Тучи сгущаются
Шрифт:
– - А ты, папа?
– - Я должен идти горами, -- сказал Инти, вздохнув, -- твоя мать уже сказала, что со мной не расстанется...
– - Тогда и я не расстанусь с тобой, отец.
– - Имей в виду, в горах скрываются опасные хищники и разбойники... На море тоже, но там ты сможешь пересидеть опасность в каюте...А в горах ночью в любой момент приходится ждать опасности из темноты.
– - Я не буду прятаться от опасностей, отец! Научи меня владеть оружием.
– - Хорошо, научу. Только отойдём подальше отсюда в дикие места, где нас не застукают за таким занятием.
На следующий день после завтрака все должны были собраться на
– - Скажи, а зачем вам, инкам, так со своими рядовыми совещаться? Разве ты не можешь приказать, а они исполнят?
– - Могу, -- ответил Инти, -- но не хочу. Лучше пусть люди сами выбирают, когда есть возможность дать им выбрать. Тогда они к делу подходят ответственнее.
– - Странные вы люди... нам никогда не понять до конца вашей логики. Испанцы описывали вас как каких-то недоумков, но ведь недоумки не смогли бы построить столь прочной державы. Да я и сам вижу, что вы способны оценивать обстановку трезво, да и по жизни вполне практичны. Но вот на шаги, которые кажутся нам, христианам, естественными в некоторых случаях, вы и в самом деле почему-то не идёте. Но вам виднее...
Помолчав немного, Тимотео продолжил:
– - Раньше я о вас, инках думал, что вы баб не цените совсем, чуть что глотки им режете. А ты ради семьи рисковал, да и обращаешься с женой с такой любовью, какая у христиан редкость. Скажи, это у вас правило или исключение?
– - Ну в супружестве кому как повезёт, но женщин у нас куда больше уважают и ценят, чем у вас. У вас к ним относятся как к каким-то полуживотным. Мы же видим в них своих сестёр.
– - Ну вот только ваши правители к ним беспощадны. Говорят, ваш Асеро по наущению главной жены приказал казнить свою бывшую любовницу.
– - Бред от начала и до конца.
– - Ну может он скрывает правду от народа...
– - И любезно рассказывает всей загранице? Вашим-то писакам откуда знать, что и как было?
– - Ну судя по тому, что Руминьяви вообще весь свой гарем перерезал, чтобы его женщины потом не достались испанцам. Причём этот циник сперва стал сначала рассказывать им про гульфики и прочие милые радости европейцев, а потом тем, кто смеялся, перерезал горло за их смешливость. Таков жестокий юмор деспота!
– - И где про это сказано? В "Правде о Тавантисуйю"?
– - Ну эта история много где пересказывается...
– - И никто не обращает внимание на её очевиднейшую глупость. Представь себя на месте Руминьяви! Только что испанцы, не дождавшись выкупа, в наглую повесили твоего любимого единоутробного брата, и ты имеешь все основания предполагать, что с тобой они поступят точно также. А чтобы этого избежать, нужно думать прежде всего о том, чтобы дать им бой, а раз бой проигран, то оборонить от них город. Как будто в такой ситуации тебе до рассказов о гульфиках и прочей ерунде! Или о наборе новых наложниц... ну даже если ты по жизни охотник до женского пола, в такой ситуации не до того... А наших женщин эта история рисует полнейшими шлюхами. Хотя это говорит, прежде всего о нравах шайки Писарро. Видно, господа конкистадоры окромя проституток, других женщин в жизни близко не видели.
– - Ну а как быть с тем, что Руминьяви сдал и сжёг свой город?
– - Он его не сдавал и не жёг. Город сдали изменники, среди которых были и женщины. Кое-кого он заблаговременно разоблачил и казнил, но всех обезвредить не успел... Ну а потом завоеватели,
чтобы не рассказывать о том, что город был взят изменой, выдумали, что он его сдал и сжёг, хотя сожгли его сами. А также выдумали, будто бы он власть незаконно захватил. На самом деле после смерти Атауальпы, учитывая критичность ситуации, он вполне был в праве объявить себя правителем. Но только с законным правителем нельзя было даже по законам Испанской Короны поступить по собственному произволу, а вот с незаконным... такого можно прикончить без особых церемоний, что испанцы и сделали.– - Вот оно оказывается как... Скажи, а правда вы решили частью плыть морем, а частью идти горами и продать так свой товар?
– - Ну да, а какие ещё варианты? Всех на корабль не упихнёшь. Да и товар продать надо.
– - Но ведь в горах множество опасностей, главная из которых -- местные жители, не признающие законов Короны.
– - Мне их бояться нечего, я нормально вооружён. Да и общий язык нам найти проще. Но перед расставанием нам сегодня нужен на всех прощальный ужин.
– - Ну сумасшедшие вы! Это ведь не дворяне какие, простые моряки и не родня.
– - Если с людьми не обращаться как с родными, то потом нельзя на них с уверенностью положиться.
– - Скажи, а друзья у вас бывают?
– - Бывают, а почему нет?
– - Потому что дружба -- это такая неконтролируемая вещь... а у вас всё под контролем должно быть.
– - Всё под контролем держать невозможно.
– - Скажи, а зачем у вас государство лезет в вашу личную жизнь?
– - Ну а что значит -- лезет? Мы считаем возможность государственного вмешательства в дела семейные благом, ибо это единственная возможность избежать деспотизма частных лиц. Вот если некий дурной человек стал бы жестоко обращаться со своей женой, его бы привлекли к суду.
– - И что бы его ждало? Штраф?
– - Как минимум, всеобщий позор, также для жены была бы возможность развода с возможностью обрести работу для прокорма, и так далее....
– - А детей у вас тоже бить нельзя?
– - Нельзя подвергать риску их жизнь и здоровье. У вас ребёнок -- собственность родителей, точнее -- отца, у нас считается, что человек с момента зачатия принадлежит государству, потому детоубийство вне закона, а на родителей возлагается обязанность воспитать своё дитя так, чтобы из него вырос достойный человек. Во всяком случае, они должны его стараться это сделать.
– - А за проступки сыновей отцов не наказывают?
– - Нет, не наказывают. У нас вообще родственников не наказывают.
Тимотео отошёл в некоторой задумчивости. И в этот момент Инти показалось, что тот спросил это не просто так, и спросил много меньше чем хотел. И тогда он сам решился спросить:
– - Послушай, что-то не пойму я. Ты ведь далеко не в первый раз тавантисуйцев у себя в гостинице видишь. Неужели раньше таких вопросов не задавал? Или всем задаёшь, а потом ответы сверяешь?
– - Скорее второе. Вот сам видишь, что гостиница у меня полупустая. Если дела с торговлей не изменятся, то год-два ещё, и заберут всё за долги, а я с семьёй по миру пойду. Одна надежда, что инки придут. Вот понять хочу как жить буду, если инкская власть установится. Я понимаю, что всех белых вырезать не будут. В общем жизнь мне и семье сохранят. Но вот как жить, именно жить под инками... я не очень себе это представляю.
– - Да обыкновенно. Продолжишь заниматься своим ремеслом. Или ты думаешь, что у нас никто за гостиницами не следит?