондеев и принтеров, спалила офис… – заржал Котян, и на этот раз получил подзатыльник уже от меня. Юморист доморощенный. – Эй! – возмутился компьютерный гений, – вы аккуратнее со светлой головой единственного мужчины в семье! Нет бы, застраховать такой выдающийся мозг, так они дерутся.
– Не получится, – съязвила я. – У мамы времени нет, а я застраховательную контору спалю одним своим появлением.
Костя хмыкнул, отнял у меня коробку с тортом, и принялся активно и заботливо помогать сестре, блюсти фигуру. Мы ещё немного поболтали о семейных делах и за жизнь, доели торт, и брат проводил меня на остановку автобусов.
Транспорт на меня не всегда реагировал спокойно, поэтому все три квартиры мама купила поближе друг к другу, чтобы можно было пешком дойти, если автобус вдруг сломается. По этой же причине я и на работу устроилась в затрапезную изостудию около дома. Второй причиной трудоустройства стало то, что мне категорически запретили подходить к компьютеру. Вот за это я нашу Кобру обожала! Её святая вера, что все, кроме неё, криворукие идиоты, и всё поломают, была мне очень на руку…
– Кирка, – Костя подёргал меня за рукав куртки, когда вдалеке на пустой улице показались огни фар, – может, пока работу брать не будем? Отдохни, ну, книжку почитай, в кино сходи. Короче, забудь ты этого козла! Скоро новый год, заказы посыплются, а ты в разобранном виде.
– Тебя волнует моё самочувствие или как это отразится на работе? – захихикала я, уж больно двусмысленно прозвучала забота.
При всей доброте Котян был несколько косноязычен, по-детски непосредственен и слегка бестактен. Иногда такое выдавал, что потом не знал, как оправдаться, и это сильно портило ему дела любовные. Этот ловелас иногда отвешивал такие комплименты, что выбор между «рассмеяться» и «застрелиться» выглядел очень непростым.
– Вот все вы такие! Что ни девушка, то мастер перевернуть всё с ног на голову и надумать, чего не было! – надулся брат, но тут подошёл автобус, мы обнялись, и на обиды времени не осталось. Да и слишком обожали мы друг друга, чтобы сердиться.
***
Около трёх месяцев прошло с той встречи, на работе больше ни один чайник не пострадал, я писала портрет за портретом… Это, кстати, Костя придумал. Как-то пришёл, и сказал, что нечего разбазаривать мои художественные способности, пора бабло рубить. Он будет находить заказчиков, а я по фото и по описаниям мечты человека, буду создавать картину-подарок. Я сначала сомневалась, но за пару лет работы дело так набрало обороты,
что временами даже очередь образовывалась. У меня, Киры Котиной, «художницы, рисующей мечту», как окрестил меня гений пиара, появилась группа в крупной соцсети и собственный сайт. Правда, я их видела только стоя в паре метров от компьютера, ближе брат не подпускал. Чтобы машину ему не угробила.В общем, жизнь текла обыденно, я почти успокоилась, и только в душе было пусто. Несколько раз ноги сами приносили меня к той самой гостинице или к «нашему» кафе. Разум отчётливо понимал, Ник не вернётся, даже мама, при всём оптимизме, уже перестала на это надеяться, но сердце упорно ждало какого-то чуда. Возвращаясь домой с работы или из магазина, я машинально оглядывала двор и скамейки в поисках знакомой фигуры в чёрном пальто…
Один единственный вечер поставил мою жизнь с ног на голову, перевернул душу, и воспоминания о нём никак не хотели меркнуть. Я перестала ругать Ника и выискивать в нём недостатки, если кто-то верит, что это помогает забыть человека, то авторитетно заявляю: нет, не помогает. И время не помогает тоже, и даже увлечение работой тут бессильно. Пока сердце хочет помнить, оно помнит.
В конце января в работе наступило затишье, и я решила написать что-то просто так, в своё удовольствие. Пейзаж с цветами. Это вообще моя любимая тема, а в затяжную, промозглую зиму особенно хочется моря, солнца и цветов…
Такого вдохновения на грани азарта у меня давно не было! Кажется, я даже чувствовала лёгкий бриз, наполненный запахами моря и роз… Не помню, как пошла спать, но утром, взглянув на картину, оторопела!
Пейзаж был точной копией родного города Ника, ну, как я это себе представляла по его рассказам. Скалистые, обрывистые берега, узкие полоски песчаных пляжей, цветущие кусты и длинная набережная, отделяющая старый, залитый закатным солнцем город от вздыхающего моря… Я никогда не была в Средиземноморье, но почему-то представляла всё именно так. А главное, хотя я не помнила, как писала это, там, на набережной, были красивый брюнет и высокая девушка со светлыми волосами. И я точно знала, что это мы с Ником…
Глава 2
– Кирка, я тебе расчленёнку принёс, помыл даже! Лопай! – с этими словами братец влетел в больничную палату, где я залечивала раны от неравного сражения со скользкой лестницей на подземном пешеходном переходе.
Две моих подруги по несчастью с удивлением уставились на контейнер, в котором лежал всего-навсего виноград «Дамские пальчики». Мы с Юлей его обожали, а Котян каждый раз острил на эту тему. Конечно, он и тут не упустил случая, привлёк внимание публики, и с довольной физиономией наблюдал, какое впечатление его слова произвели на неподготовленных женщин. Я только хмыкнула, предложила дамам угоститься, но после такого представления у них, видимо, пропал аппетит.
– Ну, долго ты тут валяться собралась? Работать кто будет? – брат без зазрения совести растянулся на моей кровати, пока я отошла вымыть руки, и блаженно прикрыл глаза. – Что-то я устал…
– От чего? – поддела я. – Пыль с компьютера вытер? Или мама попросила мусор вынести?
– И что ты себе язык-то не прикусила, когда свалилась, – обиженно проворчал любящий родственник, стянув с тумбочки мою последнюю зефиринку в шоколаде.
– Эй! Нахлебник… – я вытолкала брата на табуретку, а сама устроилась на кровати, нога немного ныла, но врачи сказали, что это небольшая трещина в кости, пустяки, а вот то, что я головой приложилась о край ступеньки, это гораздо хуже. Хотя голова-то как раз уже и не болела.
– Тогда уж назефирник! – меланхолично ответил Котян, уплетая мою последнюю радость. – Короче, на конец месяца у тебя два заказа, я подальше всё отодвинул, чтобы твои мозги на место встали, хотя… В безумии художника есть своя интрига! Это ж какая реклама, а?!
В голову гению полетела подушка, обе моих «сокамерницы» уже еле сдерживали смех, но делали вид, что совсем не слышат наш разговор.
– Видел, кстати, картину твою. Нарисовала мечту? Решила проверить байки клиенток о твоём волшебстве? – подмигнул брат.