Чтение онлайн

– Ну, теперь с кофе проблем не будет, – кузнец пожал протянутую ему руку, – а мечи ждут вас на вашем столе.

Мы с Пшемеком наперегонки рванули в дальний угол, где на столе лежали два свёртка, один подлиннее, второй покороче. Я развернул свой меч и замер от удивления. Тёмная поверхность клинка выглядела настолько необычно, что какое-то время я не мог оторвать от него взгляд. Изящная гарда из полированной стали отражала в себе предметы не хуже зеркала. Рукоять, обвитую крест-накрест тёмно-коричневым кожаным ремешком, венчал чёрный кристалл, закрепленный в четырёх спиральных крапанах, прочно обхватывающих камень.

Меч скорее был похож на коллекционное ювелирное изделие, чем на боевое оружие. Я обернулся и посмотрел на гениального кузнеца. Тот наблюдал за мной с довольной улыбкой. Было заметно, что он гордится шедевром, который ему удалось создать.

На фоне моего меча оружие ученика выглядело заметно скромнее, но тоже внушало трепет. Обе режущие кромки клинка были выполнены из того же мельхифрила, что и мой меч, но при этом смотрелись настолько целостно и органично, что казалось, словно они с самого начала были тут. Пшемек схватил свой меч и потрогал лезвие, после чего отдёрнул руку. На его большом пальце выступили капельки крови.

– Вот холера, какой он острый, – ученик сунул палец в рот.

– Теперь однозначно первым делом нужно идти заказывать ножны, – я осторожно потрогал свой клинок и убедился в том, что он заточен ничуть не хуже. – Такое оружие подмышкой особо не поносишь, можно себе отрезать что-нибудь невзначай.

– Я вижу, что вы довольны результатом, – Эммет подошел и встал рядом, светясь от гордости. – Мне было очень приятно работать с этим чудесным металлом. Единственное, чего я до сих пор не могу понять, как это так удачно вышло, что ваш метеорит не обгорел и не перегрелся. Мельхифрил, из которого сделаны ваши мечи, заметно отличается по структуре от того метеорита, из которого я ковал нож для Штефана, причём отличается в лучшую сторону.

– Эммет, у меня можете даже не спрашивать, я в метеоритах вообще не разбираюсь, – я продолжал любоваться своим мечом, взяв его в руку и подставив клинок лучам солнца, заглядывающим в окно. – Посмотрите, какой необычный эффект.

Солнечный свет, попадая на поверхность клинка, разбивался на тысячи мельчайших светящихся точек всех цветов спектра с незначительным преобладанием зелёного и голубого. Меч при этом казался окутанным светом, словно сам светился изнутри.

Штефан выглянул из кухни и тоже увидел, как меч в моих руках переливается разноцветными всполохами. Он подошёл и с интересом разглядывал мою обновку. Пшемек тоже подставил свой меч под потоки света, и мы увидели, что накладки на его клинке точно так же начали светиться, ничуть не уступая своему старшему брату.

– Витольд, извини, что я тебе вчера не поверил, – Штефан стоял с озадаченным лицом, – но теперь вижу, что ты не врал. Тебе очень повезло найти этот метеорит. Даже мой нож не настолько хорош, как ваши мечи.

Повар вытащил свой тесак и поднёс его параллельно моему мечу. Свет заиграл на лезвии, отражаясь яркими сине-зелёными вспышками, но, откровенно говоря, такого эффекта, как от наших клинков, не получилось.

– Ура! – завопил рядом Пшемек, – Теперь у нас настоящее ведьмецкое оружие! Трепещите, твари, ведьмец и его ученик скоро придут за вами!

Сидящие через стол от нас незнакомые мне мужики как-то странно заёрзали и начали с подозрением оглядываться.

– Не беспокойтесь, это он не вам. – Я укоризненно посмотрел на ученика, –

Паша, скромнее надо быть. И не ори так, всех клиентов Мойшеку распугаешь.

Трактирщик, услышав своё имя, вспомнил, что вообще-то по плану у нас должен быть завтрак. Он резво побежал на кухню, а мы продолжали стоять и рассматривать наши мечи и нож Штефана, удивляясь тому, насколько они отличаются. При обычном свете было понятно, что металл и там и там практически одинаковый, но в солнечных лучах разница была очевидна.

– Прошу прощения, Эммет, – я, наконец, оторвался от созерцания, – мы так увлеклись, что забыли вас поблагодарить.

– Не стоит, – кузнец тронул меня за плечо, – я рад, что мне выпала честь создать для вас это оружие. Наверное, это лучшие мечи, которые я когда-либо делал.

Тем временем Мойшек и его племянник принесли нам завтрак и начали расставлять на столе тарелки.

– Позвольте хотя бы в знак благодарности угостить вас завтраком? – я незаметно сунул Лешеку серебряную монету. – А потом мы попробуем кофе из новой кофеварки.

Эммет согласился и сел за наш стол. Мы с Пшемеком положили мечи на соседнюю лавку и тоже приступили к завтраку. Пока завтракали, успели обсудить несколько теорий, которые были у Эммета насчёт нашего метеорита. Самым правдоподобным было предположение, что за счёт своей почти вертикальной траектории наш метеорит не успел перегреться и обгореть в атмосфере, поэтому структура металла осталась в первоначальном виде. А вот насчёт того, как этот первоначальный вид получился, ни у кого из нас даже мыслей не нашлось.

* * *

Закончив завтракать и попрощавшись с Эмметом, я аккуратно завернул мечи обратно в плотную ткань, привычно взял их подмышку, и мы с учеником направились к кожевнику заказывать ножны. Пшемек шёл чуть впереди, работая навигатором. Мы свернули в переулок, ведущий к конюшням, и вскоре добрались до нужного адреса. Я мельком глянул на стену конюшни и обнаружил на месте герба с крыльями большой чёрный квадрат. Не факт, что художники скоропостижно переквалифицировались из гениталистов в абстракционисты, но хотя бы послушались, и то хорошо.

Гжегош оказался бодрым мужичком средних лет с большими грубыми ладонями. Он радушно пригласил нас в свой уютный светлый дом.

– Добрый день, я Витольд Крючковский из Мытищ, – по привычке представился я.

– Очень приятно, а я Гжегош Бженчишчикевич из Хжёншчижевошице.

Мне показалось, что мой слуховой аппарат сломался, и вместо нормальных звуков он теперь выдаёт сплошные помехи, шипение и скрежет. Потом я вспомнил, что не ношу слуховой аппарат. Я сунул палец себе в ухо, яростно почесал в надежде починить звук и переспросил:

– Простите, как?

– Гжегош Бженчишчикевич, – услужливо повторил кожевник, – из Хжёншчижевошице.

Ничего не поменялось, всё то же шипение и скрежет. Я посмотрел на Пшемека, но его лицо не выражало никаких эмоций, словно услышанное было для него в порядке вещей.

– А это Хшёнж... Хжопщ… город ваш родной, он далеко отсюда? – мне захотелось выяснить, как часто мне будут попадаться собеседники с непроизносимым набором звуков вместо фамилии и адреса.

– Это не город, это посёлок, – пояснил кожевник. – Не очень далеко, вёрст сто пятьдесят на запад, рядом с Мшчоновишице, гмина Гжмишчославице, повят Тжчиногжехотниково.