Чтение онлайн

И раковину - редкуюнаходку:

Приложишь к уху - в ней шумит вода.

О, летняя свобода Херсонеса,

Блаженное незнание судьбы,

Еще не королева, но принцесса

Грядущих слов, не знающих узды.

Татарские прибрежные аулы,

Обломки цельномраморных колонн...

От бабушки - приподнятые скулы

И свято имя до конца времен

Ты помнишь ли ее? Еще до славы,

Еще до боли, вылитой в стихе,

До стати и осанки величавой

Был

Непостижим великий океан

Ее глубин, ее безбрежной дали.

Прости нас, Анна, лучше мы не стали,

Как будто мы стихов твоих не знали,

Как будто все слова - сплошной обман.

Я с ней не вровень ни в стихе, ни в слове,

Сжигавшем душу в праведном огне.

О древний Херсонес, ее ты помни,

И раз за вечность вспомни обо мне.

Рэгтайм

Время сильных, время дерзких,

Откровенности и тайн,

Время нищеты и блеска -

Рэгтайм.

Модные самоубийства,

Спиритический сеанс,

Кокаин, стихи, витийства.

Пахитоска, декаданс.

Старый перстень с камнем редким,

Кружевного платья край,

Брошка, мушка, вуалетка -

Рэгтайм.

Утонченная лодыжка,

Под вуалью томный взор,

И любовная интрижка -

Полусмерть - полупозор.

Аромат духов французских

И английский крепкий чай,

И тапер с запястьем узким -

Рэгтайм.

Все за гранью, все на грани,

Так зловещи облака,

Свой гиперболоид Гарин

Не испытывал пока.

Что ж, по капельке абсента,

Черный кофе, горький лайм,

Отражение момента -

Рэгтайм

ТЕАТР ОДНОЙ АКТРИСЫ

Ассоль. Двадцать лет спустя

Стою себе на пирсе я,

Смотрю себе на волны я,

А волны к сваям ластятся,

Желают поиграть.

Жду сказочного принца я,

Поэтому взволнована.

А за спиной на колышке

Плакат: "Не приставать".

Не мчат по волнам мачо-то

Могучею армадою,

Чтоб осчастливить девушку,

Что ждет на берегу.

Под трубами и мачтами

Чего им, принцам, надо-то?

Уж я ли не сокровище,

Понять я не могу.

А за спиной внушительно:

"Не приставать, не чалиться,

Не наезжать, не париться -

Ищи другой причал".

Я в этой ситуации

Вполне могу отчаяться,

Поскольку очень хочется,

Чтоб кто-нибудь пристал.

Года мои немалые -

Уже тридцатник ломится,

А я все, дура старая,

Таскаюсь

Про паруса про алые

Врал сказочник, мне помнится,

А счастья нет, и принца нет.

Уж лучше бы молчал.

Златошвея

Как по бархату по алому

Золотым шитьем.

Вот и жизнь прошла без малого -

Для чего живем?

Да по краю мелким бисером -

За стежком стежок,

Пересматриваем мысленно

Каждый день-шажок.

Не по ветру алым парусом -

Ой, да ярок плат,

А что мы живем безрадостно,

Ты не виноват.

Жизнь не мерим мерой высшею,

Что кому дано,

Да не тем узором вышито

Жизни полотно.

Знать, не мне оно назначено -

Золото шитье,

Бирюзой-слезой оплачено

Не житье - бытье.

Паучиха

Я сплету паутину - ажурное нежное кружево,

Будут нити прозрачны и ядом медовым сладки.

И беспечный, как сон, мотылек, и муравей -

неустанный стахановец-труженик

Попадутся в мои беспощадные шелковые силки.

По утрам бриллиантовой россыпью росной

покрыты тенета,

Так красиво, что сердце мое замирает в груди.

В мой безвыходный рай я тебе

открываю ворота - заходи.

День и ночь я плету своей цепкой любви паутину,

Ею заткан кустарник, и лес, и твое холостое жилье.

На тебя я закинула сеть, как на крупную рыбу в путину.

Я сплету паутину - и ты попадешься в нее.

Побег

Живу деталью в интерьере

В тобой навязанной манере,

Как Вий, не поднимая век,

Но я жива, по крайней мере -

Побег.

Не от кастрюль и ложек-плошек,

От плюшевых собак и кошек,

Где простыни белы, как снег,

Где ты сидишь, такой хороший -

Побег.

И не от золота бесстыжего,

Его дурного глаза рыжего -

Оно не скрасило мой век,

Но душу как мочалку выжало -

Побег.

Не жить, друг друга избегая,

Как два волнистых попугая,

Которых кормит человек.

Из одноклеточного рая -

Побег.

Удавка шелковая свита,

Но воля - нет, не позабыта:

Истоки помнят устья рек.

Все решено, и дверь открыта -

Побег.

***

Брутальные брюнеты бесстрашны, как тореро,

Блондиночки-туристки уже готовы пасть.

Ах, что за темперамент - без удержу, без меры,

Его безумна сила, несокрушима власть.

Ах, бледные девицы из северного края,