Тень дьявола
Шрифт:
– Чёрт…чёрт…чёрт!– в отчаянии выкрикнул Джейсон, ударив затылком по деревянной двери.– Как всё глупо вышло. Надо было застрелить его прямо в лифте. Какой же я дурак…
Он застонал и повалился боком на пол, весь сжавшись в комок. Зачем ему нужна жизнь, если первое же убийство провалилось, и результат уже очевиден. Его увидали и запомнили. Что теперь делать? Джейсон почувствовал, как до боли скрутило живот, и что его вот-вот стошнит. Вскочив на ноги, он устремился в ванную, и там, опустившись на колени, нагнул голову над ободком унитаза. В следующую секунду, его тело изогнулось в дугу, и всё содержимое желудка выплеснулось наружу.
Через десять минут Джейсон сидел на кухне, вытирая полотенцем лицо, в тупом исступлении глядя себе
Что ему снилось, он не помнил. Сон был непонятной, чёрной ямой, в которую он постоянно проваливался. В конце, Джейсон открыл глаза от того, что кто-то давил ему на грудь. Дышать было тяжело. Его синие глаза, покрасневшие и мутные от выпитого, уставились в потолок, на старую, пыльную люстру, которую он ни разу не вытирал, после того как въехал в квартиру. Схватившись за грудь, Мур попытался приподняться, но что-то не пускало его.
– Чёрт!
– Я не чёрт!– произнёс знакомый грубый голос, от которого у Джейсона поползли мурашки по телу.– Я демон! И вчера я спас тебя от самоубийства. Ты слишком поторопился свести свои счёты с жизнью. Не стоит спешить попасть ко мне в а-а-а-ад…Поверь…не стоит.
ГЛАВА 10
Утро было душное, словно знакомая, старая пекарня на седьмом авеню. Птицы и те прятались в листве деревьев, молчаливые и уставшие от жары. Лейтенант Купер, держа в руках ненужный ему пиджак, вышел из подъезда дома, в котором жил, подошёл к машине, серебристому «ниссану» и только открыл дверь, когда вдруг зазвонил телефон, который торчал из кармана брюк. Лейтенант взглянул на экран телефона. Звонил сержант Пэрри.
– Да, сержант,– ответил он на звонок.
– Доброе утро лейтенант!– раздался в телефоне возбужденный голос Пэрри.
– Доброе. Что-то случилось, рас ты звонишь, сержант?– настороженно спросил Купер.
– Да, случилось,– почти крикнул сержант,– Десять минут назад убили Пола Риверу, известного всем бейсбольного игрока…
– Вот, чёрт!– воскликнул Купер, падая на водительское сиденье, и кидая назад пиджак,– Когда это произошло?
– В середине девятого! Его застрелили прямо на пороге собственной квартиры, на глазах у жены. Ривера только успел отвести дочь в садик, поднялся на лифте на свой этаж, и тут в него выстрелил какой-то парень, в тот самый момент, когда жена открыла дверь.
– Матерь Божья!– снова воскликнул Купер.– Я слышал и видел этого Риверу по телевизору. Он был отличным игроком. Господи. За что его…Как это случилось?
– Да кто ж его знает,– произнёс Пэрри,– Нам только что позвонила его жена, и рыдая, сообщила эту новость. Так что, приезжайте поскорее, лейтенант. Адрес- Авеню-Лаффает, дом 18. Мы сами торопимся туда.
–Да, да. Конечно. Уже еду!– выпалил надтреснутым голосом лейтенант, откидывая телефон на пассажирское сиденье,
и вставляя ключ в замок зажигания. Ехать было далековато. Учитывая запруженные улицы в это время, он приедет туда не раньше чем через полчаса. Купер достал из бардачка полицейскую мигалку, прицепил её на крышу и помчался.Весь дом по улице Лаффает был оцеплен и наводнён полицейскими. Не меньше десяти полицейских машин, среди которых стояла «скорая помощь» закрыли выезд с территории многоэтажки. Всюду сновали офицеры в штатском, опрашивая случайных прохожих, тех, кто мог, что-либо видеть или слышать. Купер припарковал свой «ниссан» возле тротуара и быстро направился к стоявшим возле самого подъезда полицейским в штатском. Одного из них лейтенант хорошо знал. Полицейского звали Ридли Уэст. По дороге Купера остановил патрульный, но он показал свой жетон и его пропустили.
