Ты моя жажда
Шрифт:
— Может мы встретимся после?
Ну, что за глупец? Ее улыбка — это еще не повод надеяться на что-то еще. Но, ему все же ответила, так же мило продолжая улыбаться:
— Встретимся, — обнадежила Айрин.
Получив нужные сведения от заместителя Мирослава, ей он больше был не нужен.
Дочь господина ушла, оставив Алонсо хрупкую надежду на их скорое свидание. Неужели ему сегодня так повезло и Айрин будет с ним. Хоть мимолетные предрассветные часы, но в объятьях безумно влюбленного Алонсо. Он уж точно заставит непокорную красотку Феррат забыть Николет и других любовников, которые, как зарницы, мелькали в ее бессмертной жизни.
Воодушевленный будущими свершениями, рядовой палач клана чуть не летел
ГЛАВА 19
Сколько он тут уже? День, два, три, а, может, неделю? Наверно, ему не наливают, ведь кисея, висевшая на поясе изрядно опустела. Нет монет — нет выпивки. Даже улыбчивые шлюхи обходят стороной, приходящего в себя, буйного посетителя трактира «Толстая крыса». Неужели Мирослав дал волю ярости и отыгрался сполна на всех, кто попался под руку. Оглядевшись вокруг, вампир не заметил ничего, чтобы напомнило ему о проведенных здесь днях. Столы целы, крови нет и люди хоть и с опаской, но все же просматривают на него. Нет, в «Толстой крысе» Мирослав не буянил. Может, где-нибудь еще побывал, прежде, чем зайти сюда. Помотав головой, вампир хотел привести мысли в порядок, но ничего не получилось. Из его памяти выпала пара тройка дней. Похоже, без спиртного ему не обойтись. Раньше, еще до обращения, после таких запоев он просыпался с ужасной головной болью и жаждой. Поежившись от воспоминаний о тех похмельях, Мирослав мысленно поблагодарил судьбу, что теперь он вампир. Единственное, что вызывало в нем неприятные ощущения, это тяжелая голова и чувство долга. Но долга не перед своим кланом, а кому-то в отдельности. Мирослава кто-то ждет, но кто и где? Он никак не мог вспомнить.
«Надо выпить еще», — решил сын Зарины, когда трактирная девчонка проходила мимо с подносом глиняных кружек.
— Эй! — подозвал он девчонку.
Та подошла, скривив гримасу.
— Чего тебе?
— Дай выпить, — потребовал Мирослав, уже представляя, как кисловатое дешевое пойло, обожжет в его рот.
— Ты еще за прошлую кружку не расплатился. Так что заплати, а потом получишь вина. Много вас таких! Налей, да налей! Если бы я каждому здесь наливала по доброте душевной, то мой папаша разорился. — хамовато затараторила девка, убирая поднос с кружками подальше от клиента.
— Налей, — уставившись ей в глаза, Мирослав попытался применить магию внушения. Подействовала сразу, хотя он очень редко пользовался способностями вампиров и наверно, поэтому не всегда у него это идеально получалось. Трактирная девчонка перелила с кружки на подносе вино в кружку посетителя и осталась неподвижно стоять возле его стола.
— Иди работай.
Послышался знакомый голос за спиною жадной девки. Та вздрогнула, как от испуга, и побежала выполнять свои обязанности в трактире отца.
— Кого черта, ты здесь делаешь? — выругался Мирослав, увидев Николет.
В отличие от вампиров, отправленных на поиски Мирослава, бывшая любовница нашла его быстро. В этой забегаловке он всегда заливал невзгоды. Меняются века, названия трактира и улиц, хозяева, но суть этого заведения остается неизменной. Пятьсот лет назад это пристанище местной шушеры гордо называлось «Львиная кружка», а не «Толстая крыса». И девочки были получше. Правда, не краше Николет. Да, было время. Тяжело вздохнув, вспоминая прошлое, бывшая любовница села за столик Мирослава.
— Тебя искала, — стараясь быть не принужденной в общении с братом Айрин.
Его громкий смех разлетелся по всему трактиру. Вот что за жизнь у него такая, вечно всем нужен. Жаль только ему никто не нужен. Был не нужен, пока сердце возлюбленной Мерседес билось. А теперь хотелось спрятаться от вездесущих глаз когда-то близких Мирославу вампиров. Николет тоже в списке тех, кого он видеть не желал.
