Чтение онлайн

И хорошо. Мне нужно сосредоточиться.

* * *

Жмурясь, я повалилась на газон, пытаясь отдышаться после забегов. Спина ныла, легкие сдавливало в железных тисках, и как бы мне ни хотелось обмахнуться подолом футболки, я не могла обнажать живот.

Вот блин.

На лицо упала тень, а следом раздался знакомый голос:

– Вставай, шнекке. Ты способна на большее.

Я не стала открывать глаза. Проигнорировать его хотелось просто до невозможности, но я не могла себе это позволить. Если буду

делать вид, что его не существует, то лишь сыграю ему на руку. И еще: «шнекке»? Это еще что значит? Хотя нет, неважно. Плевать.

– Сейчас встану, – выдохнув, ответила я.

Несмотря на ответ, мое личное затмение не сдвинулось с места.

Я, переведя дух, так и не открыла глаза.

Тень сместилась вправо, и что-то слегка ударило меня по ноге.

– Ты нормально себя чувствуешь? Будешь сегодня играть? – тихо спросил Култи.

Открыв глаза, я уставилась в сизое небо.

– Нет.

Култи стоял у моих ног, заложив руки за спину, и смотрел на меня сверху вниз.

Смерив его взглядом, я перекатилась, осторожно поднялась на ноги и одарила немца натянутой фальшивой улыбкой.

– Пойду заниматься.

И я ушла.

* * *

В восемь вечера телефон пиликнул, оповещая о сообщении.

Я сидела на диване, закинув ноги в носках на кофейный столик, а когда взглянула на экран – увидела, что пишет мне «Шоколадный торт».

Я вернулась к просмотру телевизора. Он бы позвонил, если бы с ним что-то случилось, но телефон так и остался молчать.

* * *

В пять вечера на следующий день телефон снова пиликнул.

На экране высветилось: «Шоколадный торт».

Мелькнула мысль хотя бы посмотреть, что он пишет, но вчера я его проигнорировала, а сегодня на тренировке он устроил мне настоящий ад. Он вообще вел себя так, будто ничего не случилось, будто не он недавно повел себя как откровенный мудак.

И он продолжал мне писать.

– Они что, до твоего номера добрались? – спросил Марк, сидящий за рулем.

Я отложила телефон и покачала головой. Марк знал о безумных журналистах и о тайне водительских прав Култи и давно предупреждал, что мне стоит ждать звонков, особенно учитывая, что из всех игроков только мы с Дженни засветились с ним на фотографиях.

– Нет. – Я улыбнулась другу и ляпнула первое, что пришло на ум: – Ошиблись номером.

– Ты закончила?

Я перекинула сумку через плечо и выпрямилась, вытерев лоб тыльной стороной ладони.

– Мне пора на работу.

На плече немца висела его собственная сумка. Он провел ладонью по волосам; на красивом лице читалось заметное напряжение.

Я вскинула брови, натянула улыбку, отвернулась и пошла прочь.

Култи схватил меня за запястье, удерживая на месте.

– Сэл, – прошипел он, разворачивая меня к себе лицом.

Я выдохнула через нос и вскинула голову, заглядывая ему в глаза.

– Мне нужно работать, Култи.

Он отдернулся, а его щека округлилась, будто он ткнулся в нее языком.

– Култи? Серьезно?

– Что не так? – Я вывернулась из его хватки, не сводя взгляда с каре-зеленых глаз, которые

сегодня казались светлее обычного. – Слушай, мне правда пора. Нужно же на что-то жить, – сказала я, одарив его снисходительной, самодовольной и даже чуть-чуть стервозной улыбкой.

– Не стоит принимать чужие слова близко к сердцу. – Он наклонился ближе, и я с трудом подавила желание закатить глаза.

– Знаешь, что мне реально не стоит делать? Тратить свое время на человека, который не в состоянии нормально себя вести.

У Култи дернулся кадык; он пристально посмотрел на меня, не торопясь с ответом, а потом твердо размеренно сказал:

– Раньше я зарабатывал больше многих, ты не единственная…

Не это я хотела услышать. Глаз дернулся.

– Да-да, ты зарабатывал за день больше, чем люди в странах третьего мира зарабатывают за жизнь. Поверь, я понимаю, и мне максимально плевать, сколько ты зарабатываешь или не зарабатываешь. Не тупи.

Судя по выражению его лица, он не привык к таким заявлениям, но сейчас мне уже все равно.

– Я пахала ничуть не меньше тебя, чтобы всего добиться. То, что я меньше зарабатываю, не значит, что я меньшего стою.

Култи помотал головой.

– Я ничего такого не говорил.

– Да? Потому что со стороны выглядело именно так. И мне надоело, что ты вечно принижаешь меня из-за того, что у меня есть вторая работа.

– Сэл, – пробормотал он.

Я приподняла бровь.

– Я занимаюсь ландшафтным дизайном. Ты знал? А то ты не спрашивал. Ну, теперь знаешь, и самое время. Уж прости, что не могу соответствовать твоим стандартам.

– Каким стандартам?

– Твоим. Тебя же не устраивают мои советы. Почему, кстати? Потому что я еще маленькая? Или нищая? Нет, погоди… потому что я девушка. Угадала?

– Почему ты такая упрямая? Я не это имел в виду.

Я резко хохотнула.

– По-твоему, ты бы на моем месте промолчал? Серьезно? – Он бы послал меня на хер и в жопу, и это самый приличный из вариантов.

Судя по языку, вновь уткнувшемуся в щеку, он это понимал.

Я осторожно вывернулась из его хватки, и в этот раз он меня отпустил.

– Слушай, у меня нет настроения с тобой разговаривать. Не думай, что можешь срывать на мне злость, а потом делать вид, что все в полном порядке, и я буду тебе подыгрывать. Дело вот в чем: я бы никогда и никому не сказала то, что ты сказал мне. Я думала, что мы друзья, но зря. Я не хочу дружить с человеком, который смотрит на меня свысока. Мне правда нужно идти. – Я отошла от него на пару шагов и неискренне улыбнулась. – Потом поговорим.

Я понятия не имела, как он отреагировал, потому что развернулась и пошла прочь. Я не врала. У нас с Марком действительно много работы.

Я уставилась на экран планшета.

– Ну что?

«Ну что, это ты?» Да, я. Сцепив руки в замок и зажав их ногами, я отвела взгляд от фотографий, сделанных прямо перед зданием, где находился офис моего врача.

На первом снимке я шла рядом с Култи, опустив голову. На втором – стояла рядом с его машиной, на третьем – садилась в нее, а немец стоял сзади, причем слишком уж близко.

Отрицать невозможно: да, это действительно я. Любой человек с мало-мальски нормальным зрением бы заметил.