– Доброе утро!– сказал лейтенант, подойдя к Уэсту.
Уэст и с ним два полисмена в штатском в ответ горячо пожали Куперу руку.
– Пола Риверу застрелили!– сказал Уэст.– Так жаль…
– Да. Жаль!– сказал Купер, глядя по сторонам.– Вы давно тут?
– Да минут десять. Твой сержант Пэрри приехал раньше. Он на верху, вместе с группой криминалистов. Ждут тебя.
– Ок!– сказал лейтенант, и угрюмый зашёл в подъезд, где на лифте поднялся на пятый этаж.
Дверцы лифта разъехались в стороны, и глазам Купера предстала жуткая картина: лежащее на спине тело Пола Риверы на лестничной площадке со свисавшей на нижние ступеньки лестницы головой. Волевой, тяжёлый подбородок игрока был задран к верху. Белая футболка на мощном теле была залита кровью. Кровь разлилась возле тела и стекла по ступеням. Несколько человек копошились возле Риверы. Штатный фотограф снимал его с разных ракурсов. Полицейские обнесли желтой лентой весь этаж и нижний пролёт. Купер остановился перед трупом, задумчиво разглядывая его. С ним поздоровались. Он ответил тем же.
– Доброе утро!– подошёл к лейтенанту сержант Пэрри.
– Доброе утро, сержант!– машинально протягивая руку, произнёс Купер. Он нагнулся над Риверой, взглянул на его открытые, остекленевшие глаза, смотревшие в потолок, потом оглядел тело и поднялся.
– Сколько прошло времени с момента убийства?– угрюмо спросил он.
– Его убили где-то в половине девятого!– отчеканил Пэрри.– Обезумившая от горя жена позвонила нам сразу же.
Купер взглянул на часы. Было десять сорок пять.
– Ясно! А где она сама?
– В квартире…С ней работают медики. Сделали ей пару уколов…
– Ты её ещё не опрашивал?– спросил Купер, направляясь в квартиру Пола Риверы.
– Нет,– сержант шёл следом за своим начальником,– Девушка была в таком состоянии, что не смогла и двух слов связать. Она по телефону то очень долго объясняла, что да как.
Вдвоём, они прошли в просторную, со вкусом обставленную, трёх комнатную квартиру. Всюду чувствовалось богатое излишество: на полу очень дорогая керамика, на стенах дорогущие обои. А уж о мебели и говорить не стоило. Было видно лишь, что она была сделана из настоящего дерева. На потолке в гостиной весела большая, хрустальная люстра. Громоздкий, белый кожаный диван занимал полкомнаты. На полу лежал старый персидский ковер. В одном из кресел, тоже белом и кожаном, сидел тучный врач в зеленом халате и колпаке что-то писал на листке, лежащем на его коленях, на широкой папке. Когда вошли полицейские, врач поднял голову и сразу же встал. Кивком головы он указал на спальную.
– Как она?– спросил Пэрри.
– Ей уже лучше!– ответил медик,– Укол сделал своё дело. С ней сидит на всякий случай медсестра.
Спальня оказалась такой же шикарной и большой, как и вся остальная квартира. Лепной потолок, белая шкаф с зеркалом, трюмо и просто огромнейшая кровать, на которой лежала такая же бледная, как и её мебель, молодая женщина. Кремовые шторы были раздвинуты в стороны. Окна открыты нараспашку, но запах лекарств ещё витал в воздухе, вперемешку с духотой и тонким ароматом духов.