Чтение онлайн

Тогда Верити сказала:

– А что, если я поеду с вами прямо сейчас?

– Поедете с нами?

– Извините, наверное, в вашей машине не так уж много места?

– Да нет, места хватает, но она выглядит очень неуклюже, и ребята называют ее «танк». Но это просто замечательно!

– Может быть, вы и ошибаетесь, – пошутила Верити.

– Да нет, я думаю, так же как и Гуннар, что у вас приятный голос. Вы действительно согласны?

– Абсолютно. Итак, где и когда?

– В течение часа, как я уже вам говорила. – И женщина назвала Верити место встречи, которое смог бы отыскать даже человек, недавно приехавший в Сидней. Очень довольная, шведка повесила трубку.

Верити

опускала трубку медленно. Она понимала, что то, что она собирается сделать, ужасно глупо… Но это необходимо было сделать, чтобы обрести спокойствие духа. Она все равно не сможет смотреть Барту в лицо. Со временем она, возможно, сумеет и должна будет это сделать, но сейчас ей необходима своего рода передышка.

Верити уже сложила все свои вещи в сумку, так что собираться не было нужды. Она отдавала себе отчет, что должна оставить какую-нибудь записку, чтобы Барт не подумал, что с ней случилось что-то ужасное, и не поднял тревогу.

Верити достала листок бумаги и ручку. Она решила, что записка должна быть краткой, просто написала: «Я уехала. В.»

Спускаясь по лестнице, она услышала, как зазвонил телефон, но не вернулась.

Тетапарилли находилась далеко на северо-западе и, несмотря на мрачное описание Греты Далквист, оказалась маленькой аккуратной станцией. Причиной постоянной занятости Греты был новый урожай, который они должны были собрать и который в значительной степени был взращен руками этой женщины. Это был урожай лечебных трав.

– Наши родители в Европе тоже занимались этим делом, – объяснили супруги, – а сейчас спрос на этот товар растет.

Они приехали в Австралию, чтобы получить наследство. Дядя завещал Гуннару свою недвижимость.

– Конечно, он был шведом, – засмеялась Грета. – Вы только взгляните на мебель!

Верити отметила, что мебель была очень старой, но при этом очень красивой. Продажей такой мебели она занималась когда-то, работая в Челси. В Австралии такая мебель была редкостью.

– Да, дядя Бент выписал ее, – сообщила Грета, когда Верити высказала свое мнение. – Она очень хорошо сохранилась, но нам кажется, что она здесь не к месту. Мой муж и я предпочитаем современную мебель, которую сейчас неплохо делают в Швеции. Мы уже заказали себе кое-что.

Грета с большой гордостью продемонстрировала Верити только что полученную сугубо функциональную, очень простую мебель.

– Вам такое не нравится? – засмеялась она.

– Отчего же. Однако по сравнению со старой она проигрывает. Возможно, я сама немного старомодна. Но больше всего мне не нравится то, что в одной комнате находится и старая мебель, и новая.

– Нам тоже, но не все сразу… не все сразу… – Грета Далквист взмахнула своими сноровистыми руками.

– Вы собираетесь продать эти старые вещи? – поинтересовалась Верити.

– Мы начали распродавать их сразу, как только Большой Гуннар и я поселились здесь. – Грета называла своего мужа не иначе как Большой Гуннар. – Простите, если мы разочаровали вас… – Она рассмеялась. – Зато вы нас не разочаровали. Мы до сих пор не можем поверить, что нам так повезло.

– Честно говоря, я не так уж и разочарована, – улыбнулась Верити. – Ваша новая мебель очень хороша. Просто я больше люблю старые вещи.

– И даже в новой стране?

– Страна тоже старая, – возразила Верити.

Грета обняла ее и повела вниз, к грядкам лекарственных трав.

– Я обожаю это, – призналась Грета. – Вы, наверное, плохо подумаете обо мне, если я скажу, что урокам английского

языка со своими мальчиками я предпочитаю возню с грядкой душистой мяты?

– Думаю, то, что вы собираетесь платить мне за эти уроки, свидетельствует о вашей любви к сыновьям.

– Боюсь, что не смогу платить вам много, – забеспокоилась Грета, называя сумму.

Жалованье не было большим, впрочем, Верити не думала об этом. У нее было все, что она хотела. К тому же она на какое-то время избавилась от своих проблем.

Верити очень понравилась молодая пара. Они действительно были молоды, несмотря на уже достаточно больших сыновей.

– Нас рано поженили, – объяснила Грета.

Когда одному из мальчиков было семь, а другому – девять, они оставили детей с родителями Греты и уехали в Австралию. Несколько раз в течение этих лет Грета ездила в Швецию, чтобы повидать сыновей. И вот сейчас она привезла их с собой.

– Ребятам нравится здесь, так же, как и нам. Но они тоже любят новые вещи. Потому так и вышло с мебелью дядюшки Бента. – И снова Грета рассмеялась. Она производила впечатление абсолютно счастливого человека и много смеялась.

Только увидев Грету и мальчиков, Верити поняла, что с такой милой семьей она где угодно будет счастлива. И когда в Бетерсте к ним присоединился Большой Гуннар и взял инициативу в свои руки, она и вовсе успокоилась.

Дом, в отличие от распространенных здесь скучных одноэтажных зданий, оказался просто восхитительным. Он, казалось, каким-то чудом перенесся сюда из Швеции. Приятно удивленная Верити побродила по всем трем его этажам, заглядывая в многочисленные комнаты и мансарды.

Верити решила, что мальчики очень милы, и почувствовала, что тоже понравилась им. Большой Гуннар выстроил на территории усадьбы бассейн. Кроме того, в распоряжении Верити была лошадь, чтобы совершать прогулки верхом вместе с Гуннаром и Ульфом. В сущности, она и не могла желать большего.

Грета непринужденно болтала обо всем на свете, но никогда не становилась назойливой и не пыталась выведать подробности жизни Верити. Однако, если Верити что-то рассказывала ей, Грета слушала ее с неподдельным интересом, выдавая тем самым свое любопытство. И все же она никогда не задавала вопросов, а Верити никогда не делилась своими секретами. Да и что она могла рассказать? Ведь нельзя говорить о том, чего нет.

Хозяйство Гуннара и Греты представляло собой довольно пеструю картину. У них были овцы, несколько коров, поля, засеянные пшеницей, плантации лекарственных трав. К тому же они сдавали в аренду небольшой участок земли молодому фермеру Крису Боливеру. Через две недели после своего приезда Верити познакомилась и с ним.

Незадолго до этого Грета сделала слабую попытку узнать, как Верити относится к перспективе знакомства с Крисом.

– Крис живет сейчас совсем один, это нехорошо, – сказала она. Затем, как будто поборов себя, осторожно добавила: – Это нехорошо и для вас, Верити.

– Я всем довольна, благодарю вас, Грета, – ответила Верити.

Да, она была настолько довольна, насколько могла, учитывая ее положение. Временами чудовищность всего содеянного, этот скандальный побег после замужества без каких-либо объяснений (только: «Я уехала. В.») действительно пугали ее, так как, по совести говоря, она понимала, что все это действительно ужасно. Теперь же она узнала всю прелесть безмятежности в этом дальнем прибежище, с его бескрайними просторами, ясными небесами, далекими горизонтами, с его симпатичными людьми, которых она успела полюбить. Она знала, что Грета очень хочет познакомить ее со своим соседом.