Тень Деадримма
Шрифт:
Немало веков прошло, прежде чем Дэстирн вновь вернул себе первозданный облик, но леса, на территории которых творил Хезерлинг, навсегда сохранили оттенки алого и фиолетового цветов, продолжая напоминать своим существованием о былом могуществе косможителей.
Долго пришлось добираться путникам до следующего указателя на востоке. Дорога была свободной на протяжении всего пути. Харедайн поделился с другом мнением, что рыцари уже успели пройти по этой дороге и не ошибся: несколько раз им попадались встречные поселения рабочих, и все, как один были разграблены и сожжены темными рыцарями. В алом лесу было довольно спокойно, однако подобная обстановка оказалась лишь затишьем перед бурей, что может пронестись с приходом Деадримма в Дэстирн.
Достигнув развилки, о которой упоминал хозяин таверны, путники в ужасе остановились около указателя. Перед ними предстала другая местность:
Огромная армия, численностью множество десятков, если не сотен тысяч темных рыцарей готовилась к штурму близлежащих городов. Если с Йофиром было проще, и город в пустыне являлся единственной цивилизацией, то в Дэстирне рыцари могут ожидать сопротивление со стороны других царств, расположенных неподалеку от столицы. Среди многочисленной армии врага путникам удалось разглядеть тех самых рыцарей, что пробудил Дэйвахат в надежде остановить вторгшихся в королевство.
Несколько минут Харедайн и Эйхар стояли около указателя на Маэнварт, пораженные и напуганные увиденным. У Деадримма была огромная армия, и его могущество могло напугать даже самых смелых героев Кинереда. То, ради чего в мир смертных вернулся Деадримм было ясно всем без сомнений – стремление покарать всех, кто предал владыку. Но почему именно через семьсот лет, после своей кончины? И откуда он нашел силы, чтобы призвать на помощь жестокого варвара Тсалака с его призрачным легионом и Принца-предателя Эргериллона? Ответ на эти вопросы помимо Деадримма имел Всезнающий, но встретиться с ним повторно уже было невозможно.
– Во имя Баланса… – ужаснулся Эйхар увиденным.
– Мы должны остановить Деадримма! – ответил Эйхару Харедайн. По его тону можно было догадаться, что он пришел в гнев от собственной беспомощности. Он видел перед собой могущественную армию, которую не в силах остановить, ибо они с Эйхаром еще не исполнили свое предназначение до конца, не нашли способ остановить владыку.
– Давай скорее, необходимо как можно раньше доехать до Маэнварта, и предупредить жителей о приближающейся угрозе, – сказал волшебник другу, как только пришел в себя. Он резко сел на призрачного коня, и умчался в сторону Маэнварта.
– Эйхар, подожди меня, – крикнул Харедайн и поспешил за другом.
Глава 8
Преодолев полпути до Маэнварта, путники периодически начали встречать на пути скопления повозок с лошадьми, сопровождаемые иногда волколюдами, одетыми в человеческие одежды, иногда каменными людьми с лицами лишенные всяких эмоций, а иногда примечательными людьми, одетыми в грязные одежды. Все они бежали из Маэнварта. Эйхар решил спросить одного из беженцев-камнелюдов, что происходит, на что тот ему поведал о перевороте в стенах Маэнварта.
Новость о надвигающемся штурме царства была известна по наступлению утра. Все жители царства пришли в ужас от услышанного, после чего народ разделился во мнениях. Одни считали бесполезным противостоять войскам Деадримма, потому решили быстро собрать все необходимое, и покинуть родные края. Другие же, преисполненные чувством патриотизма к своей родине, решились до конца защищать все, что находится за крепостными стенами славного Маэнварта. За полдня они призвали на помощь соседние поселения и деревни, собрав народное ополчение. Помощи от Дэстирна ждать было бессмысленно: король Хэмерит был слишком эгоистичен, чтобы заботиться о своем народе, когда ему угрожает опасность. Все основные силы королевства рассредоточились вокруг столицы, а союзнические государства остались сами по себе, один на один с судьбой. Не казался удивительным и тот факт, что западное королевство могло расколоться раньше, чем Деадримм покончит с жалким королем. Многие будут рады известию о его смерти, но оставаться в королевстве все равно будет небезопасно, ибо армия Деадримма не станет щадить даже тех, кто задумает поддержать ее вторжение. Это предположили многие в Дэстирне, и Маэнвартовцы не стали исключением. С приближением на территорию союзнического царства дорога становилась все более загруженной.
