Чтение онлайн

Посреди этой живописной дороги в бесконечном цуге медленной рысью проезжала японская и иностранная знать.

Вот проехал русский посланник барон Розен, американский посланник мистер Дун, английский, сэр Сатоф, австрийский, граф Биденбрук и многие другие. Далее показались экипажи маркиза Ито, маркиза Ямагато, а затем генералов Кодама, Гонтаво, Куроки, Оку, Тана и других. Наконец прибыл министр двора, виконт Хиикато, предвестник императорского кортежа.

Все с нетерпением устремили взор по направлению к резиденции.

Японский народ лишь за последнее время стал видеть своего монарха. Прежде верноподданные, хотя

и знакомились с благой волей своего монарха, получая приказы своего микадо, но его самого никогда народ не видел, так как условия тогдашнего японского государственного строя не допускали, чтобы богоподобный сын Восходящего солнца мог показываться перед народом.

Лишь в мае 1870 года микадо впервые вышел к своему народу, и с тех пор в высокоторжественные дни японский император совершает прогулку по городу со всей свитой.

На дворцовой площади придворного парка, обнимающего пространство около двадцати пяти десятин, красовался отделанный пурпуром и золотом, оранжевыми и зелеными цветами императорский павильон. Для посольств и первых сановников против царского павильона был устроен также чрезвычайно богато убранный комфортабельный павильон, в котором помещалось несколько сот персон.

Воцарилась тишина.

После томительного, напряженного молчания раздался салют со стен Старой крепости.

Торжественно заскрипели Великие ворота центрального дворца. Во главе цуга появился форейтор в ярком, зелено-золотистом одеянии старого времени. Затем приблизился эскадрон меченосцев в костюмах древних самураев, за которыми следовал, везомый шестью лошадьми цугом, модный венский экипаж на резиновых шинах и с никелированными спицами в колесах.

Надо экипажем красовался герб микадо, украшенный драгоценными камнями.

Военный оркестр заиграл величественный национальный гимн, и, приветствуемый почтительным молчанием, микадо торжественно и медленно проехал к царскому павильону.

За ним следовал второй экипаж, в котором восседала императрица Харуко (весна), затем третий, четвертый, пятый и проч. экипажи с двенадцатью женами микадо. Затем в модном парижском фаэтоне ехал наследник престола в мундире полковника кавалерии.

Наследник престола, как известно, сын одной из побочных жен микадо, тогда как от императрицы Харуко у микадо детей не было.

У наследника вид совершенно японский и рост его ниже среднего.

За экипажем принцев крови следовали модные ландо с принцессами и придворными дамами, камергерами и с придворными почетными меченосцами и шталмейстерами.

Обер-шталмейстер, виконт Каваго Кейцо, на чудном караковом коне сопровождал императорский кортеж, держась в одной линии с экипажем микадо, запряженным а-ля Домон.

Верховые были одеты в красные ливреи, наподобие формы лейб-гусар, в таких же красных рейтузах и высоких, лакированных ботфортах.

Экипаж императрицы быль запряжен в две пары караковых рысаков венгерских кровей.

Впереди и позади кортежа виднелся эскадрон гвардейской кавалерии. При каждом эскадроне находился штаб-офицер с императорским стандартом, т. е. красным флагом с неизбежной золотой хризантемой.

При приближении кортежа к трибуне дипломатического корпуса, все послы и высокие сановники, министры и генералы спустились вниз и стали чинно впереди трибуны на площади, так как по этикету никто не должен стоять выше императора Японии.

В прежнее время даже послы били

челом, делая земные поклоны. Несколько лет тому назад этот церемониал навсегда отменен указом императора и первые сановники и послы почтительно кланяются обычным глубоким церемониальным поклоном.

Император был в общегвардейском мундире и кепи, присвоенных французским генералом. На нем был великий орден Краша, который в Японии считается высшим императорским орденом и даруется лишь коронованным особам, а в исключительных случаях — принцам крови.

Внешность японского императора типично монгольская.

Его маленькие черные глаза, коротко остриженные волосы, усы и борода дополняют мрачно-суровую внешность повелителя страны Восходящего солнца. В нем, несмотря на всю торжественность обстановки, не было и следа манер восточного властелина. Он держался даже чересчур просто.

Вот приближается карета императрицы.

Опять последовал церемониальный поклон.

Императрица, принадлежащая к старому роду кугов Фуживара Ижио, несмотря на ее сорок лет, прекрасно сохранилась. Она была одета в роскошное шелковое платье с драгоценными вышивками, среди которых виднелись модные жемчужные украшения и крупные кабошоны изумрудов. Платье, специально заказанное для этого торжества, было сшито в Париже у Лакена и отличалось изяществом. На голове императрицы красовалась диадема, изображавшая хризантему из крупных сверкающих желтых бриллиантов, блиставших на челе микадессы, точно какое-то сияние.

Пальцы императрицы были унизаны почти до ногтей драгоценными кольцами тончайшей работы. Корсаж был опоясан чешуйчатым золотым кушаком, фермуар которого представлял один огромный рубин, окруженный двумя рядами крупных бриллиантов.

В левой руке императрица держала веер из дорогих кружев, унизанных мелкими жемчужинами.

Принцессы, согласно этикету японского двора, были в закрытых платьях.

Вообще японки о приличии имеют весьма своеобразные представления. То, что японке кажется весьма естественным, по европейским понятиям прямо-таки дико. Японки, например, не стесняются купаться в открытых сенях в специально для этой цели устроенном деревянном чане. Открытые сени во второстепенных улицах Токио не являются редкостью, а в провинции они обычное явление.

Отец семейства, мать, дочери и сыновья купаются вместе на глазах случайно проходящих по улице. Для японцев такие зрелища настолько обычны, что они преспокойно идут мимо и даже не останавливаются.

Иностранцы оказываются более любопытными и некоторые туристы, в особенности англичане, не стесняясь, устанавливают свои фотографические аппараты и снимают группы купающихся.

Одну из таких групп помещаем.

При всей наивной бесцеремонности японка для себя считает неприличным выходить на улицу в декольте или с короткими рукавами.

Даже на балах вы не увидите у японцев оголенной шеи или вообще таких декольте, какие у нас являются уже обязательными при торжественных gala.

Началось представление.

Конная полиция, оттеснившая публику на 250 шагов от царской трибуны, открыла зрителям большую площадь. Средняя часть этой площади была как-то особенно тщательно утрамбована и посыпана разноцветными песками, заменявшими ковер.

Шествие началось с группы древних даймио в национальных костюмах, сопровождаемых громадной свитой самураев, одетых в латы, со щитами в руках.