Чтение онлайн

Буквы сложились в слова: «выбрось меня».

— Когда я был во вселенной снов, — сказал Пендрагон, — ко мне подошел призрак, выглядевший как Джордж Вашингтон, и спросил, знаю ли я кто такой Цинциннат.

Пендрагон вопросительно посмотрел на Ван Дама. Ван Дам пожал плечами.

— Я не знаю, кто это такой.

— Вам нужно почитать классиков. Луций Квинкций Цинциннат работал на своей маленькой ферме, когда к нему приехал римский Сенат и сделал его диктатором, поскольку римская армия была окружена врагами в Альгидских горах. Ему была дана абсолютная власть над одним из самым могущественных городов-государств того времени. За один день он привел римскую армию к победе, а потом вернулся

на свою маленькую ферму. Не так много людей в истории отказывались от диктатуры.

— В любом случае призрак Вашингтона спросил меня, и я сказал: да, я знаю, кто такой Цинциннат. Я думаю, что это вы, сэр.

— И он ответил: кое-кто хотел сделать меня королем, вы знаете об этом?

— Я сказал, что да, знаю, я изучал историю. Никогда в мире не было такой формы правления, как наша Конституция; и я слышал, что некоторые люди предпочитали старые, всем известные пути. И я спросил его: если они хотели сделать вас королем, почему вы отказались? Континентальная Армия была верна вам.

— И он ответил: «Как-то Бен рассказал мне, что одна старая женщина нашла его за Залом Независимости в тот день, когда Конгресс ратифицировал Конституцию. И она спросила его, что будет, монархия или республика? И Бен ответил (конечно, старина Бен никогда не упускал случай пошутить, рассказывая истории): Республика, мадам, республика, если вы сможете защитить ее!»

В глазах Ван Дама застыло непонимание.

— Тогда я приведу еще один пример, — сказал Пендрагон. — Если бы я стал президентом, то своим первым же актом вернул золотой стандарт и распустил Федеральную Резервную Систему.

— С финансовой точки зрения это звучит не слишком хорошо, мистер Пендрагон. Правительство должно быть способно выпускать бумажные деньги, чтобы оплачивать свои программы. Инфляция разрешает нам уничтожать наши публичные долги. Деньги — это власть, и тот, кто управляет выпуском денег, управляет экономикой.

— То есть мы не можем дать свободным людям управлять выпуском денег? Моим вторым актом стало бы упразднение Шестнадцатой Поправки, [118] уничтожение налогов с граждан и объявление Пятнадцатого Апреля национальным праздником. [119]

— Все это сильно ослабит правительство.

— Это и есть моя мысль.

— Нам нужен лидер, — тихо сказал Ван Дам, — человек, который сможет сохранить страну в это опасное время.

— Подставное лицо, вы это имеете в виду? Это не я. И простите меня, опасное время? Оно только что кончилось.

— Во время войны от нашей финансовой системы ничего не осталось, мистер Пендрагон! Сети коммуникаций разорваны, правительство уничтожено, некоторые области все еще воюют против нас. Невозможно мгновенно возобновить деятельность правительства, а международный валютный фонд…

— Все опасности закончатся, как только как только федеральное правительство вернется к деятельности, разрешенной Конституцией. А правительства штатов и местные власти справятся с местными беспорядками.

— Нет. Железная рука — вот, что нам нужно. Надо ввести военное положение, пока все не придет в порядок. Тот, кто понимает новое положение дел — и имеет в руках магию — должен повести нас. Только

один человек.

— Полковник Ван Дам, вы не заметили главное значение того, что произошло. Варлок из нашего прошлого, из времен монархии, убил человека, который, как он считал, был нашим монархом, и заменил Конгресс, который, по его мнению, состоял из министров и баронов, на свои создания. Тем не менее эта страна уцелела. И почему?

— Вы смеетесь надо мной, мистер Пендрагон! Я предлагаю вам власть, власть над людьми, а вы толкуете мне о том, как ликвидировать и упразднить эту власть. Эту страну спас не обычный человек, а настоящий герой. Вы, вы один. И с этим ничего не поделаешь… А без сильного лидера мы обречены на анархию…

Вот теперь Пендрагон понял, чего боялся Ван Дам.

И улыбнулся холодной улыбкой.

— Так вот в чем дело. Это Азраил убедил вас в этом, не так ли? Мертвая доктрина, позабытая давным-давно. Дескать достаточно помазать человека каким-нибудь сверхъестественным мумбо-юмбо, и он сможет править своими подданными. И еще он сказал вам, что у некоторых людей на ногах шпоры, другие родились с седлами на спинах, а меня Небо выбрало королем, так?

— Вы должны повести нас, — ответил Ван Дам. — Я прошу только одного: продолжайте действовать. Это ваш долг. Обычные граждане не способны править, не в состоянии спасти страну, не смогли бы прогнать падших ангелов. Только тот, у кого есть магический меч…

Пендрагон откинул голову и засмеялся.

— А я? Разве я не гражданин? Разве я не обычный человек, ничуть не выше рангом, чем все другие? И я спрошу вас то, что уже спрашивал: «Что это будет? Монархия или республика?» Я уже выбрал, Полковник Ван Дам, и я не пытайтесь меня соблазнить. И вы должны ответить на этот вопрос, самому себе, прежде чем следователи придут арестовать вас. Тогда суд сможет отнестись к вам более снисходительно.

Недовольный и угрюмый Ван Дам растворился в тенях, а Пендрагон, с высоко поднятой головой, вышел на яркий свет солнца и твердыми шагами пошел по разрушенным улицам. И всюду, куда он смотрел, он видел возможность восстановления.

Венди, с озорной улыбкой на губах, схватила Ворона за руку.

— Пошли! Пошли! Я всегда хотела это сделать.

— Ну, на самом деле это может быть не здесь, я не знаю… — промямлил Ворон, нахмурившись и посмотрев вверх по коридору.

— Да пошли же! Никого нет или почти никого. — Венди засмеялась, потому что из двери вниз по коридору вышел человек, увидел их, повернулся и попытался убежать. Венди махнула Жезлом Моли в его сторону, он стал тюленем и упал навзничь. Ворон и Венди спокойно переступили через него и пошли дальше.

— Ты уже был здесь, ну, на экскурсии или что-то в этом роде? — спросила Венди.

— Нет! — ответил Ворон, нервно оглядываясь.

— И я! Не нервничай! Иначе Князья Бури перестанут тебя слушаться. Вот, пришли!

Ворон открыл дверь.

— Да, по телевизору он кажется намного больше. А ты уверена, что это действительно овальный кабинет, а?

Венди забралась на стол Президента. Стоя на четвереньках, она через плечо посмотрела на Ворона, томно улыбнулась и призывно покачала бедрами. — Эй, мой красавчик-муж! Сколько людей могут похвастаться, что они сделали это здесь?

— Сделали что?

Венди прыгнула в кресло Президента, хихикнула и начала расстегивать платье.

— Венди! Что ты делаешь? — Ворон притиснулся мимо стола, собираясь закрыть окно, но, когда он оказался рядом со стулом, в воздух взвилась юбка Венди и упала ему на голову. Пока ничего не видящий и сконфуженный Ворон приходил в себя, оказалось, что жена уже оседлала его и засунула в кресло Президента.