Чтение онлайн

Чувствуя, как усталость, которую он все это время пытался задвинуть подальше, наваливается на него скопом, Къярт признался:

— Мне жаль разочаровывать вас, но я хочу вернуться. Я сыт по горло горизонтом и… вообще всем. Я понимаю, что однажды мне придется вернуться сюда, из-за Орды и…

Къярт запнулся на полуслове, внезапно осознав, что его заносит не туда. Нет, никаких принятий решения, пока он не обсудит все с Райзом, и уж точно не сейчас, когда его сознание тает, совсем как зависшие в пустоте ошметки.

…Неужели он опять подхватил скверну?

— Но сейчас мне нужно…

— Собраться, — закончил за него Люфир. — Сейчас ты должен

— Вернуться? Зачем?

— Тебе нужно освоить азы, — Люфир похлопал ладонью по карману, в который до этого спрятал огоньки душ. — Къярт, не спорь, ты только зря тратишь силы. Сосредоточься и отыщи путь в кузницу. Я хочу убедиться, что ты сможешь это сделать в случае необходимости.

Циклон рассеялся, и переходя из одного течения в другое, Къярт мечтал о моменте, когда все закончится. Поначалу это спонтанное путешествие под руководством легендарного заклинателя было увлекательным, в некоторой мере, но чем дальше, тем больше происходящее смахивало на лихорадочный бред. Может, никакой это не горизонт, а порождение воспаленного сознания? Предсмертная агония голодающего из-за кровопотери мозга?

— Сосредоточься, — голос Люфира отрезвил его. — Отыщи тот горизонт, где подхватил скверну.

Къярт подчинился.

Когда они оказались в похожем на внутренности гиганта проходе, мох зашевелился, но на этот раз Люфир не стал его игнорировать. Напротив, он остановился и приглашающе протянул ладонь. Паразит простер навстречу бледные девичьи руки; вслед за ними появились голова, грудь и живот. Рождающееся на глазах женское тело льнуло к протянутой руке, точно настоящая девушка, на долгие годы разделенная со своим любовником.

Пальцы Люфира скользнули по глади длинных волос. Сверкнула алая нить.

Мох истошно заверещал, когда голова отделилась от плеч и повисла на волосах, зажатых в руке мужчины. Из нее не капала кровь, а разрез был идеально, эстетично ровен, но на застывшие, словно глиняная маска, радостно улыбающиеся черты нельзя было смотреть без содрогания.

Больше мох не пытался их остановить, и только осуждающе шептал им вслед, пока они не уткнулись в серую поверхность одной из сфер завихрения вокруг кузницы.

— Очень хорошо, — похвалил Люфир, когда они погрузились в молочную белизну кузницы.

— И что мне делать дальше? — Къярт уже смирился со своей участью, но в его интонациях все равно проскользнули недовольные нотки.

Посмотрев на него, точно на непослушного ребенка, страдающего над домашним заданием, Люфир хмыкнул.

— Слушать. Запоминать. Повторять, — ответил он и достал из кармана алые угольки душ.

Повинуясь зову, кристаллы кузницы слетелись к нему и закружились над головой.

Къярт не спрашивал, что произошло с гшанками, которые напали на Люфира в прошлый раз. Это было понятно и так: хищник охотился на добычу, но сам стал жертвой.

Однако все оказалось несколько сложнее.

Как правило, Люфир не убивал тех, кто нападал на него на горизонте. Он ловил их, запирал в клетке из энергии Моря Теней, а затем приносил в кузницу, где разбирал на части, точно детский конструктор.

Витающие в воздухе линзы умели многое. Одни преломляли энергию, обличая суть вещей — снимали с душ кожуру, обнажали их подноготную. Другие, толстые и тяжелые, впитывали силу течений горизонта, вводили ее в резонанс, и могли превратить душу в охапку лоскутов.

— Обращайся с ними осторожно, — наставлял Люфир. — Проявишь халатность, и вместо того, чтобы сделать надрез — уничтожишь объект без следа.

Оказывающиеся

Паукообразные твари, мох — чтобы Къярт попробовал объединить энергии с разной структурой — все это было только началом тренировок по овладению силой кузницы. Къярт не спорил. Ничто не обязывало его использовать это место в будущем, а сейчас, чтобы поскорее со всем закончить, нужно было слушаться и терпеть. И не забывать повторять самому себе, что на разделочном столе — примитивные души недалеких существ. Глупо переживать о душе зайца, которого подали на ужин. Или о душе кого-нибудь покрупнее — уж точно не после всех тех, которых он поглотил в мире Фелиса, оправдывая свои действия необходимостью противостоять Орде.

Иногда Къярт почти забывал об этом. Как, впрочем, и о многом другом.

— Как долго вы тренировались, чтобы связать Жнец с моей душой? — он все же задал вопрос, который следовало оставить при себе.

— Довольно долго. У Жнеца сложная структура, а объединить его с чем-то еще, и сделать это так, чтобы он не разрушил носителя, не самая простая задача. Пришлось перебрать много вариантов.

— Распорядитель, вероятно, был крайне недоволен.

— Гшанки пристани, чьи души могли бы подойти для подобной практики, как правило, не проявляют агрессии. И я не советую тебе испытывать терпение распорядителя и нападать на кого-либо первым.

— Я и не думал нападать, я просто…

— Хотел узнать, какое количество душ пришлось разрушить, чтобы найти способ объединить человеческую душу со Жнецом? — ледяной взгляд Люфира пригвоздил к месту не хуже, чем фиксирующие кристаллы, которые не позволяли «объектам» перемещаться или как-либо менять свое состояние. — Тебя это не должно заботить. Но если это поможет тебе, наконец, собраться, я отвечу. Одну душу. Но бесчисленное количество раз.

— Простите, — буркнул Къярт и сосредоточился на управлении линзами.

Временная шкала отсутствует

Нужно было поскорее со всем разобраться и выбраться отсюда, пока он окончательно не потерял способность трезво мыслить. Как долго они уже здесь?

Сколько бы ни прошло времени, Къярт освоил не только практику, но и теорию. Например, вырезая из души нужную часть, необходимо захватить чуть больше и использовать запас для «сращивания». Таким образом повреждения для донора становились критическими: запас включал в себя перенос не только питающих каналов, но и связующих узлов, и целую массу других составляющих, отсутствие которых дестабилизировало душу. В зависимости от точности и аккуратности иссечения срок полного распада души мог разниться, но в итоге она бесследно растворялась в потоках горизонта.

Глядя на то, как исчезают души гшанков, Къярт думал о том, что уже видел подобное. Когда объектов для тренировки не осталось, и Люфир дал свое позволение вернуться в Море Теней, все мысли занимали братья-перевертыши, чьи души Къярту не удалось призвать.

Когда кузница, сферы завихрения и еще несколько не располагающих к беседе течений остались позади, Къярт произнес:

— Когда я сказал вам о том, что дух Кристара говорил Рифе, вы не спросили, откуда мне это известно.

— А должен был?