Туманность Иридии
Шрифт:
Янис задумался. Аналогия, только что пришедшая ему на ум, поразила его своей простотой и элегантностью, приоткрыв заодно и тот пласт подсознания, о котором Ян старался не думать.
Карла ему нравилась, в этом была огромная проблема. Карилис уже расстался с отговорками о том, что в его штате нет пилота, лишней боевой единицы и флегматичного спутника этой самой единицы. По всем параметрам Элвис подходил для работы с Комитетом куда лучше. У него был опыт в различных сферах деятельности, упорство, неконфликтность, и стойкость к проявлениям эмоций. Карла пока что просто была нужна. И важна. В каком именно качестве, Ян не думал. Ему нравилось проводить с ней время,
Делать было совершенно нечего. Пока "Игла" выходила на курс, пока по корпусу проходила дрожь от работы двигателей, Карилис размышлял о том, чем его привлекает Карла. Взбалмошная, но справедливая. Упрямая, упорная, резковатая... он улыбнулся, понимая, что перечисляет и свои качества тоже.
– Чего смешного?
– заметив его гримасу, осведомился Атарх. Ян посмотрел на подполковника. Тот был бледен, по его лицу катились крупные капли пота.
– Задумался, - коротко бросил Ян. Он понимал, что Госсершвейн принял его улыбку на свой счёт, решив, будто Ян насмехается над его страхами. Но тот даже не думал этого делать. Да, впрочем, и не знал о такой особенности подполковника, как страх полёта.
Карла смотрела в глаза Индиго. В глаза Яна. Такие же серые, со стальным блеском, в глубине которых только начинала подниматься та свинцовая тяжесть, которая должна будет заполнить их в будущем. Тёплые ладони Индиго, или уже Яна, лежали на талии Карлы, мягко и настойчиво направляя её в танце. Женщина уже забыла, когда последний раз танцевала, и в первые моменты немного сбивалась с ритма. Тогда Индиго, наклонившись к ней, едва касаясь губами кончика уха, шептал ей счёт, продолжая направлять и поддерживать.
Карла понимала, как это глупо, понимала, что перед ней вовсе не Ян, но тепло тела Индиго было совершенно неотличимо от человеческого, и Карла закрыла глаза, отдаваясь на волю ведущего.
– Нет, ты должна видеть, - с едва слышной укоризной шепнул ей на ухо Индиго, крепче прижимая к себе.
– Ты сама должна видеть. Смотри мне в глаза, танцуй со мной, двигайся плавно, следуй ритмам музыки, она приведёт тебя в нужное место...
Карла часто дышала, обнимая партнёра за шею, ощущая его тело сквозь тонкую ткань платья, слушая его мягкие слова, ощущая его касания.
Они танцевали по огромному залу, а вокруг разливалась музыка, обволакивая их обоих, соединяя в целое, переплетая их сознания.
– Я ждал тебя, Карла. Очень ждал, - шептал на ухо Индиго.
– Здесь, в моем пространстве, где я могу быть ощутим, где мы на равных. Или я немного сильнее, - он замолчал. Карла думала о том, что сейчас искин пытается понять, как это - быть человеком. Он хотел попробовать то, что было ему недоступно, ощутить плоть в своих руках, сравнить, заполнить нишу и глубину неиспытанных им чувств и эмоций.
Он делал то, что должен был сделать его прототип, и что-то подсказывало Карле, что до её появления в его сознании не было такой программы управления, которая действовала сейчас. Индиго создал её специально под неё, чтобы получить возможность хоть на время побыть живым, показать Карле его мир, сотворить его для неё.
Женщина чувствовала приятный запах парфюма от кожи Индиго, удивляясь, как он сумел продумать даже это, воссоздавая реальность в своём мире. Движения стали
ускоряться, ритм музыки сменился, звуки стали громче, яростнее, настойчивее, будто страсть любовников, перерастающая из лёгких несмелых движений в вулкан яростного наслаждения друг другом.Карла прикусила губу. Ей настолько нравилось происходящее, что она никогда бы не призналась в этом.
"Игла" входила в верхние слои атмосферы планеты, развернувшись соплами вниз и плавно начиная гасить скорость. Корабль окутался энергетическим пологом, защищая корпус от выгорания. Гравитация и освещение отключились в большей части корабля, экономя ресурсы и переводя системы в ждущий режим. Подполковник Госсершвейн тихо шевелил бледными губами. То ли читал молитву, то ли матерился, продолжая цепляться за страховочные ремни в кресле десантного отделения. Ян тоже понимал, что сейчас каждая ошибка будет стоить всем жизни. Он и сам только один раз сажал судно без помощи Индиго, и этот раз показался ему весьма... впечатляющим. Впрочем, после того случая Карилис серьёзно практиковался в управлении своим судном, чтобы сейчас быть уверенным, что всё проходит в штатном режиме.
Отсек потряхивало, не смотря на систему стабилизации. Далеко за наслоениями брони и защитных пластин слышался нарастающий гул и рёв. Перегрузки начали отдаваться в теле, хотя компенсаторные механизмы оставались включёнными. Янис думал, что Карла ведёт судно на посадку весьма страстно. Словно темпераментная любовница, в пламени которой можно было сгореть. Комитетчик поймал себя на скабрёзной мысли о том, что если эта женщина так же хороша в постели, как в кресле пилота, то он многое теряет.
"Игла" прошла верхние слои атмосферы, попробовав уже нижние. Включились маршевые двигатели, корректируя курс и подправляя его, чтобы сесть в положенном месте. В этот момент Ян ощутил, что происходит нечто странное. Корабль словно начал заваливаться в сторону, дрожь усилилась, и Госсершвейн начал уже в голос материться.
Индиго сбился с шага, заставив Карлу тоже остановиться.
– Что происходит?
– спросила она, услышав фальшивые ноты в невидимом оркестре. Искин отступил на шаг, продолжая держать Карлу в объятиях.
– Карла, просто... доверься мне.
Она несмело улыбнулась. Индиго, в котором Карла видела только Яна, прижал её к себе с такой силой, что у женщины спёрло дыхание и затрещали ребра. Он смотрел ей в глаза всего лишь мгновение, а после коснулся губами её губ. Карла ответила на поцелуй, прижимаясь к нему всем телом. Его губы оказались горячими, страстными и требовательными. Руки Индиго скользнули по спине Карлы, будто ища застёжку на платье. Зал вокруг них исчез, сменившись обстановкой спальни, но Карла этого, казалось, даже не заметила. Она целовала его, поглаживая по волосам, подставляя для поцелуев шею, наслаждаясь мурашками, бегущими по всему телу от нахлынувшего возбуждения, и понимала только одно: ей нравилось происходящее, и она хотела продолжения.
– Что делает эта твоя... пилот?!
– не сдержавшись, заорал подполковник. Ян отстегнул ремни, подошёл, цепляясь за страховочные скобы, к терминалу на стене рядом с сидениями, и набрал капитанский код. Развернувшаяся картинка заставила его похолодеть. У самого космопорта, чуть дальше от отведённых для посадки площадок с ровным покрытием, куда намеревался сесть корабль, зияла огромная дыра. Воронка ещё дымилась, и Ян понимал, что это картинка, сделанная до захода судна на посадку. Взрыв состоялся совсем недавно.