Чтение онлайн

На следующий день где-то в начале второго тайма мне пришлось смириться с тем, что играю я сегодня откровенно го-венно.

Ну ладно, тут я немного преувеличила, но суть оставалась прежней: играла я просто ужасно. Злилась, никак не могла сосредоточиться и выкинуть лишние мысли из головы. Меня разрывало от подлости Эмбер. Как будто она мало выпила из меня крови. Последний наш разговор задел меня настолько, что никакая грязная сантехника не помогла заглушить обиду. Я просто не могла отдаться игре, потому что бесилась, а на остальное мне насрать.

Поэтому я нисколько

не удивилась, когда мой номер загорелся на табло красным, а номер другой девушки – зеленым. Я даже не злилась, что меня заменили. Расстроилась и смутилась – да. До этого меня заменяли всего несколько раз, и всегда по уважительным причинам: неизбежным судорогам и порванным мышцам. Ну и еще когда мне тайком врезали локтем по почкам и Гарднер решил заменить меня, пока я не натворила что-нибудь, о чем бы потом пожалела. Но в этот раз моей неаккуратности и рассеянности не было оправданий.

Какая я дура. Понимала же, что это глупо. В любой другой ситуации я бы и бровью не повела, а тут так тупо облажалась.

Я медленной трусцой побежала с поля, избегая чужих взглядов и не поднимая глаз. А когда пробиралась мимо Гарднера с Култи к скамье запасных, кто-то схватил меня за запястье. Гарднер никогда никого не хватал, поэтому я поняла, кто это, еще до того, как обернулась.

Безумного цвета глаза смотрели на меня с высоты ста восьмидесяти семи сантиметров. Между темных бровей залезла хмурая складка.

– Что с тобой сегодня такое? – бросил он недовольно.

Я резко втянула воздух, посмотрела ему в глаза и пожала плечами.

– Прости. – Я не собиралась оправдываться. Не могла.

Его это, видимо, разозлило: ноздри раздулись.

– И все? Больше ничего не скажешь?

– Мне нечего говорить. Я хреново играла, и вы меня заменили. Я все понимаю.

Клянусь, если бы Култи был из тех людей, что бьют себя по лбу, он бы сейчас это сделал.

– Уйди с глаз моих. Потом с тобой разберусь.

Я, конечно, ожидала чего-то подобного, но все равно вздрогнула. И все же я прикусила язык, проглотила гордость, признала вину и направилась к скамейке, где уткнулась локтями в колени и провела игру, глядя строго на поле и мысленно ругая себя за тупость.

Час спустя наша команда с трудом вырвала победу со счетом 1:0 – спасибо единственному голу Грейс, идеально коснувшейся мяча самым кончиком бутсы. Вернувшись в раздевалку, мы выслушали лекцию о том, где мы ошиблись и что сделали неправильно. За всю тираду Култи ни разу не взглянул на меня, хотя было очевидно, кого он подразумевает. Раньше меня бы это выбило из колеи, но на сегодня я смирилась с реальностью. Закончив разбор мотивационной речью, Гарднер отпустил нас из раздевалки.

Ни с кем не разговаривая, я приняла душ, переоделась и направилась к автобусу, который за десять часов должен доставить нас в Хьюстон. Собеседник из меня вышел бы неприятный: я слишком злилась на себя за плохую игру, и все это понимали и давали остыть. Сгорая от неловкости, я успела пройти половину пути до автобуса, как вдруг заметила Култи, который стоял в стороне и разговаривал с… женщиной. Это же женщина? Я прищурилась.

– Касильяс!

Я

замедлила шаг. Мне не хотелось, чтобы меня отчитывали перед посторонней женщиной или стройным мужчиной в узких джинсах, не знаю. Совсем не хотелось. Вообще. Но я не могла сделать вид, что не услышала, и просто пойти к автобусу, это было бы слишком очевидно.

– Касильяс!

Черт. Черт-черт-черт.

Ну что ж, меня предупреждали. «Потом с тобой разберусь» – не самая туманная угроза. Была бы я религиозным человеком – перекрестилась бы, но в итоге просто пошла к немцу. И да, вот теперь я точно разглядела в незнакомке женщину, так что пора снова влезать в ментальный камуфляж.

Нас разделяла всего пара метров, когда я поняла, с кем он разговаривает. Со своей бывшей. Блин. Кажется, она то ли снималась когда-то в кино, то ли продолжала сниматься.

В мгновение ока во мне вскипел гнев, с каждым шагом разгорающийся только сильнее. Серьезно, он решил отчитать меня на глазах бывшей девушки?

– Точно не хочешь встретиться вечером? – спросила рыжая красотка, игнорируя мое приближение.

Култи даже не смотрел на нее. Он смотрел на меня – на очень взбешенную меня. Его односложный ответ прозвучал привычно жестко:

– Нет.

Женщина согнула длинную ногу и склонила голову, заглядывая Култи в лицо.

– Уверен?

В темноте я не заметила, посмотрел он в ее сторону или нет.

– Да, – подтвердил он.

– Култи… – Ладонь легла ему на плечо, и я не могла не заметить, как он ее сбросил.

– Долго тебя носило, – проворчал он, когда я остановилась рядом, но не слишком близко.

Я старалась не смотреть на женщину, которая до сих пор пыталась привлечь его внимание.

Совсем отчаялась, что ли? Капец.

Я просто пялилась на него, не скрывая своего раздражения. Он серьезно собрался меня отчитывать? Что, не мог найти более подходящего момента?

Собрав в кулак всю храбрость, которой у меня, считай, не осталось, я насилу успокоилась, расслабила плечи, чтобы не выдать своего напряжения, и моргнула.

– Да, тренер?

Его яркие глаза пронзили меня с силой прожектора. Самого сильного прожектора на земле. Судя по изгибу губ и подергиванию челюсти, он близок к убийству.

Даже не удосужившись взглянуть на женщину, которая все еще с надеждой смотрела на него, он понизил голос – к сожалению, не потому, что хотел избежать публичной сцены, а просто потому, что бесился, – и с нажимом спросил:

– Что с тобой сегодня такое?

Сразу к делу, конечно. Ну ладно. Я облизнула губы и пожала плечами.

– Не могла сосредоточиться на игре, извини.

То, что это больше не повторится, подразумевалось само собой.

– И все? – выплюнул он.

– У меня нет оправданий, – ответила я, наблюдая за тем, как женщина переводит между нами взгляд. – Я все понимаю, и мне очень жаль.

Он прикрыл глаза. Если бы я не знала его, то решила бы, что он хочет спать. Но нет, куда там.

– Ты играла как слабоумная.

Серьезно? Обязательно оскорблять меня на людях?

– Култи? – Женщина помахала рукой у него перед носом.