Иногда путь преграждали нелепые столкновения повозок друг с другом, вслед за которыми возникали заторы и перепалки между врезавшимися. Все это лишь нагнетало обстановку.С момента первой встречной повозки Эйхар и Харедайн старались присматриваться к жителям царства, надеясь увидеть кого-то, кто заставит их обратить на себя внимание, как и говорил Всезнающий. К несчастью, беженцы не отличались чем-то и были все, как на одно лицо: хмурыми и напуганными, а иногда даже злыми. Видя, как дорога с каждым разом становится все только оживленнее, путникам стало понятно, что смысла предупреждать Маэнварт об опасности нет, ибо всем и так уже известно.
С каждым разом приближаясь к городу, путники отчетливей видели каменные стены, которыми был окружен город. Их возвели из больших каменных блоков, к которым примыкали высокие статуи волколюдов, каменных людей и жителей вязких топей по всему периметру защитной стены. На верхушках смотровых башен, стоящих друг от друга на расстоянии около двухсот метров за стеной, путники заметили стражников, что без колебаний исполняли свою обязанность, осматривая окрестности вокруг города. Благо, местность для патрулирования не доставляла особых неприятностей: царство Маэнварт находилось в степной местности, где растут невысокие травы и цветы, а на достаточном расстоянии друг от друга стоят одинокие секвойи, не мешающие смотрителям увидеть, какая угроза надвигается к ним издалека.
Перед городом друзья увидели каменную плиту с выгравированной на ней надписью: «Владения Маэнварта, верного союзника Дэстирна». Быть может, когда-то давно для Маэнварта было честью стать верным союзником Дэстирна, но только не сейчас. Из уст многих беженцев были слышны яростные речи в адрес Хэмерита. Многие без страха проклинали союз Маэнварта и Дэстирна.
У входа в город в тесноте друг с другом стояли палатки местных торговцев, желавших распродать все свои товары прежде, чем благополучно покинуть родные края. Множество жителей скопилось у врат, что путникам приходилось расталкивать всех на своем пути. В воздухе стоял непрерывный гул сотен голосов и запахи как различных пряностей, кушаний, так и духов, новой одежды и изделий из пахнущей маэнвартской лиственницы. В таком хаосе легко было потерять голову особенно тем, кто не привык к подобному шуму. Таким был Харедайн. Он всегда склонялся к жизни в тихих и спокойных местах, потому и покинул шумный и оживленный Идир в поисках уединенного местечка, где он сможет наслаждаться приятными ему звуками природы.
Когда путешественники преодолели преграду в виде столпившихся перед входом в город бегущими жителями Маэнварта, перед ними оказалось шестеро стражников-волколюдов, одетых в кожаные доспехи с металлическими пластинами на торсе, плечах и на ногах. За спиной у каждого находилось по два одноручных меча. Головы у стражников не были защищены шлемами, и путники могли увидеть волчьи лица, в глазах которых ясно выражалось презрение к тем, кто решился бежать из города. Они тихо перешептывались друг с другом, стоя прямо у врат в город. Законом было не запрещено покидать родные земли даже если им не угрожают могущественные силы, однако желание одних спасти свои жизни, оставив родной дом, казалось ужасным преступлением для тех, кто готов был отдать жизнь за родной город.
– Даже братья предали родной дом! Будь они все прокляты! – говорил стражник, волчье лицо которого отличалось от других наличием шрама, рассекающего правую часть лица от лба до челюсти. Шерсть у него была темно-бурая, из-за чего шрам сразу бросался в глаза.
– Куда путь держите? – сказал подошедший к друзьям волколюд со шрамом.
– В Маэнварт, повидать старого знакомого, – ответил Эйхар спокойно. Чтобы скрыть истинную цель посещения города, волшебник воспользовался заклинанием сокрытия лжи, которому научился во времена своих странствий по миру. К слову, этим заклинанием он прикрыл как себя, так и Харедайна.
– Зоркий глаз, дуй сюда. Необходимо проверить путников, – подозвал к себе другого стражника волколюд со шрамом.
К нему спокойно подошел довольно молодой волколюд с черной шерстью и холодными глазами.
– Это необходимая процедура для всех чужаков. Либо вы соглашаетесь, либо путь в город вам сразу недоступен.
– Согласны, согласны, – раздраженно ответил Харедайн.
Друзья слезли с коней и подошли к Зоркому глазу. Волколюд стоял в метре от каждого из них и после произнесения заклинания, его холодные глаза засияли белым светом. Так волколюд проверял ауру путников в целях узнать не скрывают ли они чего от стражи. После окончания процедуры Зоркий глаз шепнул что-то начальнику.