Опрокинув
кружку с вином, сын Зарины утерся руковом, и посмотрел на вампиршу.— Даже знать не хочу зачем я тебе понадобился, — категорично заявил Мирослав.
— Вот почему-то я так и думала, что ты откажешь, — нисколько не расстроившись, сказала бывшая любовница.
— Знала, так зачем приперлась? — повертел пустую кружку в руке Мирослав.
Выпить бы еще, но уже не лезли в глотку это пойло, называемое в трактире «вино».
— Про долг напомнить, милый, — промурлыкала Николет. — Ты просил достать «Слезы Луны». Я достала. Теперь я пришла просить.
Уф, этот яд дался ей! Притащила пару пузырьков, а сколько услуг уже оказал девчонке он. Тут она ему больше должна, чем он ей. Да, и пришла, как обычно, попросить убрать с дороги конкурента. Айрин хоть и любила Николет, но тянуло сестренку на мужиков. Эта же бесилась, требуя крови наглецов. Дура! Думала, убивая соперников, обезопасит себя от безразличия любимой. Мирослав давно понял: дуэт девочек не бесконечен. Слишком они разные. Ну и, вообще, однополая любовь вызывала в брате Айрин какую-то брезгливость. Все-таки сказывалось его происхождение. У волков, как и у людей, не избалованных благами цивилизации, жестоко осуждались такие противоестественные отношения. Они бесплодные и мерзкие!
— И что? — поджав губы и сдвинув брови, спросил Мирослав.
— Как что?! — возмутилась Николет. — Я редко тебя о чем-либо прошу.
— Серьезно? Может напомнить, как пятьдесят лет назад я избавился от вампира из Нереид? А до него убил троих из Северных кланов. О, я совсем забыл про одного из нашего клана. Я рискую намного больше, решая твои проблемы, милая. Слезы Луны — ничто по сравнению с тем, если меня разоблачат, — разошелся Мирослав, напоминая размер долга Николет перед ним. — И мне сейчас плевать на очередных любовников сестры. Так что иди ты к черту, Николет! Ясно?
Может, быть в другой ситуации она бы и пошла по названному адресу, но не сегодня. От Мирослава зависела жизнь ее мальчика и любовница Айрин не отступала.
— Я люблю ее, Мирослав, — с видом побитой собаки, прошептала Николет. — Так сильно люблю, что не могу делить ни с кем.
— Знаешь, милая, как не грустно это осознавать, но ничто не вечно под луной, — с какой-то долей иронии в голосе сказал сын Зарины, вспоминая свою любимую. И пусть боль его была до сих пор невыносима, но уже не так рвала сердце на куски. Он запретил себе страдать! Жаль, что от этого ему не стало легче.
— Мирослав, я знаю, что когда-нибудь потеряю ее, — опустив голову, прошептала Николет. — Мне будет больно отпускать Айрин, но я попробую смириться с ее решением. Попробую, правда, только не сейчас.
— А когда? — Мирослав усмехнулся, не веря в искренность бывшей любовницы.
— Когда буду уверена в ее безопасности, — поднимая грустный взгляд со стола на собеседника, Николет смахнула кровавую слезу. — Айрин грозит опасность, Мирослав. Я пришла к тебе, а не к матери или к Маркусу. Они используют связь твоей сестры в своих интересах. А я так не хочу, — изображая взволнованность, лгала вампирша, зная что братские чувства слишком сильны в Мирославе, чтобы проигнорировать потенциальную угрозу сводной сестре.
— Какая опасность?! — уже насторожился Мирослав.
Чувствуя, как внутри его закипает ярость, что кто-то может обидеть его сестренку, сын Зарины вмиг отрезвел. А вместе с ясностью ума, ему вернулась и память. Черт! Он же запер ту девчонку с виллы в подвале под развалинами древнего языческого алтаря за стенами города. Когда это было? Несколько дней назад, что ли? Умерла. А может, и к лучшему. Мороки меньше. Нет, не меньше, а больше. Надо бы побыстрее наведаться к ней, а потом сразу спасать сестру. Если, конечно, опасность ей не сильно преувеличена этой ревнивой стервой.