Тень нестабильности
Шрифт:
Мысленно проклиная рутанских заговорщиков, Ридена, гангстеров, еще больше усложнявших и без того запутанное дело, свою работу и себя заодно - за глупость, в свое время помешавшую ей вести беззаботную жизнь придворной леди - Исанн вышла из кабинета и направилась к ведущему в тюремный блок лифту.
Чрезвычайное положение отменили около двадцати минут назад, и сейчас штаб постепенно оживал. Большинство сотрудников Разведки не без оснований решило, что рабочий день сорван окончательно и бесповоротно, а потому с чистой совестью послало все дела к хаттам и, собравшись небольшими группами кто где, принялось активно обсуждать интригующую
Комнаты для допросов располагались на одном этаже с тюремными камерами - "чтобы далеко не ходить", как гласила распространенная в Управлении шутка. Правда, находились они на самом верхнем этаже тюремного блока, где заключенных держали редко: надолго в казематах Разведки задерживались лишь по-настоящему опасные индивиды, для которых охрана на первом уровне считалась недостаточной. Но это отнюдь не значило, что она была слабой.
На выходе из лифта Исанн уже ждали: в центре маленького, скудно освещенного холла стояла группа из троих штурмовиков (согласно положению - под - хатт - знает - каким - номером, передвижение по тюремному блоку без сопровождения было запрещено). Один из них, носивший знаки отличия сержанта, шагнул вперед и выпалил скороговоркой:
– Старший сержант Виллем Освелл, мэм. Вы - специальный агент Исанн Айсард из Бюро операций, здесь для проведения допроса лейтенанта Иллиса Нима, из отдела Аналитики?
– Именно, - кивнула девушка, передавая сержанту идентчип. "Речь наизусть заучивал, не иначе," - добавила она про себя.
Штурмовик вставил карточку в служебный инфопланшет, после чего так долго рассматривал высветившиеся на экране данные, что Исанн начала всерьез беспокоиться о том, не переклинило ли охранную систему. Оказалось, к счастью, что единственной неисправной системой здесь был мозг сержанта.
– Следуйте за мной, мэм, - наконец он отдал разведчице идентчип, развернулся и зашагал вперед. Оставшиеся штурмовики пристроились за спиной Исанн, замыкая эту небольшую процессию. У человека, не знакомого с порядками Управления, мог бы возникнуть вопрос: "Они собрались охранять меня от чего-то, или что-то от меня?", но каждый, кто прослужил здесь хотя бы год, знал, что настоящий ответ куда проще - "так положено". Впрочем, кое-какая польза от сопровождения все же имелась: все помещения тюремного блока были настолько однообразны, что заблудиться здесь было проще простого.
Идти пришлось недалеко: по подсчетам Исанн, прошло лишь около трех минут, прежде чем сержант остановился у ряда одинаковых стальных дверей, ничем не отличавшихся от тех, что устанавливали в тюремных камерах.
– Лейтенант Ним находится в третьем слева помещении, - для наглядности Освелл даже ткнул в нужную сторону пальцем.
– Хорошо. Откройте дверь и можете быть свободны, сержант.
– Есть, - гаркнул штурмовик, передавая разведчице ключ-карту.
– Рядовые останутся здесь, пока вы не закончите. Разрешите идти?
– Разрешаю, -
кивнула девушка, после чего провела ключ-картой по контрольной панели.Душераздирающе лязгнув, дверь скользнула в сторону, открывая вид на тесное, залитое бледным голубоватым светом, помещение. Всю его обстановку составляли стол и два одинаковых стула по разным его сторонам, на одном из которых сидел, буравя взглядом пол, худощавый молодой человек. Он настолько ушел в себя, что обратил на Исанн внимание лишь после того, как дверь за ней закрылась, громыхнув еще сильнее, чем в первый раз.
Выглядел аналитик не лучшим образом: лицо болезненно-бледное, под глазницами залегли глубокие тени, взгляд воспаленных глаз затравленно мечется по комнате - словом, нервное истощение налицо. "Идеально," - удовлетворенно отметила Исанн, садясь напротив лейтенанта: "расколоть" человека, находящегося в таком состоянии, не составит труда и курсанту.
– Агент Айсард? Вот уж кого не ожидал увидеть...
– выдохнул Ним потрясенно. Как ни странно, в его голосе разведчица уловила, помимо удивления и страха, нотки... облегчения? Вовсе не к такой реакции на появление своей персоны Исанн привыкла...
– Вот как? А кого же ожидали?
– поинтересовалась девушка участливо, разглядывая Нима с интересом биолога, обнаружившего неизвестного науке (и безвредного на вид) зверька.
Распознав специфические интонации, характерные для "мягкого" допроса, парень нервно сглотнул и опустил взгляд, уставившись на свои сцепленные в замок руки.
– Ну не знаю... кого-нибудь из Регулирования, наверное... вам-то я зачем?
"Ага, значит, о причинах своего появления здесь он как минимум догадывается, раз признает, что мог понадобиться безопасникам."
– А зачем вы сотрудникам Регулирования? Есть у вас предположения на этот счет?
– Это вы мне скажите, - неожиданно осмелел Ним.
– Меня притащили сюда, будто какого-то преступника, и даже причин не объяснили!
– Лейтенант, вопросы здесь задаю я, если вы этого еще не поняли. Не стоит усугублять свое положение... ведь мы пока просто беседуем, разве нет?
– Знаю я, куда такие "беседы" приводят...
– буркнул аналитик, снова отводя взгляд.
Повисло тяжелое молчание. Исанн не стала нарушать его первой: торопить Нима сейчас ни к чему. Сам он быстрее дойдет до нужного решения...
– Меня ведь из-за Карла Ридена повязали, да?
– как разведчица и предполагала, сдался парень быстро.
– И почему же вы так решили?
– Да потому, что эта тварь меня прикончить хочет, вот почему!
– вспылил было Ним, но его горячность тут же пошла на убыль, и следующая фраза прозвучала тихо и растерянно:
– Правда, я думал, что он пришлет каких-нибудь подкупленных дуболомов из Регулирования... при чем здесь вы, понятия не имею...
"Вот оно как. Это уже интересно... "
– Занятные у вас выводы. Полагаю, они не на пустом месте возникли?
Пару секунд аналитик собирался с духом, и когда он наконец ответил, его голос звучал неожиданно твердо:
– Риден - предатель и диверсант. Знаю, звучит сомнительно, тем более, что доказательств у меня нет... уже нет, если точнее. Я бы тоже не поверил на вашем месте...
– внезапно на лице Нима отразилось понимание.
– Так я поэтому здесь? Все уже известно, так?!
– Исанн не могла определить, чего в голосе аналитика было больше - ужаса или облегчения.