Тайный наблюдатель
Шрифт:
Отец Тимофея был единственным, кто не поверил, что смерть группы была случайностью. Он провел свое независимое расследование. И сейчас, сидя в холле его дома, я могу думать только об одном: как буду смотреть в глаза человеку, сына которого я подвел.
– Здравствуй, Семен, – выходит из своего кабинета статный мужчина в дорогом костюме, провожая деловых партнеров к двери. – Располагайся, выпей чего-нибудь, я сейчас подойду.
Прохожу. Современный минималистичный дизайн просторного помещения заставляет поначалу растеряться. Я не раз был здесь, мы с Тимом с детства любили прятаться в кабинете его отца, играя в машинки возле огромного камина. Сейчас все кардинально изменилось, от прежнего уюта детских воспоминаний осталось только небольшое фото на стеклянном столе, где мы всей нашей великолепной четверкой
– Нравится? Решил сделать ремонт, – выдергивает меня из мыслей Алексей Сергеевич. Из вежливости киваю, изучая недоумевающим взглядом белый кожаный диван странной волнообразной формы. – Сам знаю, смотрится нелепо, никогда не нанимай дизайнером молодую профурсетку, с которой спишь. Да и бог с ними, все равно продаю дом. Коньяк, виски, ром?
– Просто воды.
– Точно. Вы же спортсмены, алкоголь – зло, – хмыкает он, доставая из стеклянного ящика бутылку рома с двумя роксами. – Пара бокалов еще никому не навредила, – наливает до самого края, присаживаясь в кресло напротив стола. – Зачем ты здесь, Семен? Не подумай, я рад тебя видеть, ты был лучшим другом моего сына. Но при последней нашей встрече ты был не в себе. Уверен, что паломничество по родителям друзей вряд ли входит в топ твоих желаний в первую неделю после выхода из больницы.
– Вы проводили независимое расследование, я хочу знать его результат. – Нет смысла тянуть кота за бубенчики, я здесь не для того, чтобы поболтать о жизни, и, как деловой человек, Алексей Сергеевич прекрасно это понимает. – Официальная версия – несчастный случай. Но вы не поверили в это, почему?
– Были причины, – аккуратно отвечает он.
– Что вы нашли?
– Тебе лучше знать, что на самом деле там случилось.
– Не уверен, что помню все, как есть. Я должен выяснить правду, – прошу, впрочем, больше на требование смахивает. Мы взрослые люди, потерявшие близких, нет смысла церемониться. – Ради ребят.
– Твои родители просили меня гнать тебя в шею, если объявишься, – усмехается он, осушая бокал за один глоток. – Они правы, если бы на твоем месте сидел Тимофей, я бы тоже не хотел, чтобы он окунался во все это дерьмо. Оставь прошлое и живи дальше, так для всех будет лучше.
– Для меня прошло не два года, а три месяца. Я каждый раз переживал смерть друзей в своем подсознании, пытался их спасти! И не мог… Если кто-то в этом виноват, я хочу знать правду. Это важно.
– Ты ищешь мести, – вздыхает он, доставая из ящика стола замусоленную папку с документами. – Я разочарую тебя, все не так однозначно. Листай, если готов.
Фотографии с места трагедии, трупы ребят, инвентарь и досье на каждого, включая меня. Сложно что-то понять с ходу, но работа проделана колоссальная. Отец Тима, как и я сейчас, не был уверен, что все это обычное стечение обстоятельств.
– Инструктор погиб первым, его завалило, причина смерти – несовместимые с жизнью травмы, полученные в результате обвала. Затем был Тим, – пытаюсь осознать информацию.
– Перелом шеи и черепно-мозговая травма, – отвечает его отец, выпивая второй бокал. – Судмедэксперту удалось установить, что смерть наступила от удара по голове тупым предметом, в момент приземления сердце Тимофея уже не билось. Что может соответствовать падению с высоты. Официальная версия гласит, что он ударился в полете о выступ.
– Вы в это не поверили? – спрашиваю я. Он протягивает мне кончик веревки в плотном пакете. – Это от нашего снаряжения.
– Тимофей бы не выжил, даже если бы этого падения не было. У него был сепсис от полученной ранее травмы.
– Он сорвался, напоролся на что-то острое, трос не выдержал, но он успел зацепиться самостраховкой.
