Тридевять земель
Шрифт:
Они стояли у Колизея. Руины теперь выглядят особенно символично. Здешние технологии куда более развиты, чем на моей Земле, подумал Артём. И всё равно – люди постоянно на грани выживания. Враг время от времени прорывается из ниоткуда, и не удаётся найти закономерности, не удаётся понять источник и цель. Только – быть готовыми в любой момент принять бой, дать отпор и уничтожить ещё одну точку высадки. Никогда прорывы не происходят повторно из той же точки: на расстоянии талана вокруг всё становится как бы безопасно. Получается, сейчас Риму не грозят прорывы? Никто не знает, возразила Лилия. Военные не опираются на предположения.
Запах тем временем стал почти непереносимым. Надо что-то делать.
— Кстати об ангарах. Я там был, и мне всюду мерещился странный запах. От самих танков примерно так же пахнет. Вы не в курсе, что это?
— Каждый школьник знает, сэр Ортем. Танки, даже не в боевом положении, необратимо разрушают органические вещества поблизости от себя. В том числе человеческие ткани. Поэтому с танками работают или выбравшие наказание, или роботы.
— Вы сюда прямо из ангара пришли?
— Конечно. Да, могла принести запах с собой. Но он выветривается, не беспокойтесь. Я слежу за этим.
Артём не сразу решился продолжить.
— Вы не могли принести что-нибудь на одежде? Я не хочу вас обидеть, но мне по-прежнему мерещится…
Лилия изменилась в лице. Так, словно Артём ударил её по лицу, или сказал что-то очень грубое.
— Отвернитесь, сэр Ортем, – cказано был очень сухо. – Вам ведь не трудно? Пожалуйста, отвернитесь.
Ладно. Артём отвернулся, постаравшись не пожать плечами. И…
Едва заметил! Лилия бросилась бежать. Бежала куда в сторону окраин Рима – туда, где небезопасно. Бежала молча, и очень быстро.
— Подождите! – Артём едва догнал её. Вот тренировки у них! Сказывается сидячий образ прошлой жизни. – Лилия! Я ведь не хочу вас обидеть. Да стойте же!
Он поймал её за руку и сумел удержать. Лилия отдёрнула руку, на лице её Артём заметил слёзы.
Чёрт, ну и запах! Взял её за руку – теперь от собственных пальцев доносился отчётливый трупный запах. Она сама не чует, что ли?
— Успокойтесь! – Он взял её за плечи – если честно, то превозмогая отвращение. – Это лечится? Есть средства от этого? Отвечайте!
Она кивнула.
— Есть, – прошептала Лилия. – Но я не могу.
— Почему?!
— Мне не по карману, – отвела она взгляд. – Простите меня. И благодарю, что увели меня. Если бы явилась вместе с ней… всех бы опозорила. Отпустите мою руку, сэр Ортем. Вам и так придётся долго отмываться.
— Далеко ближайший доктор? Сколько туда ехать?
— Можно не ехать. Можно сюда вызвать. Стоить будет одинаково.
— Сколько? Говорите, я уже начинаю злиться.
Она сказала, и Артём сделал всё, чтобы не присвистнуть. Пятьдесят зоркмидов! Дроссель за поход получает двести минимум, плюс ещё триста в месяц, просто так. Действительно недёшево. Но… чёрт побери, нельзя же вот так бросить человека в беде!
— Вызывайте доктора сюда, – распорядился Артём. – Сейчас же.
– - -
Доктор оказался тем же самым, к которому Артём ходил на медосмотр – седовласый, шевелюрой напоминающий одуванчик. И с детским таким лицом – выглядел комично. Он вышел из временной палатки, которую развернули его ассистенты, и протянул Артёму полотенце. Выглядело как полотенце, по крайней мере.
— Вытрите руки, сэр Ортем. Эти соединения небезобидны. Через пару минут запаха уже не будет.
— Что с ней? Это повторится?
— Если вернётся
в ангары, повторится очень быстро. Если нет – нужно проходить ежедневный осмотр, очистку крови, восстановление печени… Сразу говорю, это платное мероприятие, – и назвал сумму. Всего-то десять зоркмидов сеанс. На Айуре болеть тоже недёшево.— Я оплачу её лечение. Сколько нужно наблюдаться?
— Вначале – дважды в день в течение недели. Потом ещё неделю раз в день. Далее – по итогам.
Артёму потребовалсь спросить доктора, как оплатить его услуги - всё ещё слабо владел здешними технологиями – и, проводив дилижанс медиков, вошёл в палатку. Когда выйдете, напутствовал доктор на прощание, не забудьте свои вещи внутри, и потяните вон за тот шнур. Через пять минут палатка самоуничтожится со всем содержимым, при этом не нанесёт вреда природе. Вот это технологии!
Лилия сидела внутри – в серой военной форме. В такой она водила его по городу в тот, первый день их встречи. Сидела, и смотрела себе под ноги.
— Одного не пойму, – произнесла она, наконец. И посмотрела ему в глаза. – Зачем вам это? Вы же совершенно меня не знаете.
— Вы сказали, что вы её подруга. Что заботились о ней. Это правда?
Она кивнула, но Артём заметил некоторую заминку.
— Этого достаточно, – он уселся рядом. – Как вы себя чувствуете?
— Отвратительно. Простите. Я про физические ощущения. В остальном… вы меня спасли, вы понимаете? Мне была одна теперь дорога – на фермы, или прочь из Рима. На выбор. Разница невелика.
— Похоже, вы натворили что-то серьёзное, раз с вами так обошлись, – Артём уселся на соседний стул. В палатке приятно – прохладно, хотя солнце по ту сторону печёт во всю мочь.
— Натворила. Но вам всё равно не скажу, не просите. Но я умею платить добром за добро, сэр Ортем.
— Это потом. Думаю, нам пора уже возвращаться. Сможете?
— Если пойдём медленно, смогу.
– - -
В столовой было не протолкнуться. Миранда встретила Артёма, и отвела его в сторону.
— Марина говорит, вы можете не знать всех подробностей. Она сейчас придёт к вам в апартаменты. Потом туда будут заходить представители домов, с которыми она смогла договориться. Если вы принимаете их предложения – просто кивните. Спрашивайте, что хотите, но кивните, это главное. Запомнили?
Он кивнул. Миранда отыскала взглядом Лилию.
— Проводи его, хорошо? Всего полчаса, и сможете отдохнуть.
– - -
Марина пришла первой – уставшая, сразу видно, но довольная. Она ничего не успела сказать – почти сразу же постучали.
— Аркадия Вита, из дома Нерон, – Миранда входила первой и представляла.
И видом, и манерами Аркадия – высокая, светловолосая дама с римскими чертами лица – давала понять, что дом Нерон – известный и уважаемый. Но держится почтительно. Как интересно!
Дом Нерон обещал поддержку и предлагал совместную коммерцию… если честно, Артём уже ничего не запоминал. Голова устала. Вежливо благодарил, кивал – и так несколько раз.
— Всё, Марина, – Миранда закрыла двери за собой. – У тебя замечательно получилось!
Они обнялись… и Миранда, подмигнув Артёму, оставила их.
Марина села, и вдруг… расплакалась. Прижав ладони к лицу. Артём, по совести, растерялся. Не сразу обнял её… вначале осторожно. Но она сама крепко обхватила его, и на лице её он заметил улыбку.