Тенебрариум
Шрифт:
— Райли! Дорогая, очнись! — я обернулся. — Никтус, помоги открыть браслеты.
— Сейчас, Владыка. Я ищу ключ, — тот обшаривал карманы убитого Глора. — Нашёл.
— Давай сюда.
Пока мы освобождали Райли, та пришла в себя.
— Писатель, — прошепелявила она, пуская кровавые пузыри. — Я уже думала, что тебя не увижу.
— Да-а, подруга, досталось тебе… Ну да ничего. До свадьбы заживёт. Мы ещё повоюем. Давай, детка, соберись. Нам нужно выбираться отсюда. Поднимайся.
Силясь подняться, Райли наконец заметила Никтуса щёлочкой своего
— Никтус теперь на нашей стороне. Не бойся его.
— Но почему?
— Объясню, когда выберемся, хорошо? Понимайся.
— Одну секунду, — Райли оскалилась от боли, и я заметил, что у неё отсутствует часть зубов. — Сейчас… Ы-ы-ы-а!
С хрустом она вправила себе выбитый сустав, и едва не упала.
— Всё. Я готова. Идём.
— Никтус, давай вперёд, а мы за тобой, — распорядился я.
— Слушаюсь, Даркен Хо.
— Как он тебя назвал? — не поняла Райли.
— Идём, идём, некогда объяснять!
— Мои ботинки. Нужно их забрать.
Ботинки лежали у выхода. Очевидно, суларитам они тоже оказались не по размеру.
В коридоре никого не было, кроме пары трупов. Поднявшись из подвала, мы вышли на площадку первого этажа.
— Как будем выбираться? На площади много народу, — спросил я.
— Через запасной выход. Но там дежурит охрана, — ответил Никтус.
— Сколько их?
— Обычно, двое. Но сейчас, в связи с усилением, может быть и больше.
— Деваться некуда. Попробуем пробиться.
Незамеченными мы проскочили выход в холл, где дежурила группа преторианцев. Судя по звукам и крикам, доносившимся с улицы, оцепление уже лупило кого-то, особенно рьяного. И охрана внутри здания наблюдала за происходящим из окон.
— Быстрее, быстрее, сюда, — вёл нас Никтус. — За выходом будет стена, которая укроет вас от посторонних взглядов. Спуститесь по лестнице, ведущей к бомбоубежищу. Внутрь не заходите. Сворачивайте к парковке и прячьтесь за машинами. Лучше всего проползти под ними. Выйдите прямо к зданию Прокуратуры, и обходите его…
— А ты разве с нами не пойдёшь?
— Тс-с-с! — шикнул суларит. — Стойте здесь.
Оставив нас стоять в коридоре, он завернул за угол.
— Брат Никтус? — послышался оттуда голос охранника. — На рубеже всё спокой… Хр-р…
— Замечательно, — ответил Никтус. — Владыка, сюда.
Мы вышли из-за угла и увидели дверь запасного выхода, перед которой на полу дёргался убитый охранник. Райли первым делом подхватила его нож.
— Ты мне не ответил, — повторил я. — Разве ты с нами не пойдёшь?
— Их там как минимум двое, — прильнув к двери прислушался Никтус. — Без крови вырваться уже не получится. Я их отвлеку и задержу, насколько смогу. А вы действуйте, как я вам сказал.
С верхних этажей донеслись голоса, непонятные крики и топот.
— Похоже, что обнаружили тела моих бывших братьев, — взглянув на потолок, произнёс Никтус. — Нужно срочно уходить.
— Подожди, — я схватил его за руку. — Хочу, чтобы ты знал. Я никогда не забуду
о твоём подвиге.— Ничего другого мне и не надо, — ответил польщённый Никтус. — Сюда идут, нет больше времени.
Он распахнул дверь и вышел на улицу. Мы за ним. На крыльце стоял охранник. Ещё двое топтались возле стены, слушая шум, раздающийся из-за неё.
— Брат Никтус! — воскликнул ближайший преторианец.
— Да, это я, — Никтус широким размахом воткнул нож ему в бок, прямо между завязок удерживающих пластины доспехов.
— В чём дело? — обернулась пара, и на какой-то момент онемела, увидев одного из своих главарей, возвышающегося с окровавленным ножом над только что убитым коллегой. — Какого чёрта?!
— Уходите, — бросил нам через плечо Никтус, и пошёл навстречу двоим оставшимся в живых преторианцам.
Когда они схлестнулись, мы уже бежали вниз по лестнице, к бомбоубежищу. Райли было очень больно. Ноги её не слушались, но она старалась как могла, используя остатки своих сил. Стена, отгораживающая нас от площади, завершилась.
— Не сюда, — я повернул в сторону чугунного забора с открытыми воротами, за которыми виднелась парковочная площадка. — Сюда, сюда!
На парковке стояло несколько военных грузовиков, под которые мы нырнули раньше, чем кто-либо из суларитов, увлечённых собственным противостоянием, успел нас заметить.
Ползком пробрались до последней, самой крайней машины, от которой начинался палисадник, заросший кустами, и протягивающийся до здания Прокуратуры. Не останавливаясь, мы ползли дальше. По ту сторону зарослей, кто-то пробежал мимо палисадника, но нас не обнаружил. Прежде чем покинуть кусты, я внимательно оглядел подходы к зданию. Всё чисто. Если здесь и была охрана, то теперь она стянута к штабу.
Выбравшись из палисадника, мы забежали за угол Прокуратуры, и, обогнув здание, спрятались в одном из расположенных там гаражей.
— Ты как? — спросил я у Райли.
— Я в порядке, — ответила она. — А вот тело постепенно отказывает. Давно меня так сильно не дубасили. Пытались вскрыть мою память, между систематическими ударами током. Хитрый ход. Я бы, наверное, тоже так поступила.
— Насколько серьёзны внутренние повреждения?
— Кости целы. Внутренние органы частично травмированы, но подлежат восстановлению. С глазами дела обстоят похуже. Один заплыл и видит плохо, другой — вообще ничего не видит.
— Не переживай. Когда вернёмся в Апологетику, тебя подлатают. Нам бы только выбраться.
— Больше всего мне жаль волосы, — продолжала Райли. — Видел, что они с ними сделали? Эти уроды хотели меня за косички подвесить. Одна оторвалась…
— Самое главное, что ты жива осталась.
— Ты-то хоть удачно сработал?
— Вполне.
— Видел Хо? Оно страшное?
— Не страшнее страха.
— Братья! — в районе площади раздался знакомый голос, усиленный мегафоном. — Мы стали жертвами бессовестного предательства!
— Латуриэль? — не поверил я собственным ушам. — Но он же сдох. Сволочь недорезанная!