– Веревка была подрезана очень грамотно, аккуратно, по линии волокон с силой натяжения, имитируя разрыв. Обычные криминалисты не нашли ничего подозрительного, но мой нашел. Очень тонкая работа, тот, кто это сделал, просчитал все заранее, – отец Тима смотрит на меня, потом переводит взгляд на фото. – Целью был он, мой сын. Смерть Марины и Богдана на первый взгляд случайна. Девочка погибла из-за болезни, с ее здоровьем такие походы были противопоказаны. Парень пытался спасти свою подругу. В обоих случаях, причина – асфиксия, они задохнулись. Но и
здесь есть вопросы. Симптом Белоглазова, тебе это знакомо? – спрашивает он. Киваю. – Проявляется путем небольшого сдавления глазного яблока и получил свое широкое применение в качестве одного из ранних диагностических признаков физиологической смерти. Но он может наблюдаться и при других обстоятельствах, к примеру механическом воздействии.– При борьбе? Хотите сказать, что он утонул не сам? – спрашиваю я. Молчит. – Я вытаскивал его из воды через узкий каменистый проход. Он мог удариться головой, плюс давление…
– Несмотря на то что точное время смерти не удалось установить из-за низкой температуры воды, официальная версия пришла к тем же выводам, не найдя состава преступления, – останавливает он меня. – Семен, поправь меня, если ошибаюсь. Ты и Лада находились в момент предположительной смерти Богдана с его бывшей девушкой. Рита в это время должна была страховать вашего друга, поэтому она пошла с ним?
– К чему вы клоните?
– В момент смерти Корнеева Маргарита была единственной, кто находился с ним рядом. К тому же ингалятор Марины обнаружили в ее вещах. Семен, ты знал, что Рита спала с моим сыном?
– Нет, до этого похода не знал, – мотаю головой. – Тим рассказал все, когда мы были там. Рита совершила ошибку, они оба, но…
– Ты застрелил ее, – не дает он мне продолжить. Хочет посмотреть на мою реакцию. Неужели он подозревает меня? – Непредумышленно, – добавляет после паузы. – Вы боролись, экспертиза это подтвердила, пистолет выстрелил случайно. Как так получилось?
– Она целилась в меня, я просто хотел забрать оружие, – отвечаю, не отводя взгляд. – Алексей Сергеевич, мы с Тимом дружили с детства, если вы думаете, что из-за измены девчонки я бы убил лучшего друга, а потом позволил бы умирать ребятам, чтобы скрыть следы, вы ошибаетесь. Я виноват, но не в том, что они погибли, а в том, что я выжил.
– Смело, – он опустошенно усмехается, выпивая еще бокал. – Да, я думал на тебя в самом начале. Мальчишки, девчонки, гормоны, любовь и амбиции. Но я ошибался. Семен. Тебе будет сложно это принять, но все, что там произошло, сделала твоя девушка – Рита. Она – охотница за деньгами, которая находила богатеньких глупых мальчиков и спала с ними. У тебя достаточно обеспеченная семья, но ее запросы это не удовлетворяло, изначальной целью был мой сын. Она встречалась с тобой, чтобы выйти на него, о чем с охотой рассказывала в своем дневнике. Он здесь, если хочешь, я могу дать тебе почитать, – кивает на небольшой кожаный блокнот с застежкой в виде цветочка. – Причина до боли банальна. Любовь, месть, ревность. Тимофей должен был стать единственной жертвой, несчастный случай, так бывает, когда каждый раз испытываешь судьбу. Но из-за обвала все пошло не по плану. Кто-то мог что-то понять или увидеть, логичное решение – избавиться от свидетелей. Ты был последним. Если бы ты не убил ее, Рита выстрелила бы в тебя. Прости, но все указывает на нее. Я не стал заводить дело, потому что эта девушка мертва, ее семья так же потеряла ребенка, как и мы все. Правда уже ничего не изменит, а сделает только больнее.
– Нет! Я не верю. Может, Рита – шлюха, но убить… Нет! Она написала, что собирается сделать? Признание, план? Вы не можете судить по…
– Она хотела отомстить. Последняя запись сделана до вашего отъезда, в ней указано, что она наконец нашла способ и готова привести его в исполнение. Этого достаточно, по ее записям психолог подтвердил мотив. Эта девушка – убийца. Мне жаль, но чаще всего мы не знаем до конца даже самих себя.
– Нет! Это не Рита, а Лада все устроила. Вы в курсе, кто она такая?
– В курсе. Бедный брошенный ребенок, которому пришлось пройти через многое. Она чудом осталась жива после того, как Рита порезала ей шею. Один шанс к тысяче, эту девочку точно кто-то оберегает там, наверху.
– Вы уверены, что дело в чуде? Может быть, этому есть логическое объяснение? Она сама могла это сделать, порезать горло, чтобы на нее не подумали… У нее следы на руках от бритвы, заниматься членовредительством ей не впервой! – как псих тараторю. Он ошибается, очень сильно ошибается. – Павлик Морозов – ее брат. И не смейте говорить, что понимаете, о чем я! У Лады была причина отомстить нам, всем, кроме Риты, но ее убил я. Все просто. Она сама сказала, что мы заслужили! Что…