Ты моя
Шрифт:
В его памяти мгновенно всплыл разговор с Зойкой.
— Макс, ну ты же знаешь, в какой она ситуации, — вздохнула сестренка.
Прижимая к уху телефон, Максим устало прикрыл глаза и потер ладонью лоб. Эта девочка не выходит у него из головы уже черт знает сколько времени, а теперь она поселится в его доме.
— Зой, — он уже собирался отказать, от греха подальше.
— Ей парень изменил, и вообще в жизни все через одно место, а я
Чего ему стоит? Ох, Зойка. Знала бы сестренка, чего ему стоило все это время держаться подальше от ее подружки. И как он, скажите, пожалуйста, будет держать себя в руках, зная, что она находится в его доме?
«Парень изменил»
На этих словах в груди что-то екнуло. Одна она теперь, получается. Впрочем, ему-то какое до этого дело?
А Зойка продолжала уговаривать. На жалость давила. В чем-то сестренка была права, он действительно практически не бывал в том доме. Незачем ему было там появляться. Макс вообще не понимал, зачем отец решил сделать ему столь дорогой подарок.
«Семью заведешь, детишек, дом — это всегда хорошо, и потом, отличная инвестиция».
Уговоры сестры сработали, Зойка всегда умела подбирать нужные слова, если действительно хотела добиться своего. Припомнила она ему и смерть бабушки Лизы. Максу сразу не по себе стало. Растерянное лицо девчонки хорошо отпечаталось в его памяти.
Маленькая, совершенно потерянная, она стояла напротив него, смотрела своими большими голубыми глазами и не шевелилась. Тогда он едва сумел побороть в себе нестерпимое желание схватить ее в охапку, прижать к себе и успокоить.
Конечно, ничего подобного он не сделал. Пока Зойка, как умела, успокаивала лишившуюся родного человека подругу, Макс взял на себя похороны.
Лиза более-менее пришла в себя день на третий после похорон. Тогда она впервые с ним полноценно заговорила. Благодарила его, дрожащим голосом клялась, что вернет все до копейки, а он слушал и давил в себе желание заставить девушку замолчать. Вернет. Она ему вернет деньги.
И вроде ничего особенного, чисто логически, она все делала правильно, но слова ее его отчего-то задели. Прозвучали, будто оскорбление. Он по этому поводу ей ничего не ответил, только кивнул и сухо попросил успокоиться.
Она успокоилась, правда, твердо вбила себе в голову, что долг должна непременно выплатить. Деньги отправляла Зойке на карту. Сестренке это тоже не нравилось, но Макс категорически запретил ей спорить с Лизой.
Решил, что девчонке нужно было успокоиться, и если ей так легче, пусть отправляет. Потом, когда окончательно придет в себя, они этот вопрос решат.
— Ау, ты где витаешь? — голос Игоря оторвал его от размышлений.
— Да так, — попытался отмахнуться Макс, но Игореху ответ явно не устроил.
— Дай угадаю, как там ее, Лиза?
Макс перевел на друга серьезный взгляд, но отвечать не спешил. Выжидал.
— Да ладно тебе, я еще на похоронах все понял, — он усмехнулся, поставил свой бокал на столик.
— И что ты понял? — уточнил Макс, глядя на Игоря.
— Что ты запал, — непринужденно
пожав плечами, Игореха взял бутылку, открутил крышку и наполнил пустой бокал.Макс молча наблюдал за движениями друга. Подтверждать или отрицать сказанное он не спешил. Думал.
«Запал» — слово какое-то дурацкое.
Сколько ему? Пятнадцать? Запал.
— Взрослый мужик, а херней страдаешь, — не дождавшись от Макса ответа, продолжил Игорь.
— Ты меня еще поучи, ага, — усмехнулся Макс.
— Поучу. Так что в чем проблема?
— Проблема?
— Ну есть ты, есть она.
После этих слов Макс расхохотался.
— Чего ржешь? — с легкой обидой в голосе пробурчал Игорь.
— У тебя все просто, да? — отсмеявшись, Макс посмотрел на друга.
— А чего усложнять? — справедливо заметил Шевцов.
— Она сейчас у меня, — Макс взглянул часы на левом запястье.
Игорь, делавший в этот момент очередной глоток, поперхнулся и громко закашлял. Потом поставил бокал на стол, откашлялся и недоуменно посмотрел на Макса.
— В каком смысле?
— В прямом, — Макс пожал плечами, — уже должна была приехать.
— Ничего не понял, — Игорь тряхнул головой.
— Зойка на прошлой неделе попросила пустить подружку пожить в доме, подаренном отцом, все равно пустует большую часть времени.
— Таааак, — потянул Игореха.
На лице друга появилась кривоватая ухмылка.
— Так вот чего ты сам не свой всю неделю.
Макс потер ладонями лицо, вздохнул, пальцами взъерошил волосы.
Неделю.
Да он сам не свой с тех пор, как впервые ее увидел! Еще тогда, почти полтора года назад, когда черт его дернул заехать за Зойкой в универ. Тогда-то она и представила ему свою новую подружку. Макс выбору сестры ничуть не удивился.
Лиза в тот день только раз осмелилась взглянуть ему в глаза. А вот он смотрел и все никак не мог оторвать от нее глаз. Было в ней что-то притягательное. Впрочем, он запретил себе даже думать в эту сторону.
Запрещал на протяжении полутора лет. Каждый раз, когда видел ее, с завидным упорством рубил на корню саму мысль.
Рубил вполне успешно, до прошлой недели.
— И что собираешься делать? — Игорь вновь вывел его из размышлений.
Макс нахмурился, посмотрел на друга.
— Только не говори, что ничего, — возмутился Игорь, — серьезно? Ничего?
Максим молчал.
— А что я, по-твоему, должен делать?
— А что делает мужчина, когда ему нравится женщина? Макс, ты точно не девственник?
Друг расхохотался, развалившись в кресле. Макс на его замечание только улыбнулся.
— У нас разница почти десять лет, — попомнил Максим.
— А ну да, я не подумал, зачем ей дед вроде тебя, — продолжая посмеиваться, подхватил Игорь.
— Отвали, — отмахнулся Макс.
— А если серьезно, у тебя такой шанс, а ты сидишь тут.
— Шанс, — Макс покачал головой, — не неси чушь.
— Так что случится, если ты попробуешь? — Игореха все никак не унимался.
Макс не знал. В словах Игоря присутствовала логика, но он все не мог переступить через себя, нарушить свои же собственные запреты. И потом, ей оно зачем?