Тени Рентиана
Шрифт:
Принесли таз с нагретой водой, чистую одежду и Раймонда с облегчением сбросила с себя пропитанную потом рубашку и пыльный дорожный камзол. Штаны и сапоги составили компанию верхней одежде на полу, и она с удовольствием умылась и обтерлась влажным полотенцем. Впору бы пойти в купальню, но не стоит заставлять ждать двоюродную тетю, которой обязана возвращением домой, так что Раймонда обошлась малым. Потом она с удовольствием обтерлась прохладной махровой простыней, и надела все чистое: домашние штаны с рубашкой из светлого ситца и мягкие домашние туфли.
Освежившись и чувствуя себя бодрее и сильнее, молодая женщина пошла в обеденную.
Небольшая, но длинная
Кардиналисса Анна, в миру звавшаяся Арин Балмонт, стала опекуном тринадцатилетней Раймонды, когда отец заболел лихорадкой и поспешно отправился в Светлое Царство, а мать, герцогиня Изабель Вион, в скором времени присоединилась к нему, рожая сына. К сожалению, младенец оказался слабым и умер на третий день своей жизни. Посетовав, что девочка смогла бы выжить, кардиналисса утешала сироту, пока это было необходимо, а когда через год закончился траур, Раймонда поступила в Академию Рыцарей. Таким образом, Ее Высокопреосвященство Анна заменила для двоюродной племянницы всю семью. И, разумеется, Раймонда отплатила ей за доброту не самым лучшим образом, связавшись десять лет назад с Шанталь и случайно застрелив своего жениха, но едва ли сейчас можно очистить кроваво-темное пятно на собственной репутации.
Низкорослая и полноватая женщина сорока шести лет, одетая в черную сутану, сидела за столом и приветливо улыбалась, глядя на Раймонду темными глазами. Она почти не изменилась, за исключением пары глубоких складок на лбу, а может, подводит скупое освещение, но лицо осталось таким же круглым, нос прямым, а губы — толстыми. Конечно же, Раймонда сразу ее узнала.
– Здравствуйте, Ваше Высокопреосвященство, - произнесла генералесса, склонив голову. — Рада застать вас у себя.
– Здравствуйте, герцогиня. Прежде, помнится, вы называли меня тетушкой, - Анна перестала улыбаться, но в ее глазах заплясало золотистое веселье.
– Прошу прощения, - кивнула Раймонда. — Военные будни накладывают свой отпечаток.
Их последний разговор завершился не лучшим образом: племянница развязала острый язык, а тетя дала ей пощечину и назвала глупой дерзкой девчонкой, на следующий день, после чего офицерка Вион отправилась на службу. Редкие письма были полны официоза и холодной вежливости, из чего Раймонда сделала вывод, что кардиналисса Анна справедливо придерживается невысокого мнения о ней. Оказалось, все не так.
– Да, я наслышана о ваших подвигах, - благосклонно отозвалась кардиналисса, беря тканевую салфетку.
– Теперь вам придется совершать их в столице.
Раймонда присела и подумала, что разговор, вероятно, будет не очень приятным, но ей не привыкать. Тем временем слуги принесли жареный ростбиф, салат из апельсинов и красное вино, и наконец-то начался долгожданный ужин.
– Я действительно рада вашему возвращению, - промолвила тетушка после продолжительной паузы. — Все эти годы я ждала его, и вот, Ее Величество прислушалась к моим доводам.
– Благодарю вас.
– Однако, не все так просто, моя дорогая. Гюстав Сенье был сыном родовитой семьи, его смерть весьма потрясла и опечалила его родственников…
– Не угодно ли вам выпить вина? — перебила Раймонда, дотронувшись пальцами до прохлады хрустального бокала.
– О, Святые Сестры, - покачала головой кардиналисса, -
а я-то надеялась, что вы изменились. Но передо мной сидит та же своевольная девчонка, что и уехала.– Возможно, - усмешка получилась почти злой. — Но я лишь соблюдаю правила хорошего тона.
– И знаете, что я хладнокровна к винопитию. Ладно, не в этом дело. Раймонда, вы знаете, что я люблю вас, как родную дочь, и буду крайне признательна вашей доброте. Война ожесточила вас внешне, но не вашу душу.
– Ошибаетесь, - устало обронила женщина, печально глядя на рыжий огонь в камине. — У убийц нет душ.
– Ну же, не ершитесь, Раймонда. Ее Величество Виолет Готье желает видеть вас представленной ко двору, своей второй защитницей.
– Вот как? Кто же первая?
– Фемита Шанталь Матиа занимает должность главы королевских стрелков. Вам предлагается стать главой личного охранного отряда Их Величеств. Ну а за всю королевскую стражу, вместе взятую, отвечает генерал Валери Дане.
– Как мило со стороны Матиа, - помолчав, ответила Раймонда, - что она согласна терпеть рядом с собой убийцу своей пассии.
– Вы изменились, фемита. Она — тоже. Но все же будьте осторожны с Сенье, прежде это семейство не могло прожить и года без объявления кому-нибудь кровной вражды по надуманному поводу. Что же делать, когда у них имеется повод вполне веский…
Повисла долгая и мучительная для обеих женщин пауза — каждая думала о своем. Вино кружило голову Раймонды — больше от ее усталости, чем от крепости, а на какую тему размышляет кардиналисса, оказалось тайной — Анна так и не выдала своих мыслей. Что же, может и к лучшему.
Шанталь вспоминалась Раймонде смутно: в памяти всплывала лишь коренастая полная девушка с приплюснутым носом и очень злыми глазами. Такие редко меняются и обычно становятся закоренелыми ненавистницами всего живого., но Раймонда предпочла не огорчать тетю.
Остаток ужина прошел в унылом молчании, и вот, наконец, тетушка допила воду, а племянница — вино.
– Оставайтесь здесь на ночь, Ваше Высокопреосвященство, — предложила Раймонда, пожелав сгладить немую неловкость, возникшую между ними.
– Увы, это не положено моему сану. Меня ждет резиденция и молитва.
– Вам отведут гостевые покои и принесут иконы.
– Благодарю, дочь моя, но нет. Твердость духа — есть испытание Богинь.
Раймонда не стала спорить, лишь покорно склонила голову, прежде чем поцеловать протянутые пухлые пальцы тети. От сопровождения до крыльца кардиналисса отказалась и лишь сказала, чтобы послезавтра в десять часов утра Раймонда явилась во дворец. Желательно в парадном мундире родовых цветов. Еще желательнее — не вступать во дворце в споры с Шанталь Матиа или кем-то еще, но Раймонда уже не слушала, у нее слипались глаза. Отчаянно подавляя невежливые зевки, молодая женщина пожелала гостье удачного пути и спокойной ночи.
А потом ее встретила мягкостью уютная постель, показавшаяся после жесткого матраса на казарменной койке просто воплощением Светлого Царства, и Раймонда довольно быстро погрузилась в глубокий целительный сон.
Следующий день оказался медленным, бестолковым и почти пустым, не считая важного разговора с управляющей Зое Пти, которая отчиталась за все расходы и рассказала, что уволила старого горничного за вороватость и вольное поведение с лакейками. Раймонду это вполне удовлетворило. Состояние комнат было в полном порядке, как и книг, посуды, оружия, а за продовольствием уже послали слугу. Поблагодарив управляющую, фемита Вион заплатила ей необходимую сумму за труды, и медленно обошла свои владения.