Чтение онлайн

— Джеральд Самуэль Уэнтворт! Вы подслушиваете мои разговоры, хотя я запретил вам, и думаете, что я не знаю; вы ошибаетесь. Прикажите людям этой страны готовиться к битве, хотя я еще не знаю, где она будет: в этом мире или в мире снов. Пошлите великое военное судно, называемое Харя На Трюме, в то место в море, которое я опишу. Пусть ваши командиры приготовятся использовать все ваши самые могущественные вооружения, включая смертельные газы, болезни и все уничтожающий огонь. У меня здесь устройство Президента, которое вы называете ядреный ногомяч, [27] которое может приказать их использовать… О!

— Скажите нации, что сейчас командует Вице-президент, потому что Президент погиб.

— Дух! Ты можешь вернуться в Ахерон и взять с собой то, что ты держишь в руке. Он все еще пищит, поэтому я полагаю, что он еще жив. Я заклинаю именами Нимрод, Эфилат, Бриарей, Антей, именами четырех ангелов, связанных с водами великой реки Эфрат, которые хлынут на Землю при шестом призыве Рога и убьют треть человечества, и заклинаю страхом, который ты испытываешь перед ними, я заклинаю, требую и приказываю тебе, Великий Дух, немедленно и безопасно исчезнуть, взяв с собой не больше, чем я сказал, и сделать все, что я потребовал, не причиняя больше никакого вреда и не оставляя за собой ничего, не вызывая землетрясений, ураганов или погибельного огня, который обычно знаменует твой уход. Иди!

Ван Дам опять уронил сигарету.

— Что мы должны сделать? — приглушенным шепотом спросил он у Уэнтворта.

— Начать Протокол Омега. Позвони в КВК [28] и СВВК [29] и передай на все системы общую тревогу. Объяви Уровень Готовности 2.

— У нас для этого нет полномочий!

— Вице-президент может использовать красную кнопку. У него полномочий хватит.

— А что с нами?

— Мы должны убираться из Округа Колумбия. Он будет главной мишенью.

— Останется ли на Земле безопасное место?

— Нет, если поднимется Ахерон. Нет, если начнут падать ядерные бомбы. Единственное место, куда имеет смысл идти — Эвернесс. Если все пойдет наперекосяк, мы сможем сбежать куда-нибудь в другое измерение или что-нибудь в этом роде. А если дело выгорит, оттуда мы сможем сделать все, что захотим. Я думаю, что смогу убедить Азраила разрешить нам взять в Эвернесс плащ Галена, магический лук и стрелы. Как-то раз он обмолвился, что не хочет, чтобы эти магические талисманы находились здесь, в мире бодрствующих.

— Никто не в состоянии натянуть этот лук, сэр. А Азраил даже не может его коснуться.

— Не имеет значения. Во время битвы за Эвернесс случилось много такого, о чем Азраил даже не знает. Выключай телеки и пошли. Хал должен объяснить вице-президенту, кто на самом деле правит страной.

Когда дверь открылась, треугольный лоскут света пробежал по комнате, прыгнул на конференц-стол и роскошные кресла. Силуэты двух людей на мгновение высветились в дверном проеме, и дверь закрылась. Они ушли.

Помещение казалось пустым.

В дальнем углу комнаты, среди самой густой тени встала высокая черная фигура, невидимая и неслышимая.

Когда человек поднял голову, под полями его шляпы обнаружился шарф, закрывающий лицо, и высокие скулы. Потом появились нос и глаза, сверкавшие как полированный камень; глаза, наполненные такими эмоциями, что никто бы не смог выдержать их взгляд.

Фигура повернулась к двери, раздался легкий шорох черного плаща. Дальше она двигалась совершенно бесшумно.

Только теперь комната действительно опустела.

Автобус остановился перед универмагом на перекрестке Мейн-Стрит и Порт-Стрит. С него сошел высокий человек в черном инвернессе, [30] ветер раздувал его волосы и бороду.

На улице никого не было. Только ветер кружил несколько выброшенных газетных листков. Двери магазина, банка и бакалейной лавки были заколочены. На двери закусочной висел написанный от руки плакат: ЗАКРЫТО ИЗ-ЗА ДОРИС.

Налетел порыв ветра и умчал автобус прочь. Деревья вдоль дороги согнулись чуть ли не до земли, их ветви с мольбой закачались в воздухе, телефонные столбы задрожали.

Человек взглянул наверх. Небо прямо над головой налилось зловещей синевой. Маленький городок стоял на возвышении; Порт-Стрит кончалась мысом, за которым бурлило море.

Над морем, вплоть до горизонта поднимались фиолетовые и черные облака, похожие на башни и стены замков. По небу протянулись огромные крутящиеся руки и расплывшиеся кляксы.

— Да, не слишком хорошо выглядит, — сказал человек с густым русским акцентом, дергая себя за бороду. — Франклин! Когда ты приснился мне в автобусе, то не предупредил ни о чем таком! «Зови Князей Бури», вот что ты сказал. Но забыл упомянуть, что таким образом я призову ураган. Ха! Но я не должен допустить, чтобы меня коснулись гнев или разочарование… — На его пальце блеснуло массивное кольцо из белого золота.

К тому времени, когда он подошел к краю городка, башни и стены облаков выросли в размерах, отдаленные флотилии грозовых облаков протянулись по всему небу, их движение было видно простым глазом.

На мысе стоял маяк, высокое здание, нависавшее над морем. Ворон затянул потуже плащ и, сгибаясь под ветром, тяжелыми шагами пошел к нему. Потом вытянул руку и прищурился, ветер выл ему в уши.

Где-то далеко, между небом и морем, затанцевали молнии. Несколькими мгновениями спустя над местностью прокатился удар грома.

В дверь маяка тихонько постучали. Тим Кернс открыл и увидел маленькую девочку. Щурясь от ветра, она держала в руках большую коричневую собаку.

— Ты — хранитель маяка? — весело спросила девочка.

— Заходи быстрее. Ты, случаем, не дочка Лилли Рашкок?

— У меня есть имя. Меган! А это Рафа. Она умеет произносить свое имя. — Собака залаяла и завиляла хвостом.

— Да-а, это просто здорово. А твои родители знают, что ты здесь?

— Ну, Рафа убежала, а один очень приятный человек нашел ее и отдал мне. — Потом она добавила, доверительно и серьезно. — Мы заключили сделку.

— Да-а, здорово. А ты помнишь номер телефона? Посмотрим, быть может я смогу дозвониться до твоих родителей. Эй! Не трогай этого!