Тринадцатая карта
Шрифт:
Она провела их в гостиную, где занималась своим ремеслом. Гости огляделись, отмечая многочисленные свечи, кристаллы на столе и комоде, ковер с замысловатым рисунком и плотные шторы на окнах.
Лоретта уселась в свое кресло и указала на диван.
– Пожалуйста, присаживайтесь. Могу я предложить вам что-нибудь выпить?
– Не стоит, – ответил мужчина. – Я так рад, что вы смогли нас принять!
Лоретта кивнула, улыбнувшись. Ей нравился энтузиазм этого человека. Его подруга была совершенно другого сорта – лицо ее было серьезным, глаза напряженными. Под ее пристальным взглядом Лоретта почувствовала себя
Лоретта сосредоточилась на мужчине, который вальяжно откинулся на спинку дивана, с интересом оглядываясь вокруг, в глазах у него горели веселые огоньки. Она заметила, что у него красивое лицо – худощавое и волевое. Гладко выбритые щеки, темные густые волосы… Просто-таки конфетка для глаз.
– Итак, – сказала Лоретта. – Как вас зовут?
– О… – отозвался он. – А вы, типа, не можете… просто посмотреть по картам?
– Э-э… – Лоретта запаниковала. Попытаться угадать? Нет, это будет полное идиотство! – Я хочу сказать… Карты – это…
– Да шучу я! – Мужчина рассмеялся. Очаровательным, сочным смехом. Наклонился вперед, коснувшись руки Лоретты. Его ладонь была теплой, и в запястье у нее закололо от этого прикосновения. – Просто валяю дурака.
– О… – отозвалась Лоретта, зардевшись. – Ну конечно!
– Меня зовут Бернард, – представился он.
– Итак, Бернард, – посерьезнела Лоретта. – О чем вы хотите спросить у карт?
– О моей будущей личной жизни, конечно же! – Он озорно улыбнулся ей. – Разве кто-нибудь спрашивает о чем-то еще?
– Ну да, это очень распространенный вопрос, – заметила она, поспешно добавив: – Хотя, конечно, каждый случай по-своему уникален.
– Конечно, – кивнул Бернард. – Моя мама частенько говаривала, что каждый из нас – это уникальная по своей красоте снежинка. Разве не так, Ханна? Чувствуешь ли ты себя уникальной по своей красоте снежинкой?
– Иногда, – отрывисто ответила женщина.
– Итак… Что же ждет меня в плане любви и личной жизни? – спросил Бернард, сверкая глазами. – Скоро ли я встречу свою вторую половинку?
– Давайте посмотрим, – отозвалась Лоретта.
До чего же он милый, этот Бернард… Она вообще питала слабость к высоким мужчинам, а от него исходила такая светлая аура…
– Снимите колоду, пожалуйста, – левой рукой.
Он выполнил ее просьбу. Лоретта начала вытаскивать карты, аккуратно раскладывая их на столе.
– Итак, – объявила она. – Есть женщина…
И тут заколебалась. Карты говорили о ком-то, кого он хорошо знал.
– Гм… которую вы знаете довольно давно?
Глаза у Бернарда расширились.
– В самом деле? А карты говорят вам, как она выглядит? Потому что я много кого знаю. – Тут он указал на Ханну и одними губами произнес: – Это она?
Ханна поджала губы, закатив глаза.
– Карты этого не говорят, – смущенно ответила Лоретта. – Но я практически уверена, что это не… гм… ваша присутствующая здесь подруга.
– Такой вот облом, Ханна, – сказал Бернард, пихнув свою спутницу локтем. Она посмотрела на него, приподняв бровь.
– Я вижу большой хаос в картах, – продолжала Лоретта. – Сильное
напряжение. Что-то в вашей жизни стоит на пути между вами и этой женщиной.– Так-так, – задумчиво произнес он. – Но это точно не она?
Лоретта еще раз обвела глазами карты. Картина складывалась неясная, но несколько карт определенно указывали на обман. Эта женщина изменяет Бернарду? Или он сам кому-то изменяет? Обычно Лоретта не видела столько указаний на нечестную игру в одном раскладе.
– Нет, – наконец сказала она. – Точно не она.
– О! – Лицо у Бернарда вытянулось.
– Но вы встретите другую женщину! – поспешила добавить Лоретта, пытаясь быстро соображать. Как бы так описать саму себя, чтоб это выглядело не слишком уж откровенно? – Высокодуховную женщину… С глубокой, мистической аурой.
Глаза Бернарда расширились, и она решила добавить:
– И с каштановыми волосами.
Ее собственные волосы были густо-каштановыми. Тут и полный дурак просек бы связь.
– То есть… родственную мне душу? – спросил Бернард, подаваясь вперед. Он оказался невероятно близко, и Лоретта ощутила его запах. Закружилась голова, в животе разлилось приятное тепло.
– Не исключено, – сказала она. – Если… если вы проявите некоторую инициативу. Если воспользуетесь открывшейся возможностью.
– Ханна, ты это слышала? Моя родственная душа! Где-то совсем рядом! О, эта женщина настоящий экстрасенс – не то что та мошенница, Мьюн…
При этих словах Лоретта едва не подпрыгнула в кресле.
– Жаклин Мьюн? – уточнила она.
– Да, знаете ее? О нет, неужели она ваша подруга?
– Категорически нет, – отрезала Лоретта. – Я просто слышала о ней. И слышала не очень хорошие вещи.
– Она просто кошмар! – воскликнул Бернард. – Она сказала, что все, что меня волнует, – это моя работа, что я ужасен в отношениях и, скорее всего, никогда не найду свою вторую половинку. Можете в это поверить?
– Я и вправду слышала о ней жуткие вещи, – радостно подхватила Лоретта. Это был самый лучший день в ее жизни. – Положа руку на сердце, не думаю, что она вообще умеет предсказывать судьбу.
– Ничуть в этом не сомневаюсь! – Бернард явно разозлился, припомнив эту женщину. – Я был вне себя! Никак не мог успокоиться. Даже Ханна не сумела меня утешить!
Лоретта просто не могла представить, чтобы эта сердитого вида дамочка вообще могла хоть кого-то утешить, но предпочла промолчать.
– Она жутко меня разозлила! – продолжал Бернард. – Никто в жизни не причинял мне такой боли! Я почти желаю, чтобы с ней случилось что-нибудь плохое. В смысле… Обычно я не хочу, чтобы люди страдали, но она тут топчет землю, притворяясь тем, кем вовсе не является, и это отрицательно сказывается на человеческих жизнях, понимаете?
Лоретта ощутила прилив возбуждения. Сказать ему или нет?
– А что если… что если с ней уже случилось что-то плохое? – наконец произнесла она.
Бернард удивленно посмотрел на нее.
– Что, например?
– Ну, вдруг кто-то решил, что она заслуживает того, чтобы ей причинили боль, как она причинила боль другим людям?
– Вы говорите о себе? – прошептал Бернард с уважительным выражением на лице. – Неужели вы… что-то с ней сделали?
– Не исключено, – ответила Лоретта, улыбаясь красавцу мужчине. – Она причинила так много вреда.