Трон великих Предков
Шрифт:
— Вы… знаете что-то об этих тварях? — вскинул бровь Тамай.
— Нет. О подобных, — качнул головой Алан. — В северных землях есть горная гряда с большим количеством аномальных… Особенно неприятно проклятых долин и расселин. Однако и богатая ценными рудами, так что присутствие людей там весьма активно. И случаев столкновения с так называемым “голодным пересмешником” хватает. Ещё его называют измигун, и точную природу этой заразы установить так и не удалось несмотря на все старания академии. Предполагается, что это бесплотный дух либо проекция некоего живого существа, наделённого талантом к магии по какому-то недосмотру богов. Измигун может принимать облик другого человека и копировать его речь. Обычно он является
— И правда — похожи, — согласился Сайно Шиото.
— Но это не исключает возможность демонической природы этого существа! — с едва сдерживаемым возмущением взвопил старший жрец.
— Уважаемый господин Томори, разве подобные проявления враждебных сущностей — не ваша вотчина? — вежливо, но довольно холодно заметил Алан. — Кому как ни вам лучше знать что делать в подобных ситуациях? Полагаю, вы начнёте с молитв Атасахики, дабы он снизошёл к нам, сюда, и нанизал всех злых духов и демонов на своё копьё аки ароматное мясо на шпажку?
Жреца аж перекосило от подобных сравнения, но он проглотил своё негодование перед лицом будущего императора, и немного раздражённо возразил:
— Нет, начать стоит с молитв Великой Матери, с просьбами защитить и оградить, и…
— Ну так и займитесь этим.
Ох-ох-ох… Шоуки чуть склонил голову на бок — напряжение так и сгустилось в воздухе. Кариты при этом явно были на стороне Алана, смотря на жрецов с едва заметным превосходством. И сам Алан… неужто его так достали разговорами о духовном? Или его задело предложение развернуться и сбежать?
Надо будет спросить.
Он скосился на Амарими, что до этого сопел рядом, а сейчас походил на учуявшего добычу охотничьего пса — замер, ноздри раздуваются в возбуждении, глаза горят и прикованы к сценке. Явно понял что-то такое, на что у Шоуки не хватало разумения. Он пихнул младшего принца локтем, и тот страшно округлил глаза и приложил палец к губам.
Ну ладно, позже, так позже…
Позже, впрочем, застопорилось — сперва всем разъясняли новые правила поведения, затем усилили наряды дежурных, и Тамай поставил Шоуки перед фактом, что им предстоит спать по очереди, чтобы присматривать за присутствующими.
Мало ли.
Шоуки эту меру принял и понял, хотя о нормальном сне теперь можно было забыть. Но жрецы вызывали опасения, да и за принцами нужно было присмотреть. Вот во второе своё дежурства одного он и отловил. Подволок к себе, ухватив за меч, ножи, пяток амулетов и подвесок, да и вовсе за одежду. Духовный сосуд даже почти не капризничал от работы с тканью.
Взглядом указал на землю подле себя, и Амарими, вздохнув, сел.
— Не спится, — пожаловался он тихо.
— Медитируй, — предложил. — Многие, кому не спится, сейчас именно этим и заняты.
— Я как-то не освоил медитации заменяющие сон, — забегал глазами младший принц, явно чувствующий себя неловко из-за такого признания. Ну да, в его возрасте большинство каритов уже осваивают все…
— Тогда поясни мне кое-что, — Шоуки понизил голос, ещё раз проверив месторасположение всех членов экспедиции. Амарими тоже быстро огляделся и кивнул понятливо.
— Про жрецов?
— Проних самых.
— У отца конфликт с частью из них, — зашептал Амарими едва слышно. — Давний. Когда дед скончался, отец был чуть младше меня, и верховный жрец храма Арата-ма великодушно
предложил ему опеку и помощь в ведении дел Империи. Спустя какое-то время… Отец, скажем так, уведомил жреца в несколько грубоватой форме, что не нуждается в его услугах. Не буду вдаваться в подробности. Но с тех пор та часть жречества, что связана с этим храмом несколько недовольна отцом. Мелкие обиды с обеих сторон копятся, а тут ещё и отец утаивал от них долгое время про Алана. И поспешность подготовки к воцарению им не нравится. И Алан, насколько я понял, успел с ними языками зацепиться.— Тогда чего бы не взять в дорогу жрецов из более… м… лояльного храма? — не понял Шоуки.
— Только они обладают знаниями о том как договориться с Тенями и открыть врата, — Амарими досадливо поморщился. — До подножия горы ещё мало добраться, в ритуальные залы ещё нужно как-то войти. Наш дорогой друг всяко смог бы это сделать и сам, если бы знал как…
— Так почему-ж… — Шоуки кивнул в ту сторону, где куковали жрецы.
— Вот именно! — округлил глаза младший принц.
Шоуки хмыкнул, и завис, переваривая информацию. А ему-то жрецы в отряде не нравились только потому, что они по молитвам и печатям и не проходят воинскую подготовку, без которой в этом месте делать особо нечего…
Пока он раздумывал, Амарими заёрзал, заскучав, и пришлось отвлекать его, чтобы в драгоценной головушке не зародилось какой-нибудь гениальной мысли. Вот, например, подучить медитативным техникам будет полезно, да и от наблюдения за лагерем это не отвлекает…
***
В ту ночь твари пробовали поохотиться на людей ещё дважды, так что толком не выспался никто. Попробуй тут, отдохни, когда вот буквально рядом, в кустах надрывается полными боли воплями и молит о помощи знакомый голос. Знаешь ты, что это всё обман, не знаешь…
И затыкались твари, что характерно, только когда на звуки начинали кидаться тяжёлым. Первый раз десятки брошенных в темноту клинков молча вытягивал назад Шоуки, второй раз, с руганью, Тамай, впредь запретивший этим заниматься кому-то кроме северян — их огненные шары и намороженные сосульки хоть возвращать не надо было, да и проклятие вокруг они просаживали на некоторое время, ко всеобщему удовольствию.
Но, ни чарами, ни сталью пересмешников, кажется, так и не задели. И к великой печали Шоуки, обсыпать булавками тоже никого не получилось. Он старался, но твари (их точно было больше одной!) после того, первого, раза вели себя до отвращения аккуратно и не подставлялись. Кено предположил, что они стесняются своего уродливого облика, но шутка как-то не зашла.
На четвёртый день все были вымотаны, и готовы были променять этих тварей на три большие стаи айрши. Смысл тот же, но под чавканье и хруст спалось куда лучше, а днём и те, и те не показывались.
Но Шоуки всё равно сохранял предельную бдительность при свете солнца, что утомляло неимоверно.
Даже вид величественной горы впереди, макушка которой терялась в дымке облаков, не радовал. Местность становилась холмистой, луга попадались чаще, и пару раз они проехали мимо развалин небольших городов. Просто проехали, сворачивать ради них с дороги никто не собирался, хотя Жрецы и бухтели что-то про необходимость провести ритуалы в покинутых много лет назад храмах, если те хоть как-то уцелели.
Скандала, впрочем, не случилось — все были слишком измотаны, чтобы ещё и ругаться. Тревожные ночи побуждали всадников дремать в сёдлах, и сколько кариты себя не одёргивали и не посвящали время восстанавливающим медитациям — на проклятой земле без полноценного отдыха было тяжело. Особенно — третьи сутки подряд.
Похоже, именно этого твари и дожидались, ибо посреди бела дня, на повороте старой дороги, где та совсем сужалась от навалившегося со всех сторон подлеска, они и напали, поражая своей подлостью и способностями к планированию.