Чтение онлайн

— Рановато ей столько мужиков! — вставляет Алекс. — А когда вырастет, мы ей умного пожелаем.

— И доброго, — застенчиво улыбается Стеф.

— Не хочу показаться нескромным, но мне кажется, что вы говорите обо мне, — улыбается Вадик, не сводя плотоядного взгляда с моей старшей сестры.

И Алекс почему-то не фыркает и не язвит. Она неожиданно краснеет и топит смущённый взгляд в игристых пузырьках шампанского.

Это ещё что за новости? Я ведь предупреждала её, что Вадик… Нет, он, конечно, замечательный друг — безотказный, добрый… Но он же кобель! По его теории, каждая красивая девушка достойна его любви, но не всякая

достойна быть отлюбленной дважды. И лучшая девчоночья сторона — та, на которой закреплены большие сиськи.

Но среди присутствующих такой стороной может блеснуть только наша фигуристая рыжуля. Но даже тот факт, что по протекции Вадика Алекс уже два месяца работает в компании его отца, не даёт моему другу эксклюзивного права на её пышные достоинства. Поэтому, когда в десять вечера Вадик вдруг заявляет, что пора и честь знать, я с облегчением выдыхаю.

— Спасибо, что пришёл, Вадим, — каким-то дурным томным голосом блеет Алекс.

И огромное спасибо, что сваливаешь, дружок!

Я торжествующе улыбаюсь, пока Вадик вкрадчиво не озвучивает:

— Ты проводишь меня, Александрина?

И я тоже провожаю его, стоя на промёрзшем балконе, и наблюдаю, как оглаживает Вадик ту самую — выдающуюся сторону моей сумасшедшей сестры. Ричард, впиваясь мне в плечо опасными когтями, равнодушно разглядывает пылкую парочку. А мне хочется крикнуть: «Фас, Ричи!»

И хочется развидеть, не слышать, забыть отвратительное чваканье их поцелуев, звенящее гулким эхом в морозном вечернем воздухе.

Январь

Паркую своего «Пыжика» напротив подъезда, глушу двигатель и продолжаю сидеть в стремительно остывающем салоне. Сил нет совсем, а ещё столько осталось незавершённых дел… Мне бы часиков десять прибавить к суткам… А лучше двенадцать, чтобы и на сон немного отщипнуть. Поднимаю глаза на окна и улыбаюсь — как же здорово, когда дома горит свет! Я знаю, что меня там ждут, и усилием воли заставляю себя покинуть автомобиль.

— Айчик, привет! Ох, опять нагрузилась, как верблюдица! Устала? — Стеф вырывает у меня пакеты и резко сгибается под их тяжестью.

— Обалдела, мелюзга? А ну, поставь немедленно, надорвёшься!

— Ой, кто бы говорил, да ты даже меньше меня! Думаешь, тебе полезно такие тяжести таскать?

— Я старше, — ворчу себе под нос, понимая, что так себе отмазочка получилась.

— Мугу, аж на полтора года! Старушенция! — хихикает Стеф и вытаскивает из пакета продукты, облегчая ношу. — Айка, а я такую пасту приготовила! Давай быстрее раздевайся и мой руки, тебе ещё пальчики облизывать. Кстати, Ричи я уже накормила, но этот проглот ещё требует.

И в подтверждение её слов из комнаты прилетает возмущённое:

— Жрать, шаболда! Жра-ать!

Стешка скачет за мной по пятам. Подаёт полотенце для рук, организовывает для меня ужин, ухаживает за мной и трещит без умолку.

— Ай, ну скажи, правда вкусно? — заглядывает в глаза, а я мычу блаженно и чмокаю подушечки пальцев. И сестрёнка сияет: — То-то же!

— А ты почему одна дома, где все? — я неопределённо взмахиваю рукой, не отрываясь от изумительной пасты.

— Не одна, а с Ричардом, — укоризненно поясняет Стеф, а я мысленно прошу у Ричи прощения. — А с ним и не скучно, и не страшно. Мама ещё днём уехала к тёте Марине, а Алька умчалась к своему Вадьке. Кажись, наша систер серьёзно влюбилась. Вот что значит сменить

обстановку, да, Ай? А то я уж боялась, что она так и завянет со своим компом в обнимку.

«К своему Вадьке»… «Кажись… влюбилась»…

Да не кажись, а сто пудов! И к гадалке не приставай! Вопрос — на сколько же хватит нашего Вадика? И главный вопрос — что потом будет с Алекс?

Сосредоточенно пережёвывая, я думаю о том, что уже давно следовало поговорить с этим любвеобильным перцем, но каждый раз я пытаюсь поставить себя на место Алекс… Мне бы точно не понравилось такое вмешательство. А как же быть? Отпустить и… куда вывезет?

Наверное, я слишком долго молчу, да и, судя по хмурым мыслям, видок у меня наверняка не слишком доброжелательный.

— Ай, — очень вкрадчиво начинает Стеф, — а тебе н-не очень нравится, что Вадик дружит с Алькой, да? А п-почему? Он ведь х-хороший, да? Или ты что-то плохое про него знаешь? А расскажешь?

Я молча таращусь на взволнованную Стешку, пытаясь подобрать слова. Да какие слова-то? Скажи мне кто-то про Вадика плохое — да я все губы по зубам размажу! Но Алекс-то мне дороже!..

— А может, ты сама х-х-хотела с ним? — Стеф совсем переходит на шёпот, а в её глазах вина и страх. — А к-как же теперь?..

— Стоп! — я прижимаю подушечку пальца к губам сестрёнки. — Пока ты не напридумывала себе ещё что-нибудь почудней! Мы с Вадиком просто друзья. И, конечно, он хороший, а иначе я бы с ним не дружила. Просто… — О, господи, как же это непросто! — Понимаешь, Стеш, Вадик… он очень влюбчивый… и иногда ветреный в отношениях. Поэтому я немного волнуюсь за Алекс…

Как же — немного! Да этот чудо-пахарь уже задолжал мне пару миллионов нервных клеток!

— Но ведь наша Алька лучше других… Она такая умная и красивая!.. В неё же нельзя не влюбиться, п-правда? — Стеф почти уговаривает меня, а я… Разве я могу возразить?

— Правда, малышка. Думаю, с нашей Алекс у них всё будет по-другому. По-настоящему.

Стефания мгновенно повеселела и тут же на радостях выдала мне новость:

— А меня сегодня Игорь Козлобаев на свидание пригласил!

Что это ещё за Козладоев?

— Круто! А сколько ему лет? — я улыбаюсь изо всех сил.

— Шестнадцать, он из десятого класса, — Стеф закусывает нижнюю губу и становится похожей на маленькую девочку.

Хотя, о чём это я? Она и есть маленькая! И всю жизнь эту малявку кто-нибудь зазывает на свидание. Только раньше это были такие же писюны, как и она сама… Но этому козлу шестнадцать! Он чем собрался с ней заниматься на этом свидании?! Я должна на него посмотреть… Шестнадцать! Ужас!

Внезапно в мой ужас вторгается дверной звонок.

Алекс, томная и загадочная, вплывает в квартиру. Ломается и тянется, как кошка мартовская, глаза полупьяные, губы — будто насосом накачали.

— Айечка, — мурлычет Алекс, — а почему ты не рассказала своим сестрёнкам, что просила Вадика на тебе жениться?

Я морщусь от досады, глядя, как увлажняются глаза и начинают подрагивать губки Стефании. Наверняка в её красивой головке уже развернулась жесточайшая драма под названием «Жених моей глупой сестры». Но я не собираюсь потворствовать её буйному воображению.